Страна туманов
Шрифт:
— Вы что же, полагаете, что грядет какое-то бедствие? Мейли улыбнулся.
— Это слишком долгий разговор, сейчас не до него, — сказал он. — Я полагаю… Но — вот опять появился Чанг!
Дух-проводник вступил в разговор.
— Я вас слышал. Я сижу и слушаю вас, — сказал он. — Вы говорите о том, что произойдет. Пусть предначертанное свершится! Время еще не пришло. Когда же настанет час узнать правду, вам сообщат. Запомните это. Все к лучшему. Все, что ни происходит, — все к лучшему. Бог не совершает ошибок. Вокруг меня те, кто нуждается в вас, я ухожу.
Быстро
— Что это за непристойный балаган? — несколько раз спросил он. — Это не балаган. Мы здесь для того, чтобы вам помочь, — ответил Мейли.
— Я не нуждаюсь в помощи дьявола!
— Неужели вы полагаете, что дьявол станет заниматься тем, чтобы спасать заблудшие души?
— Это одна из его уловок! Говорю вам, это от лукавого! Имейте в виду, я не желаю принимать в этом участие!
Тут же незамедлительно возник спокойный, загадочный китаец. — Хороший человек. Глупый человек, — еще раз повторил он. — Много время. Поймет лучше когда-нибудь. Теперь — тяжелый случай… Очень плохой случай. Ох!
Он откинулся на подушки и не поднялся даже тогда, когда женский голос позвал:
— Джанет! Джанет!
После некоторой паузы голос раздался вновь:
— Джанет, ты слышишь?! Где утренний чай? Джанет! Нет, это невыносимо! Сколько можно тебя звать! Джанет! — Фигура на диване приподнялась, моргая и протирая глаза. — Что происходит? Кто вы? И по какому праву находитесь здесь? Известно ли вам, что это мой дом?!
— Простите, но это мой дом.
— Ваш?! Да как же это может быть, если я нахожусь у себя в спальне? Сейчас же убирайтесь отсюда вон!
— Сожалею, но вы не понимаете, где находитесь.
— Я сейчас же прикажу, чтобы вас выгнали взашей! Какая наглость! Джанет! Джанет! Похоже, сегодня утром никто не хочет позаботиться обо мне. — Оглянитесь вокруг, мадам! Разве это ваша спальня?
Тербейн ошалело поглядел вокруг:
— Да я в жизни не видала этой комнаты! Где я? Что же все это значит? Вы производите впечатление приятной дамы. Ради Бога, объясните мне, что происходит! Мне так страшно, так страшно! Где же Джон и Джанет? — Вы ничего не припоминаете?
— Я помню, что строго отчитала Джанет. Это, видите ли, моя горничная, а в последнее время стала такой небрежной. Да, я сердилась на нее. Я настолько рассердилась, что даже слегла. Врачи рекомендовали мне не волноваться, но как можно заставить себя не волноваться? Еще я помню, что начала задыхаться и тогда попыталась позвать Джанет… Но почему я оказалась в другой комнате?
— Ночью вы переселились в мир иной.
— В мир иной? Вы хотите сказать,
— Да, мадам, именно так.
Некоторое время длилось молчание, а затем раздался истошный вопль: — Нет, этого не может быть! Это сон! Ночной кошмар! Разбудите меня! Слышите, разбудите! Я не могла умереть! Я еще не готова умереть! Мне такое и в голову не могло прийти! Но если я умерла, то почему я не в аду, не на небесах? Что это за комната? Ведь это обычная комната. — Да, мадам, вас привели сюда и позволили воспользоваться телом этого господина.
— Господина?! — Она судорожно ощупала пиджак и провела рукой по лицу. — Да, это мужчина… Значит, я мертва! Я умерла! Что же мне теперь делать? — Вы здесь для того и находитесь, чтобы мы могли вам все объяснить. Вы, насколько я понимаю, были светской дамой, обеими ногами стоящей на земле. И вас в этой жизни интересовали только материальные блага. — Я ходила в церковь. Каждое воскресенье, в церковь Спасителя. — Это еще ничего не значит. В расчет принимается только ежедневная духовная жизнь, а вы жили лишь материальным. Потому-то вы и привязаны сейчас к земле. Когда вы покинете тело этого господина, вы вновь окажетесь в собственном теле, в знакомой обстановке, но никто вас не увидит. Вы останетесь невидимкой, сколь бы ни пытались привлечь к себе внимание. Вашу телесную оболочку похоронят, но вы по-прежнему будете существовать, такая же, как всегда.
— Но что же мне делать? Что я могу сделать, а?
— Вам следует принять все происходящее с легким сердцем, понимая, что это необходимо для вашего очищения. Мы можем освободиться от материальной оболочки, только пройдя через страдание. Все будет хорошо. Мы станем молиться за вас.
— О, пожалуйста! Мне это сейчас необходимо! О, Господи!… — голос затих вдали.
— Нехороший случай, — сказал, поднимаясь с подушек, китаец. — Эгоистичная женщина, плохая женщина. Живет для удовольствия. Плохо обращается с теми, кто вокруг. Ей придется много страдать. Но вы направить ее по верный путь. Мой медиум устал. Многие ждут, но сегодня мы больше не примем никого.
— Доброе ли дело мы делаем, Чанг?
— Много добра, много добра.
— А где все эти люди, Чанг?
— Я уже вам говорил.
— Это так, но я хочу, чтобы ваш рассказ услышали и эти джентльмены. — Семь сфер окружают землю, самые тяжелые внизу, самые легкие — наверху. Первая сфера — на земле. Эти люди находятся в ней. Каждая сфера отделена от другой, поэтому вам легче общаться с этими людьми, чем теми, кто находится в других сферах.
— А им, соответственно, легче общаться с нами?
— Да. Но надо быть осторожным, когда не знаешь, с кем говоришь. Надо прежде расспросить духа.
— А к какой сфере принадлежите вы, Чанг?
— Я из четвертой сферы.
— А в какой по счету сфере духи начинают чувствовать себя поистине счастливыми?
— В третьей. Страна вечного лета. В Библии она названа третьим небом Много мудрости в Библии, только людям не дано ее постичь. — А седьмое небо?
— О! Там пребывает мессия. В конце концов все попадут туда — вы, я, все.
— А что за ним?