Странник
Шрифт:
– Прибыл, значит. Во-первых, не ори на весь наркомат. Во-вторых, раз уж тебя прислали ко мне, переоденься в штатское. В-третьих, когда переоденешься, найдёшь нас по адресу, который возьмёшь у дежурного по 1-му управлению НКГБ 12 . В-четвертых, когда найдёшь, стучи громче, мы будем спать. Свободен!
– Разрешите обратиться?
– Обращайся.
– Как мне получить адрес у дежурного по 1-му управлению НКГБ если меня не пускают в это управление.
– Предъяви письменный приказ и караульный свяжется дежурным. А если нет письменного приказа, то пусть эту проблему решает тот, кто прислал тебя ко мне.
12
В
Крымов подхватил Сергея Петровича под руку и пошёл по коридору. До выхода добрались метут через пять. Но с выходом возникли сложности – Сергея Петровича охрана входной двери не выпустила. Крымов предъявил своё удостоверение, но его прав не хватило. Тогда он куда-то позвонил, доложил о создавшейся ситуации, передал трубку постовому и вопрос был улажен.
Выйдя из здания, повернули направо, затем в первую улицу налево. Сергей Петрович взглянул на табличку на углу: Малая Лубянка. Идти пришлось недалеко, метров через 150 зашли в подъезд дома справа, поднялись на второй этаж, прошли по плохо освещённому коридору и Крымов открыл ключом дверь. Квартира оказалась двухкомнатной. В ближней ко входу комнате стоял диван, на нем лежал комплект белья, в дальней стояла застеленная накрахмаленным бельём кровать.
– Вам сюда, – сказал Крымов, указывая на комнату с кроватью, – а я лягу на диване.
В комнате было душно. Сергей Петрович открыл окно, посетил туалет, разделся, достал из сумки и раскрыл зонт, положил его на пол для просушки, лёг и почти сразу уснул. В середине дня мочевой пузырь потребовал ещё раз отметиться в туалете. По дороге туда Сергей Петрович увидел, что на кухне сидит тот самый кандидат, который подходил к Крымову у входа в 1-е управление НКГБ. Сейчас он был одет в штатское. Увидев Сергея Петровича, кандидат вскочил и собрался рапортовать, но Сергей Петрович приложил палец к губам и прошёл в туалет. Облегчившись, он вернулся в комнату и лёг спать дальше.
Проснулся он уже в сумерках. На кухне горел свет. Совершив обязательный ритуал, Сергей Петрович, как был в трусах, зашёл туда и поздоровался с Крымовым:
– Добрый вечер, а пожевать ничего нет?
– По магазинам ещё не ходили. Одевайтесь, пойдём в ведомственную столовую.
– Опять будем прорываться со стрельбой? – пошутил Сергей Петрович.
– Нет, Вы уже в штате, вот Ваше временное удостоверение. Постоянное не смогли сделать, так как нет фотографии.
Сергей Петрович взял протянутый ему лист плотной бумаги формата А6 13 . В левом верхнем углу был красный герб СССР, под ним типографский текст: «НАРОДНЫЙ КОМИССАРИАТ ВНУТРЕННИХ ДЕЛ» и впечатана на машинке дата – 21 июня 1941 г. Справа и ниже, во всю ширину листа, шёл текст, частично отпечатанный в типографии, частично впечатанный на машинке:
13
Формат А6 – это 1/4 хорошо всем известного формата писчей бумаги А4.
«Временное Удостоверение личности. Выдано РЯБОВУ СЕРГЕЮ ПЕТРОВИЧУ в том, что он состоит на службе в 1-м управлении НКГБ в должности консультанта. Заместитель наркома внутренних дел СССР по кадрам капитан государственной безопасности Б.П.Обручников. Действительно до 30 июня 1941 г.» 14
Стояли подпись и печать.
– Серьёзная бумага. А где молодое дарование?
– Отпустил отдыхать. Он нам понадобится завтра, если не выделят кого-нибудь поопытнее.
14
Это отредактированный текст реального Временного удостоверения сотрудника НКВД СССР, выданного в 1941 году.
Глава 3. Консультант
Подгоняемый
15
Для тех, кто не понял. Для правильной свиной отбивной берётся кусок корейки с кусочком ребра. А в советском общепите и унаследовавших его традиции кафе начала 21-го века отбивную, часто, готовят из любой бескостной части туши. Эта традиция перекочевала и в множество рецептов, размещённых в интернете.
16
Здесь и далее использована терминология меню столовых советского периода.
После ужина Крымов предложил зайти в отдел кадров.
– Вообще-то в такое время он не работает, но похоже, что после Ваших сообщений подняли по тревоге всех. Не исключено, что и кадровики на месте. Да и рядом это.
Оказалось, что действительно рядом, через 3 двери от столовой. В отделе кадров их встретила женщина лет тридцати в штатском. По поводу постоянного удостоверения для Сергея Петровича она сказала, что фотограф на месте, но фотографироваться с такой щетиной нельзя, да и одеться желательно поприличнее. По поводу Крымова она сказала, что он откомандирован в распоряжение заместителя начальника 1-го управления НКГБ СССР, если надо, то она может оформить выписку из приказа. На что Крымов ответил, что пока не требуется, а вот пропуск нужен.
– Не принимают они наших пропусков, – проворчала женщина, но, всё же, села заполнять бланк. Писала она не торопясь, ученической ручкой, потом зарегистрировала в журнале, заставила Крымова расписаться в получении, потом достала штемпельную подушечку с печатью, проштамповала пропуск и отдала его Крымову.
– Спасибо, до свидания, – и они вышли в коридор.
После отдела кадров пошли в 1-е управление. По дороге Крымов объяснил, что это управление занимается внешней разведкой и имеет квартиры, в которых селит нелегалов, когда они, по каким-то причинам, приезжают в Москву.
У знакомой двери входа в Управление предъявили пропуск Крымова и временное удостоверение Сергея Петровича охраннику, но тот пропускать отказался, мол не хватает какого-то штампа.
– Тогда вызовите дежурного по управлению, – сказал Крымов, – И не забудьте назвать ему наши фамилии.
Охранник позвонил по телефону и менее чем через минуту дверь открылась, из неё выглянул человек с одной шпалой в петлицах и приказал охраннику:
– Пропустить. А документы давай сюда.
Когда дверь закрылась, он, мельком взглянув на бумаги, продолжил, обращаясь к Крымову:
– Пропуска я зарегистрирую, а вам, сейчас, к товарищу Судоплатову, – развернулся и быстро пошёл по коридору.
Сергей Петрович растерянно посмотрел на Крымова:
– Я не помню, которая дверь.
– Ничего, я помню.
Крымов прошёл по коридору и постучал в одну из дверей. Из-за неё что-то ответили и они вошли. Кроме Судоплатова в кабинете никого не было. Судоплатов предложил им сесть около стола для совещаний.
– Ну что ж, Сергей Петрович, Ваша информация о диверсантах, похоже, подтверждается. У меня нет последней сводки, но по состоянию на восемнадцать часов было зарегистрировано четыре обрыва связи. А вот перебежчик не появлялся.