Странник

Гудалл Джейн

— О! Что я сделал, чтобы заслужить это?

— Это часть антишоковой терапии, — сообщила Брайони. — Все остальное сильно смахивало на допрос. Так что здесь произошло?

— Кого-то подвесили над кафедрой. Я бы на твоем месте не входил, это совсем необязательно.

— Очень даже обязательно.

Замок на церковной двери был полностью снят, в древесине остались большие дырки, и поверхность вокруг них теперь изучали, пытаясь обнаружить отпечатки пальцев. Брайони шагнула внутрь, в пространство, напоминавшее пещеру с небольшим освещенным участком в глубине, и сразу заметила Макриди и Латема в окружении еще нескольких полицейских. Все они стояли спиной к ней и были, видимо,

увлечены спором, но тело было видно совершенно ясно. В центре освещенного участка возвышалась тяжелая кафедра с балдахином, примерно метра полтора в высоту, и там — словно стоял на ней — находился пожилой мужчина, руки которого покоились на страницах Библии, возложенной на аналой, как будто он собирался прочесть ее. Так можно было бы подумать, если бы не широко открытый рот и не струйка густой крови, стекавшей на раскрытую книгу.

Глава 21

Когда утром Нелл надела туфли, они вроде бы прекрасно ей подошли, но к концу дня, после непрерывной беготни по трем этажам просторного офисного здания, превратились в орудие пытки. Помимо волдырей на обеих пятках, она еще натерла спереди пальцы, из-за чего напрягала ступню, поднимаясь и спускаясь по лестницам. «Вот балда, додумалась надеть чужую обувь», — твердила она себе. Не надо было идти на поводу у Риты: та пристала к Нелл, заявив, что ни в коем случае нельзя идти на новую работу в старых босоножках. Она намеревалась во время перерыва пойти и купить себе удобные сандалии, но обнаружила, что частью ее обязанностей (похоже, ее тут считали девочкой на побегушках) являлась доставка сотрудникам коробок с обедами из кафе, расположенного через дорогу. Страшно подумать, какого размера будут к вечеру волдыри.

Вечером, ковыляя вниз по ступеням метро на площади Лейсестер, в плотном потоке пассажиров, заполнявших вход на станцию в час пик, Нелл спрашивала себя, стоит ли все это одиннадцати с половиной фунтов в неделю. Мама прислала ей чек на двадцать фунтов на покупку книг, так что если питаться бутербродами с сыром в течение ближайших трех недель, пока не поступит грант, то вполне можно обойтись без работы.

Однако лишние деньги не помешают, а что касается того, что Нелл сильно устает на работе и в транспорте, то, может, даже хорошо, что у нее не остается времени и сил для приступов тревоги. Ухватившись за кожаную петлю в центре вагона, девушка попыталась разобрать заголовки в газете, которую кто-то читал рядом с ней, но лист располагался под неудобным углом. Она вышла на станции Глоусестер-роад и удивилась, обнаружив, что в киоске уже распродали все вечерние газеты.

По понедельникам у Риты был выходной. Днем она обычно ходила по магазинам, а потом смотрела телепрограмму «Доктор Кто». Там рассказывалось о путешествиях во времени и всяких мистических явлениях. Нелл считала, что близнецы смотрят слишком много всяких телепередач и сериалов, но сама никогда не пропускала шестичасовые новости, а потому очень удивилась, когда Рита внезапно выключила телевизор.

— Ну и как прошел день?

— Хорошо. Слушай, давай посмотрим новости.

— Что? После твоего первого рабочего дня? Ты сама должна быть полна новостей. Расскажи мне обо всем, а я пока займусь ужином на кухне. Хочу сделать пирог с тунцом, а его надо держать в духовке полчаса, так что уже пора приступать.

Час спустя появилась Джули, и Нелл включила телевизор, полагая, что девушки, как всегда, будут ужинать перед экраном, но Рита снова выключила его.

— У меня голова разболелась, — заявила она, как-то странно подмигивая Джули.

Пока Нелл мыла посуду, близнецы что-то горячо обсуждали в гостиной. И внезапно девушка

догадалась. В новостях было нечто такое, о чем она не должна была знать. И в вечерних газетах тоже было что-то сенсационное, недаром весь тираж мгновенно разошелся. Решив выяснить, в чем дело, Нелл вытерла руки и направилась в комнату.

— Ну-ка признавайтесь, что случилось? Где-то взорвали бомбу?

Близнецы переглянулись. Очевидно, они придерживались разных точек зрения о том, следует сказать Нелл правду или нет.

— Просто сегодня в газетах была напечатана кошмарная история, — сообщила Джули. — Тебе не нужно знать. Это тебя только расстроит. Кстати, Рита сказала, ты жаловалась, что натерла ноги ее туфлями. Почему бы тебе не примерить мои сабо? Они, конечно, не столь элегантны, но все равно выглядят лучше, чем твои босоножки.

— Я думаю, все дело в том, что у меня нога больше, чем у вас. По крайней мере, шире. Так что случилось?

— Кого-то убили, — ответила Джули. — Но это произошло на другом конце Лондона, в Ист-Энде.

На следующее утро близнецы проводили Нелл до станции метро. Они практически тащили кузину за собой, пристроившись с обеих сторон, так что она едва успела заметить крупные заголовки газет: «Последние новости об убийстве в Уайтчепел», «Потрошитель вновь выходит на тропу». Но в вагоне Нелл осталась одна: все вокруг читали газеты, так что заголовки просто бросались в глаза. Да и в офисе все обсуждали происшествие.

— Он вырезал у нее сердце, — услышала Нелл от одной девушки. — Ну совсем как Джек-Потрошитель. Теперь страшно будет домой возвращаться.

Нелл забрала свежую почту и принялась сортировать ее, как учили. Она еще не закончила раскладывать письма и пакеты по категориям, когда принесли новую доставку в четырех больших картонных коробках. Расписавшись в получении, девушка поставила их в шкаф. Если сосредоточиться на почте и ходить достаточно быстро, может быть, удастся не слушать разговоры вокруг. Сабо Джули, к счастью, оказались более удобными, чем туфли Риты.

Хуже всего было в обеденный перерыв, когда Нелл пришлось отправляться в кафе.

— Извини, дорогуша, — заявила женщина за прилавком, — я сегодня немного запоздала. Все будет готово через пять минут.

Она намазывала хлеб маслом, укладывала на него ломтики мяса и салата-латука или сыра и помидора, складывала куски сэндвичей вместе и разрезала их по диагонали каким-то невероятно длинным ножом.

— Ох, как я рада, что не живу в Ист-Энде, — заявила она. — Мой брат туда регулярно ездит, он работает возле станции Майл-Энд, а моя невестка так беспокоится за детей. Она прошлой ночью даже плакала, когда мы с ней говорили по телефону. Ужасно, правда? Среди бела дня, только подумайте! Интересно, куда смотрит полиция? Надеюсь они поймают его и положат этому конец. Так страшно думать, что рядом по улицам бродит такой тип. Просто мороз по коже.

— Да, — кивнула Нелл. — Надеюсь, его поймают. Так я погуляю минут пять?

— Лучше десять. Извини, дорогуша. Сегодня выдалось такое тяжелое утро, понимаешь?

Нелл вышла на освещенную солнцем улицу и медленно пошла вокруг квартала. «Надеюсь, его поймают, — вновь и вновь повторял внутренний голос у нее в голове. — Надеюсь, его поймают. Надеюсь, его поймают». Слова звучали в такт шагам, и девушка шла быстрее и быстрее, распугивая голубей, клевавших на тротуаре что-то невидимое. Она миновала продавца газет, а потом вернулась и купила выпуск «Гардиан». Все равно от этой истории никуда не спрятаться, так лучше уж узнать факты из более или менее надежного источника. Нелл села на скамейку в тени и уставилась на заголовок: «Двойное убийство в Уайтчепел».