Странник
Шрифт:
Рафаэль, стонущий на полу, сделал жалкую попытку подняться. Но Странник был быстрее. Он шагнул к нему и склонившись, придавил к полу, в руке сверкнул нож и лезвие уперлось в горло Рафаэлю.
— Если ты коснёшься её ещё раз, — его слова прозвучали как приговор, — я тебя уничтожу. Я выпотрошу твои кишки…Но перед этим в полицию, к главному прокурору и в СМИ попадет забавная информация…маленькая флешка, где ты…Рафик, платишь чиновникам взятки. Это так…одно из моих недавних приобретений. Будут еще бонусы. Только тронь – и я раздавлю тебя как слизняка. Понял, ублюдок! Пока ты не прикасаешься
Рафаэль замер, его глаза наполнились гневом, но и страхом. Он видел перед собой не просто человека. В лице, закрытом маской, было нечто, что пугало его до глубины души. Он не смел больше ничего сказать.
– Пошел вон отсюда и закрой дверь с другой стороны!
– Ты в комнате моей жены! – хрипло прошептал мой недомуж.
– В отличии от тебя я не насилую женщин! Пошел отсюда! И не беги к охране, иди поменяй памперс самостоятельно…Ты же не хочешь сюрпризов, правда?
Рафаэль, шатаясь, медленно выбрался из комнаты, бросив на меня последний злой, полный ненависти взгляд. Я сидела на полу, прижавшись к стене, и не могла пошевелиться. Рафаэль ушёл, но моё тело всё ещё содрогалось от ужаса. Моя грудь тяжело вздымалась, и я не могла успокоиться. Странник сделал шаг ко мне, и я снова посмотрела на него. Его чёрная куртка и капюшон полностью скрывали лицо и тело, а его фигура казалась ещё более устрашающей на фоне уходящей ночи. Он был как воплощение теней из самого ада, как безмолвный защитник, который пришёл из ниоткуда. Я не знала, что сказать. Слова не приходили в голову. Только молчание. Только тишина между нами.
Он помог мне подняться с пола. Колени дрожат. Я вся покрыта бисеринками пота. Рафаэль мог вернуться, но в этот момент это было неважно. Всё, что я могла думать — это о человеке передо мной. О том, кто он. О том, почему он всегда появляется, когда я больше всего нуждаюсь в нём. И почему…почему мое сердце опять замирает? Что со мной не так? Ведь этой ночью я отдалась Чезаре…любимому, желанному Чезаре. Тогда какого черта меня трясет рядом с этим незнакомцем.
— Почему ты здесь? — мой голос дрожал, но я всё же нашла в себе силы задать этот вопрос. — Почему ты всегда приходишь, когда я в беде?
Он не ответил сразу. Но его молчание говорило больше, чем любые слова.
— Ты... ты меня защищаешь? Зачем? Что тебе до меня? — мои слова прозвучали глупо, но я не знала, как ещё выразить свои чувства. Этот человек, эта тень... он всегда появлялся, когда мне было больно. Когда мне угрожала опасность.
Он сделал шаг назад. Его лицо оставалось закрытым маской, и я не могла видеть его выражения. Он был таинственным, как ночь, и мне казалось, что чем больше я смотрю на него, тем меньше понимаю.
— Какая разница зачем?
Я не могла больше сдерживаться. Вся боль, весь ужас, который я сдерживала в себе, вырвался наружу. Слёзы хлынули из моих глаз, и я с трудом смогла удержаться на ногах. Всё, что произошло сегодня — Рафаэль, его руки, которые пытались содрать мой халат, его слова — это было невыносимо.
Я упала на колени, не в силах больше держать эту боль в себе. Мои рыдания разрывали тишину ночи, и я закрыла лицо руками, пытаясь скрыть свою слабость.
— Я не могу больше... — выдохнула
Странник молчал. Он не двигался с места, но я чувствовала его присутствие. Чувствовала его взгляд, который следил за мной. Он смотрел на меня, но не мог сделать ничего, чтобы облегчить мою боль. Я знала это. А потом стукнула оконная рама и я поняла, что он ушел и разрыдалась еще сильнее.
Глава 6
Рафаэль вальяжно откинулся на мягкий кожаный диван VIP-зала. В воздухе витал запах дорогого алкоголя и табака, приглушённый свет заливал комнату едва заметным тёплым сиянием. Музыка, гремевшая в основном зале клуба, здесь была почти неслышной — только отдалённый гул басов. Всё вокруг дышало роскошью и деньгами, той властью, которую Рафаэль всегда хотел удерживать в своих руках. Именно здесь, в клубе, который принадлежал ему, он чувствовал себя как дома.
Но сегодня он был здесь не ради развлечений. Эта ночь была важнее. Намного важнее.
В полумраке, напротив него, сидел Лоретти. Мужчина, чье имя произносили шёпотом. Его тёмные глаза были прикованы к Рафаэлю, и даже в тусклом свете они горели, как угли. Лоретти — загадка, призрак, человек, за которым тянулся шлейф неразгаданных историй и убийств. Рафаэль не мог не ощущать лёгкий холодок, пробегающий по спине от этого взгляда, но он не показал этого. Он привык к риску. К играм на выживание. Ну и если что папа всегда его спасет.
Рафаэль чуть приподнял бокал виски, небрежно покрутил его в руках, наблюдая, как жидкость играет в свете лампы. Весь их разговор был игрой. Он знал, что Лоретти хочет узнать, зачем его пригласили. И Рафаэль любил эту игру. Власть, деньги, информация. И теперь он собирался выторговать себе место в самом центре этого мира.
— Ты знаешь, зачем я пригласил тебя сюда? — Рафаэль поднял глаза, пристально вглядываясь в лицо Лоретти.
Лоретти чуть приподнял одну бровь, но его лицо оставалось непроницаемым.
— Предположу, что не для того, чтобы обсудить политику. — Его голос был низким, как гул далёкого грома. — Надеюсь ты принес мне правильный ответ, Рафаэль Моретти. И я сюда пришел не просто так. Мое время очень дорого стоит.
Рафаэль слегка улыбнулся. Лоретти был прямолинейным человеком. Прямым и опасным. Это его не удивляло. Лоретти любил контролировать каждую деталь, а вот Рафаэль предпочитал сначала создавать хаос, чтобы позже из него извлечь свою выгоду.
— Твоя цель ясна, — Рафаэль спокойно сделал глоток виски. — Ты ищешь бриллианты, которые когда-то у тебя украли.
Теперь Лоретти не смог скрыть своей заинтересованности. Он подался немного вперёд, его глаза сузились, как у хищника, который учуял добычу.
— Что ты знаешь о бриллиантах? — спросил он сдержанно, но в его голосе сквозило напряжение.
Рафаэль взял паузу, наслаждаясь моментом. Вот оно — когда контроль постепенно переходит в его руки. Он знал о важности сокровищ, спрятанных где-то под землёй Сан-Лоренцо. Он знал, что эти бриллианты были не просто символом богатства — они были ключом к власти. И именно сейчас Лоретти был готов на всё, чтобы вернуть их.