Странники вселенной
Шрифт:
– Видал я тебя с пулеметом, пацифист, – усмехнулся Владимирский. – Лично я из своего опыта могу заключить, что оружие в таком путешествии не будет бесполезным грузом.
– Последний бластер полностью разряжен, – сказал Колька. – Остался только один пульсар. Но там, где вы окажетесь, не будет того энергетического потока, как на планете гааганов. Пользоваться им сможете только вы, Георгий Семенович, но я не знаю, насколько это истощит ваши силы.
– За мое здоровье ты не беспокойся, – ответил Владимирский. – Давай пульсар,
– А Кадабр не говорил, что это за планета, где мы сейчас? – вдруг тихо спросила Юля.
– Этого мы не знаем, – произнес полковник.
– Здесь все так похоже на Землю, – печально сказала Юля.
На некоторое время воцарилось молчание, всем вспомнился дом. Первым заговорил Колька:
– Кадабр упоминал, что здесь обитают разумные существа, но гааганы с ними никогда не сталкивались. Этот остров находится в самом глухом уголке планеты и скрыт защитным экраном, вряд ли мы когда-нибудь встретимся с местными обитателями.
– Но лучше бы нам поскорей найти дорогу домой, – сказал Чертогонов. – Хоть некоторые из нас и обладают кое-какими знаниями в различных областях науки и техники, все же следует признать, что все мы здесь люди случайные. Если гиперпространственная установка выйдет из строя, мы не сможем ее восстановить и навсегда останемся на этом острове. А теперь предлагаю идти спать, завтра у нас трудный день.
Путешественники не сразу поняли, что тоннель закончился, на выходе из портала их встретила темнота, прорезаемая ослепительными электрическими разрядами. В лобовое стекло вертолета плеснула вода, затем захлестнула салон, сразу вымочив всех до нитки. Раздался громкий хлопок, энергетические батареи разорвались с яркой вспышкой.
Юля взвизгнула, а Вовка истошно завопил:
– Тонем!
– Вверх, Семеныч! – крикнул Чертогонов. – Давай вверх!
Но Владимирский и сам уже завел двигатель на полные обороты.
– Выноси, родная, – простонал полковник, вцепившись в рычаг.
Словно поддавшись на его уговоры, вертолет медленно, как бы нехотя, поднялся над водой.
– Вот она, ваша хваленая гааганская техника, – прохрипел Владимирский, поднимая вертолет все выше. – Сразу же все замкнуло на хрен. Надеюсь, ящик еще цел?
– Чего ему сделается? – отозвался Чертогонов. – А мы действительно чуть не утопли. Не ожидал, что портал откроется над водой, да еще так низко. Неплохо бы, Семеныч, поплавки на твой тарантас установить.
– Учтем, – кивнул полковник.
– И двери надо поставить, – добавила Юля. – Дует очень.
– А не многого ли вы захотели, господа путешественники? – усмехнулся Владимирский. – Скажите спасибо, что этот драндулет пока еще летает. А то пришлось бы сейчас ящик Кадабра на себе переть, а то и вовсе вон там с ним плавать.
– Мы, видимо, попали в шторм, – предположил Чертогонов, выглядывая наружу и силясь разглядеть что-либо внизу. –
– Уж извините, гардероб у нас не очень богатый, – съязвил полковник. – Придется так обсыхать, переодеться все равно не во что, даже если бы в форте были.
– Дядя Жора, батареи дымятся, – сообщил Вовка.
– Отстегивай их и выбрасывай к чертовой матери. Не хватало нам еще пожара на борту. Антигравитатор все равно не работает.
В этот момент воздух сотряс оглушающий грохот, вспышки электрических разрядов ослепили путешественников, блистающие ветвистые молнии расчертили небо, каскадом спускаясь к бушующим волнам внизу.
Юля снова взвизгнула, а Вовка с дрожью в голосе спросил:
– Мы тут не поджаримся?
– Хочешь выйти? – ухмыльнулся полковник.
– Да нет, я уж лучше тут пережду.
– Дядя Жора, куда мы летим? – спросила Юля.
– Навстречу ветру, – ответил Владимирский.
– Почему именно туда? – полюбопытствовал Вовка.
– Быстрее вырвемся из грозы, – пояснил полковник. – Жаль, не на истребителе, тогда бы враз выбрались. А так неизвестно сколько пилить придется.
– Недолго, – успокоил его Чертогонов. – Гроза скоро закончится. Вон, небо впереди уже светлеет.
Действительно, с каждой минутой небо прояснялось. Громовые раскаты и сполохи молний остались позади, а вскоре утих и ветер. Внизу, сколько видел глаз, пенилась мутно-зеленая водная равнина.
Тучи окончательно рассеялись, выглянуло солнце, как показалось – несколько больших размеров, чем земное. Море успокоилось, заискрилось под солнцем яркой синевой, не осталось и намека на то, что всего лишь полчаса назад внизу бушевал шторм.
– Погодка фокусничает, – заметил Чертогонов. – Все это довольно странно. Слишком уж внезапно буря закончилась.
– Лично меня это устраивает, – ответил полковник. – Да и Юля, я думаю, тоже довольна.
– Еще бы, – отозвалась девушка. – Я с детства грозы боюсь.
– Трусиха, – пренебрежительно фыркнул Вовка.
– А сам-то как заверещал: «тонем, тонем», – напомнила Юля.
– Так ведь действительно тонули.
– И ящериц ты боишься, – продолжала Юля.
– А ты пауков, – парировал Вовка. – Как их увидишь, так в обморок падаешь.
– Неправда! – с негодованием воскликнула Юля.
– Да хватит вам, – остановил ребят Чертогонов. – Сколько гляжу на вас, все удивляюсь, как вам не надоест скандалить?
– Во-во, – поддержал его полковник. – Вы бы лучше своими исследованиями занялись, юные натуралисты.
– Да чего тут исследовать-то? – недоуменно пробурчал Вовка. – Одна вода кругом.
– Вот ее и исследуй. Можешь даже нырнуть, мы тебя, так и быть, подождем чуть-чуть.
– Спасибо, что-то не хочется, – отказался парнишка. – Я и так уже мокрый, хоть трусы выжимай.