Странники
Шрифт:
Случилось так, что Шумилов, планировавший вернуться в Нижний Новгород в понедельник, вынужден был задержаться по делам отдела, и купил билет на вторник. С утра он появился на работе, привычно просмотрел бумаги и на некоторых, еще не просмотренных накануне, наложил свои визы и резолюции.
До обеда оставалось около двух часов, а потом можно было бы выехать на вокзал. Время для отъезда он выбрал не очень удобное —
Его взгляд наткнулся на подборку документов оставленных Забелиным, когда тот проверял денежные переводы на Кавказ через фирму-однодневку. Насколько помнил Шумилов, там проявилась одна фигура, одна интересная личность, с которой стоило бы пообщаться.
Это был молодой чиновник Иван Чайка.
Раскрыв тонкую картонную папку, Николай Поликарпович внимательно перелистал документы и нашел нужную ему справку в отношении Чайки. Прочитав её, он подумал, что неплохо бы скоротать время до отъезда и побеседовать с этим энергичным молодым человеком, успевавшим провернуть такую массу работы на финансовом фронте. Он был просто ударником государственного труда — успевал и в кабинете поработать и с банками пообщаться.
В справке был указан рабочий телефон Чайки.
Шумилов набрал номер и дождался пока длинные гудки в трубке сменяться живым голосом, принадлежащим молодому человеку. Полковник представился и сразу ощутил напряжение, возникшее на том конце провода.
— Это Чайка? Иван Максимович? — спросил он.
— Да. С кем я разговариваю?
— Я из ФСБ, полковник Шумилов. Нам необходимо с вами побеседовать, причем, в самое ближайшее время.
— А в чем дело? Вроде за мной криминала нет — в этом месте голос Чайки слегка дрогнул.
— Никто и не говорит, что за вами криминал. Просто, у нас возникли некоторые вопросы по финансовой деятельности, относящейся к сфере вашего министерства, и мы хотели получить от вас консультацию.
— От меня? — Чайка удивился, — но для этого есть люди рангом повыше. Например, мой начальник Самошин, или кто-то из руководства Департамента.
— Иван Максимович, нам не хотелось бы отвлекать столь занятых людей. Достаточно будет вашего присутствия.
— Ну, если так нужно… — Чайка замялся — тогда я должен доложить начальнику отдела.
— Конечно, без вопросов — вы же на работе. Если сможете, то подъезжайте на Лубянку минут через тридцать. Пропуск я вам закажу, подойдете в старое здание.
И вот они встретились. Иван сидел перед Шумиловым неспокойно — явно не зная, куда деть свои руки. Он, то клал их на стол, то опускал на колени, то опирался на подлокотники кресла. По всему чувствовалось, что Чайка был не в своей тарелке.
— Я не знаю, по каким вопросам смогу вас проконсультировать — сказал напряженно Иван, — у меня узкий круг обязанностей, в рамках своего функционала.
— А нам и не нужен широкий — улыбнувшись, ответил Шумилов — хотелось бы, чтобы вы пояснили операции фирме «Энерго-Кристалл». Как выяснилось, это фирма — однодневка.
Чайка еще сильнее заерзал.
— Ваши подписи есть на платежках, видите — Николай Поликарпович показал Чайке
— Да, участвовал в транзакции денежных средств. Мы переводили деньги на компании, выигравшие тендер на строительство федеральных объектов в Дагестане, Ингушетии. И, кроме того, — голос Чайки обрел некоторую уверенность, — мы привлекаем деньги зарубежных спонсоров на восстановление экономики республик Северного Кавказа. А то, что это фирма — однодневка я не знал. У нас нет службы безопасности, как в коммерческих банках.
— Иван Максимович, я знаю, откуда идут деньги — со значением сказал Шумилов, — большая часть зарубежных средств поступает из специальных закрытых фондов, созданных радикальными исламистами, которых называют ваххабитами, на поддержку терроризма на Кавказе. Вот откуда эти деньги. А вы говорите…
— Я этого не знаю, не знал — опять заволновался Чайка.
— А кто вам давал поручения проводить транзакции, откуда вы брали адреса фирм? Не сами же их нашли?
— Этой мой начальник отдела Самошин Юрий. Но я не думаю, чтобы он был связан с террористами.
— Так, интересно — Шумилов забарабанил пальцами по столу, — а вы его не выгораживаете? Мы всех проверим, всех, кто причастен к этим переводам и мне нет нужды вам рассказывать, какое наказание будет за помощь террористам.
— Я тут не причем, да и Юрий тоже. Наверняка, это было указание сверху. Вы с Самошиным побеседуйте. Он больше знает, чем я.
— С ним мы непременно встретимся. А пока подумайте хорошенько над моими словами. Терроризм большая угроза для всех. Он терактов никто не защищен — вы, наверное, видели по телевизору взорванные дома в Москве?
— Да, видел — подавленно ответил Иван.
— Если вы им помогаете, то новые жертвы будут на вашей совести. Поэтому, помогите лучше нам, тем более, что это ваш долг, как гражданина. Со своей стороны мы окажем вам любое содействие — любая рекомендация от нас будет только положительной. Кстати, можем помочь с продвижением по службе. — Сказав последнюю фразу, Шумилов заметил в глазах Чайки проблеск интереса: — Да, не сомневайтесь, Иван Максимович, людей болеющих за свою страну, мы всегда найдем способ поддержать.
Чайка поправил указательным пальцем очки, принял равнодушный вид, и Шумилову больше ничего не удалось прочитать на его лице.
— Тогда, — сказал полковник, посмотрев на часы и отметив, что пора обедать, а потом собираться на вокзал, — наша встреча на этом закончена. Но, мне кажется, она не последняя. Подумайте над моими словами, Иван Максимович.
Подписав пропуск, Шумилов вывел его из здания, а сам тут же позвонил Новикову.
— Виктор Евгеньевич — сказал он, — я тут побеседовал с одним молодым чиновником из министерства экономики, осуществлявшим переводы на Северный Кавказ, Чайкой Иваном. Это по материалам проверки Забелина. Тут выплыла еще одна фамилия — его начальник Юрий Самошин. Записываете? Так вот, нити ведут к этому Самошину, поскольку Чайка ссылается на его указания. Хорошо бы взять в проверку этот деятеля. Как Чайка? Ничего, я думаю, он к нам еще придет. Есть у меня такое предчувствие. Сам я сейчас на обед, а потом на вокзал и в Нижний. До встречи!