Странные игры
Шрифт:
– Потому что большая часть находящихся здесь предметов была обновлена в той или иной степени, а к камину, который превосходно сохранился, прикасалась разве что метелка уборщицы.
Он продолжал свое занятие. Плитка отвечала глухо, как и следует в том случае, когда она налеплена на камень. С другой стороны камина Раднор скрупулезно шел снизу вверх, с тем же результатом.
Но вот Итан достиг верхнего ряда, под самой каминной полкой, представлявшей собой массивную полированную доску. Первая же плитка откликнулась звонким продолжительным звуком.
Все
– Это что-то новое, – заметил Раднор, опуская руку.
– Давайте скорее посмотрим. – Итан провел кончиками пальцев по краю плитки, тоже массивной, вытесанной из мрамора. – Интересно, ее придется сбивать или где-то есть тайная пружина?
– Раз уж в ночь своей смерти Керуан не устраивал здесь шума, значит, это самый настоящий тайник, – сказал Раднор, и глаза его блеснули мальчишеским возбуждением.
Итан пошарил со всех сторон, засунул руку далеко под полку и сказал: «Оп-ля!» Раздался негромкий, но внятный звук. Плитка выехала чуть вперед и в сторону.
– Дядя Итан, дядя Итан! – не выдержал Джефф, которого оттеснили с места развития событий. – Есть там что-нибудь или нет?
– Как я и думал, есть.
Аудитория разразилась рукоплесканиями, засверкали вспышки, репортеры снова начали сыпать вопросами. Профессор Коттингтон затоптался на месте, разрываясь между нетерпением и желанием сохранить достоинство.
Тем временем Итан сунул руку в тайник и вытащил оригинальную кожаную шкатулку. Он поставил ее на стол и сделал приглашающий жест в сторону Паломы Сантана.
– Честь открыть ее, безусловно, принадлежит вам.
– Благодарю!
Улыбка осветила не только лицо, но и темные глаза мэра. Она склонилась к шкатулке. Крышка откинулась. Несколько долгих секунд Палома просто смотрела внутрь, потом с бесконечной осторожностью и благоговением достала толстый тугой свиток. Раскрыла его и прочла название:
– «Видения в каньоне»!
В толпе начались, было, разговоры, но она утихомирила их, добавив:
– Здесь не одна рукопись, а две.
Из шкатулки появился еще один свиток.
– «Свет пустынной зари»! Подумать только, сразу два новых произведения! Тут есть и подпись: «Уолтер Керуан».
– Это все какая-то грандиозная фальсификация! – вскричал профессор Коттингтон. – Я хочу видеть рукописи!
– Сделайте одолжение, – безмятежно ответила Палома, передавая ему обе. – Я сама хотела просить вас об этом.
– Это не может быть подлинным, просто не может! – не унимался Коттингтон. – Таких чудес не бывает! Я требую удостоверения подлинности этих рукописей! Почерк, стиль, насколько состарилась бумага, и выцвели чернила!
– Мы все будем этому только рады.
Возмущение профессора, однако, вскоре сменилось восторгом.
– Почерк Керуана, – прошептал он, – и если это подтвердится, находка станет самым выдающимся вкладом в классику американской литературы за все последнее время!
В тот же вечер «гоп-компания» собралась в любимой пиццерии. Перед этим Зоя посмотрела программу вечерних новостей,
– Поверить не могу, что этот надутый индюк Коттингтон приписал себе всю честь находки!
– Не он приписал, ему приписали, – со смешком поправил Итан.
– Все равно, не следовало превозносить до небес того, кто до последней минуты сомневался! Это эксклюзивное интервью должно было быть с тобой, а не с ним, а вместо этого о тебе было только упомянуто, да и то лишь в связи с тюканьем по камину!
– Я тоже не шоглашен, – сказал Тео с набитым ртом. – Дядю Итана вообше не покажали по телевижору, а я так ждал!
– Эх, будь моя воля, я бы им сказал, что о них думаю! – поддержал Джефф. – Кто нашел рукопись? Дядя Итан, а не какой-то профессор.
– Так проходит слава мира… – философски заметил Итан и откусил кусок пиццы.
– А почему она проходит? И куда? – заинтересовался Джефф.
– Кто его знает. Многие умы веками задавались этим вопросом.
– Слушай, меня интересует совсем другое, – сказала Бонни. – Ты что, в самом деле, пустил все на самотек? Не побоялся, что в камине ничего не окажется, и ты сядешь в галошу?
– Нет, что ты. Не настолько я непробиваем, чтобы выставить себя пустомелей перед всем народом. Накануне открытия мемориала я одолжил у Паломы Сантана ключ и вместе с Зоей отправился на разведку. Мы с ней постучали немного… ну, остальное вы знаете.
– Я ни секунды не сомневалась, что тайник существует, – вступила в разговор Зоя. – Итан большой специалист по раскрытию преступлений столетней давности. Чего я, в самом деле, не ожидала, так это что в шкатулке обнаружится сразу две рукописи. Как представлю себе, какое это потрясение для всего литературного мира… опубликовать сразу две новые книги давно ушедшего классика!
– Выходит, Керуан умер естественной смертью, – задумчиво произнесла Аркадия.
– Теперь это совершенно очевидно, – ответил Итан. – Если бы его, в самом деле, отравила экономка, она бы непременно присвоила рукопись, потому что имела представление о ее ценности. По крайней мере, передала бы ее издателю для публикации, за вознаграждение.
– Но если рукопись уже была спрятана к моменту смерти, экономка никак не могла до нее добраться, – резонно заметил Гарри. – Все говорит за то, что она понятия не имела о существовании тайника.
– Ты не видел рукописи, – возразил Итан. – Последняя правка состоялась в ночь смерти.
– Откуда ты знаешь?
– Она была сделана красными чернилами, и красным же помечена дата. Судя по всему, Керуан посвятил этому несколько часов непосредственно перед смертью, а потом спрятал рукопись в обычное место. Если он был отравлен, яд был бы невероятно медленного действия, в то время как большинство ядов того времени, по крайней мере, те, что можно было легко заполучить, действовали очень быстро и к тому же оставляли по себе явные свидетельства. Отравить так, чтобы это походило на сердечный приступ, мог убийца со стажем, но никак не безупречная в прошлом экономка.