Страшила
Шрифт:
На время перелета мы надели наушники, чтобы не оглушал рокот мощного ротора, по причине чего разговаривать не могли и при необходимости обменивались записочками. Рейчел взяла мои файлы и, пока мы находились в полете, не менее часа изучала их. Я наблюдал, как она сравнивала фотографии Дениз Бэббит и Шарон Оглеви с аутопсии и места преступления. Она работала с выражением сосредоточенности на лице, время от времени делая необходимые записи в служебном блокноте, извлеченном из сумочки. Особенное внимание Рейчел уделила снимкам мертвых женщин, без конца разглядывая те, что были сделаны в момент обнаружения трупов и позже — на анатомическом столе.
Большую часть полета я просидел
В Неллисе нас почти мгновенно пересадили из вертолета в стоявший на взлетной площадке реактивный самолет, где мы оказались единственными пассажирами. Когда мы расположились в салоне в помещавшихся наискосок друг от друга креслах, пилот сказал, что Рейчел вызывают по междугородной телефонной линии и звонок переключен на борт. Мы пристегнулись к креслам ремнями безопасности, после чего Рейчел сняла трубку, а самолет стал выруливать на старт. По громкой связи пилот сообщил, что мы прибудем в Лос-Анджелес в течение часа. Я подумал, что приятно все-таки, когда к твоим услугам средства связи и транспорта федерального правительства. Так путешествовать можно. Одно плохо — самолет оказался небольшим, а маленькие самолеты всегда вызывали у меня почти животный ужас.
Рейчел, разговаривая по телефону, в основном слушала своего абонента, потом задала ему несколько вопросов и повесила трубку.
— Анджелы Кук нет дома, — сказала она. — И ее никак не могут найти.
Я промолчал, ибо в этот момент меня пронизало столь острое и болезненное чувство страха за свою преемницу, что можно было подумать, будто меня ударили ножом под ребра. Появившееся болезненное чувство еще более усугубил момент взлета, так как наш реактивный самолет поднимался в воздух под куда более крутым углом, нежели пассажирский лайнер, и я, пережидая этот момент, мертвой хваткой вцепился в подлокотники кресла, едва не оторвав их. Только после того как взлет состоялся и самолет занял в воздухе горизонтальное положение, я нашел в себе силы отреагировать на слова Рейчел.
— Знаешь что? Думаю, я понял, почему этот тип так быстро на нас вышел. На Анджелу во всяком случае.
— Понял — скажи.
— Нет, сначала ты. Расскажи мне, что вынесла из просмотренных файлов.
— Не мелочись, Джек. Эта игра растет на глазах и, как мне представляется, уже вышла за рамки газетной статьи.
— Это не значит, что ты не можешь начать первая. ФБР привыкло считать свои дела самыми важными и гребет всю информацию под себя, ничего не давая взамен.
Рейчел не отреагировала на сарказм в моих словах.
— Отлично. Пусть первой буду я. И для начала, Джек, позволь сделать тебе комплимент. После изучения собранных тобой материалов по обоим убийствам у меня не осталось никаких сомнений в том, что их совершил один и тот же человек. Ему удалось избегнуть внимания властей по той причине, что в обоих случаях они с подозрительной легкостью и быстротой обнаружили альтернативных подозреваемых и все необходимые улики, и это словно надело на них шоры. Иными словами, они схватили тех, кого считали преступниками, почти в самом начале расследования и уже не обращали внимания ни на что другое. Правда, в случае с Бэббит в деле возникла легкая шероховатость, поскольку подозреваемый оказался подростком.
Я
— И что самое интересное, в главном преступлении он так и не сознался, хотя полицейские основательно его прессовали, — сказал я. — У меня в офисе остался протокол этого интервью. Они допрашивали его девять часов, но он не признался в убийстве Бэббит. Сказал лишь, что украл ее машину и деньги. Относительно же самой Бэббит сообщил, что ее труп находился в багажнике еще до того, как он сел в автомобиль. Он ни разу не сказал, что убил ее.
Рейчел кивнула:
— Я предполагала нечто подобное. Поэтому, просматривая твои материалы, занималась в основном профилированием. Иначе говоря, пыталась определить почерк убийцы.
— Почерк очевиден. Он любит душить свои жертвы полиэтиленовым пакетом.
— Технически они были не удавлены и не повешены, а именно удушены посредством искусственной асфиксии. А это, между прочим, большая разница.
— Как скажешь.
— Мне известны случаи с использованием пластикового пакета и шнура вокруг шеи в качестве орудия преступления, но я искала нечто не столь очевидное. Кроме того, я пыталась установить возможную связь или сходство между жертвами. Если мы установим эту связь, то поймаем убийцу.
— Они были стриптизершами.
— Это лишь часть более объемного целого. Кроме того, формально одна из них считалась стриптизершей, а другая — исполнительницей экзотических танцев. Тоже разница, хотя и небольшая.
— Как бы то ни было, они обе зарабатывали на жизнь, публично обнажая свои тела. Это единственное сходство между ними, обнаруженное тобой?
— Нет, разумеется. Как ты, наверное, заметил, они очень похожи внешне. Между прочим, разница в весе между ними всего три фунта, а в росте — не более полудюйма. У них также сходный тип лица и волосяного покрова головы. Интересно, что физический тип является определяющим в выборе жертвы. Беспринципный, скажем так, убийца приканчивает тех, кто попадается ему на пути. Но когда перед нами две мертвые женщины фактически одного физического типа, это наводит на мысль о терпеливом хищнике, тщательно выслеживающем и выбирающем свою добычу.
Похоже, она хотела что-то добавить, но вдруг замолчала. Я немного подождал, но продолжения не последовало.
— Почему молчишь? — осведомился я. — Ведь ты знаешь куда больше, чем только что сказала.
И тогда она, отбросив колебания, продолжила свой рассказ:
— В начале своей карьеры я входила в поведенческую секцию Бюро. Тогда профилировщики имели обыкновение усаживаться вокруг стола и рассуждать о сходстве между хищниками, на которых охотились мы, и хищниками из дикой природы. Ты бы удивился, когда узнал, насколько похож серийный убийца на леопарда или шакала. То же самое можно сказать и о жертвах. Когда разговор заходил о типе тела, или — шире — физическом типе, мы частенько причисляли убитых к той или иной породе животных. Этих двух женщин, к примеру, мы назвали бы жирафами, так как они обе высоки и длинноноги. Из этого следует, что наш хищник предпочитает жирафов.
Мне очень хотелось записать кое-что из ее откровений, с тем чтобы позже использовать этот материал в своем репортаже, но я опасался, что малейшая попытка с моей стороны зафиксировать ее реминисценции заставит Рейчел замкнуться, и сидел тихо, боясь даже пошевелиться.
— У меня есть еще кое-какие мысли на этот счет, — сказала она, — но это уже из области предположений. По крайней мере на данной стадии расследования. Оба рапорта об аутопсии описывают следы на ногах жертв как бороздки, оставленные лигатурой. Но это, возможно, ошибка.