Страсть дракона
Шрифт:
На мои слабые возражения "Вы бы не пили – еще дитя кормить", добродушная наша возразила :
– Нич-ч-че волчонку не станется.
Мы с Мойрой переглянулись, и я от нее отстала.
Мне было очень любопытно, что же там, на верху, происходит? И я все порывалась пойти и поискать окошко. Но Мойре стоило шикнуть на меня, и я успокаивалась.
– Дамы, а из чего делается этот напиток?
– Вино, что ли? – спросила Афина.- Дык из вина.
Логично, подумала я . А Мойра приложила руку к моему лбу и вдруг вскинулась.
– Мы же с твоей меткой так ничего и не сделали! Еще драконов
– А вы орите погромче, - огрызнулась я. И решила лечь поспать. Который час было не понятно, но от усталости и переживаний глаза просто слипались.
Я прижала к себе малыша покрепче и, укрыв нас с ним еще одним одеялом, заснула.
Обычно мне снятся цветные сны. А в этот раз мне вдруг приснилось, что я собираю крапиву. Вот сплю, и думаю – а к чему снится крапива? И так она больно жжет, что уже терпеть невмоготу.
Так, пора просыпаться. Я и проснулась.
Над моей рукой, со свечами колдовали Мойра с Афиной. Горячий воск залил уже почти весь узор на ярко полыхавшей руне, а бабы что-то в унисон бормотали.
– Больно, - ошарашено прошептала я. Мойра протянула мне неизвестно откуда взявшуюся кружку с вином. Но помеченную руку из своих лап они и не выпустили, и бормотать не перестали. Я уже с трудом сдерживалась, чтобы не заорать, так что решила сначала сделать пару глотков.
Глоток, другой. Метка вспыхнула и стала медленно исчезать. Оставляя после себя легкую жгущую боль.
– Все, детка. Ты свободна.
Ага, если бы.
– Кстати, я рассказала Фифе, где мы собираемся прятаться.
О, а вот это уже интересно. Мне бы тоже не мешало узнать, где мы будем прятаться.
– В домике , возле Черной горы, - многозначительно изрекла Фифа.
А Мойра согласно кивнула, улеглась на одеяло и громко захрапела.
Вот теперь нас точно никто не найдет!
Глава 17. Вот и познакомились...
Я даже не пробовала больше заснуть. Пьяному храпу Мойры вторило громкое посвистывание и причмокивание губами Ауфиногении.
К моему удивлению, Рики этот шум ничуть не мешал. Интересно, кто его папаша? Может, у него наследственная невосприимчивость к шуму?
Я посвистела над ухом Мойры – когда то мне сказали , что это чудесное средство от храпа. Не правда. Мойра продолжала храпеть, прерываясь на бормотание о домике возле Черной горы, о том, как там хорошо. И сколько всего полезного она успела умыкнуть туда из усадьбы. Звучало все складно, и была бы моя воля, я бы немедленно отправилась в дорогу. Но, к сожалению, я ничего не знала об окрестностях и без помощи моих шебутных спутниц дорогу не найду.
В тусклом свете подвала я заметила открытый второй бочонок. Если так пойдет и дальше, моему винному погребу будет нанесен серьезный ущерб. Я пальчиком попробовала сочившийся из краника напиток. Вкусно и пряно звучали ноты каких-трав. Я подставила кружку и налила себе вина. Совсем чуть-чуть. Ни сыра, ни хлеба не осталось. Это меня, правда , не удивило. И я хлебнула. Приятное тепло тотчас побежало по горлу и дальше, вниз, согревая и бодря.
Странно, но все остатки сна сняло как рукой. У меня возникла четкая потребность что-то делать. Ну, хоть что-то. И я решила пробраться в дом. Нет, в разведку я идти не собиралась. Но набрать
И я пошла. Шлепки мои стучали так громко, что перед дверью из подвала мне пришлось их снять. Дальше предстоял путь по темному и узкому коридорчику.
Я напоминала себе принцессу, оказавшуюся в таинственной пещере, где за каждым темным камнем спрятано сокровище, а в подземелье дремлет огромный дракон. Я только порадовалась, что выпила всего несколько глотков вина. А то я бы сейчас нафантазировала себе. Надеюсь, драконы по ночам спят, а не бродят, как я.
Показавшийся бесконечным коридор, наконец, закончился. И я уткнулась носом в дверь. Толкнула, поднатужилась, снова толкнула и под грохот стукнувшейся о стену двери, я вылетела вперед носом в кухню. И замерла, прислушиваясь. Мгновение, другое. Минута, еще минута. Тишина вокруг.
Я тихонько поднялась на ноги и осмотрелась.
Из окон под потолком лился лунный свет, достаточно ярко освещая кухню. Только сейчас я заметила, что в помещении повсюду мигали голубые огоньки. Да ладно! Неужели электроника? Я подошла к одному из шкафов с подсветкой и потянула на себя ручку. Похоже на духовку. Я пошла открывать все шкафы подряд, в надежде найти холодильник. Или то место, где они хранят продукты.
И вуаля! Двухдверный монстр был под завязку забит продуктами. Я схватила флягу с молоком, колечко колбасы и ногой закрыла дверцу. И вспомнила, что в глубине холодильника увидела кусочек торта. И мне вдруг сразу вспомнился мой дом. Стало так грустно, что именно тот сладкий кусочек только и может мне помочь! Я пожалела , что у меня нет еще пары рук. И, вновь открыв холодильник, поменяла колбасу на тортик.
Ну, да ладно, обойдусь самым необходимым. Странный шорох позади меня...
– Попалась!
Раздался тихий шепот, и к моей спине прижалось крепкое мужское тело…
Бастиану не спалось. И виновата в этом вовсе не неудобная подушка или слишком жесткая кровать. Он был воином, привыкшим спать, если понадобится, даже на сырой земле. Просто что-то не давало ему покоя. Что-то, что он никак не мог сформулировать.
Он натянул штаны и вышел на балкон. Сад утопал в цветущих растениях, а между ними змеилась песчаная, усыпанная цветными камешками дорожка . Лунный свет посеребрил его ладную , атлетическую фигуру. Он был скорее поджарым, чем крепко сложенным. Но перекатывавшиеся под кожей мышцы дали бы фору в драке любому атлету.
Дракон пристально всматривался в темноту и внимательно прислушивался к себе. Интуиция еще никогда его не подводила. Что-то слишком уж все тихо и спокойно. Не обуваясь, он одним мощным движением перепрыгнул через балюстраду и беззвучно приземлился во дворе. Тихо, словно огромный кот, он обошел предусмотрительно выставленных дозорных. Его внезапное появление не осталось незамеченным – его драконы знали свое дело. И он, удовлетворенный, отправился в дом.
Он уже подошел к своим покоям и, взявшись за ручку, снова прислушался. Странный звук, донесшийся откуда-то снизу, привлек его внимание. Звук был не громкий , но затем его чуткий слух уловил еще и странный шорох.