Страсть
Шрифт:
Ему было мало. Он знал: ему всегда будет мало. Он никогда не насладится деликатесом по имени Бетани, шелковистостью ее кожи, нежными складками ее влагалища, ее бесподобным клитором. Ему нравилось, как она вздрагивает от его прикосновений, нравились ее шумные вздохи и тихие стоны. Джейс и представить не мог, что когда-нибудь одна женщина настолько завладеет его желаниями и чувствами. Он не солгал Бетани, сказав, что она обладает громадной властью над ним. Более значительной, чем его власть над ней. Без нее он, со всеми своими деньгами
Без нее все, чего он достиг, его статус, его престиж теряли смысл. Бетани считала себя недостойной его лишь потому, что он имел материальные блага, которых не было у нее. Но ее дар ему был куда сладостнее; нечто, значительно превосходящее материальный мир.
— Джейс, — тихо простонала она. — Малыш, пожалуйста.
Она впервые произнесла это интимное слово. Джейсу оно понравилось. Чертовски понравилось. До сих пор он не слышал подобных слов из женских уст и даже пресекал попытки назвать его каким-нибудь игривым именем. Он сам не называл женщин на одну ночь малышками. Но с Бетани это слово произнеслось само собой. Вместе с другими ласковыми словами, которые слетали с его губ раньше, чем он успевал подумать.
— Повтори, — хрипло попросил он.
Бетани подняла голову. В ее глазах не было ничего, кроме тепла и любви.
— Что повторить?
— Ты назвала меня малышом.
Она улыбнулась. Глаза сверкнули. Улыбка стала шире.
— Тебе понравилось?
— Да, — признался он. — Очень понравилось.
— Малыш, — прошептала она.
Джейс закрыл глаза и снова стал вылизывать влагалище, наслаждаясь содроганиями ее тела, которые вызывало каждое прикосновение его языка.
— Скажи, как ты хочешь? — спросил он. — Хочешь кончить мне в рот? Или мне лучше войти в тебя?
— У меня есть выбор?
В ее голосе послышалось изумление. Он поднял голову. Глаза Бетани лукаво блестели. Боже, как он любил это выражение. Между ними на удивление легко устанавливалась прочная, надежная связь. Джейсу уже виделось, что в ближайшие несколько десятков лет их занятия любовью непременно будут сопровождаться смехом.
— Да, малышка, у тебя есть выбор. Ты кончишь в любом случае, так что ситуация для тебя беспроигрышная. Для меня тоже. Либо я продолжаю усердно работать языком, и ты получаешь удовольствие по полной, либо… я вхожу в тебя глубоко-глубоко. По самые яйца, поскольку они внутри не помещаются. Так что выбирай.
Бетани негромко засмеялась и откинулась на подушку:
— Нелегкий выбор. У тебя такой соблазнительный язык. Но еще больше мне нравится, когда ты во мне.
— Ни слова больше, — рявкнул Джейс.
Он передвинулся и приник к ее губам. Он целовал Бетани, ласкал языком ее рот, давая ей лакомиться ее же соками, которые оставались на его языке.
— Малышка, помоги мне в тебя войти.
У него закружилась голова, когда одной рукой она сжала напрягшийся член, а другой — раздвинула влагалище и подвела
Ее пальцы скользнули ниже, к его яйцам. Она играла ими, массировала, доводя Джейса до изнеможения. Он весь горел от желания. Джейс даже опасался, что зальет ее спермой, даже не побывав в ней.
Вот такой неотразимой силой обладали ее руки. Несколькими движениями Бетани умела свести его с ума от возбуждения. Джейс закрыл глаза и уперся локтями в матрас, перенеся на них часть своего веса.
— Ты готов? — прошептала она.
— Еще немножко подразни, — шепотом попросил Джейс.
Бетани улыбнулась, выгнула спину и на дюйм ввела в себя его член. Потом она обняла Джейса за плечи и крепко прижала к себе.
— Возьми меня, Джейс. Займись со мной любовью.
Он вошел в нее, медленно, осторожно, пока его бедра не соприкоснулись с ее бедрами. Бетани обвила его ногами, двигаясь вместе с ним и считая толчки.
Джейс целовал ее в губы, добрался до уголка рта и передвинулся дальше — в пространство между подбородком и ухом. Он игриво взялся за мочку уха и пососал так, словно это была ее грудь.
Его член стал совсем мокрым от брызнувших соков. Джейса обдало жаркой волной.
— Это тоже нравится моей малышке, — сказал Джейс.
— Ммм, — стонала Бетани. — У меня слишком чувствительные уши.
Джейс продолжал дразнящую игру с ее ухом. Облизал завиток ушной раковины. Каждое прикосновение его языка заставляло Бетани вздрагивать. Ее влагалище сжалось, и член оказался в сладком плену.
— А она и в самом деле это любит, — негромко рассмеялся Джейс.
Ее зубы вонзились ему в плечо, и теперь он уже содрогнулся от наслаждения, охватившего все тело.
— Хмм, мой малыш это тоже любит, — игриво произнесла Бетани.
— Люблю, черт побери! Мне все нравится: твои зубки, твои губки и твой язычок. Любая доступная часть тебя, малышка. Обожаю каждый уголок твоего тела.
— В таком случае…
Бетани поцеловала его в шею, потом в ухо и снова в шею. Его нервные окончания шипели, как перегревшиеся провода. Толчки усиливались, пока Джейс не спохватился, что может сделать ей больно. Но он уже не владел собой. Сейчас им управлял не разум, а необузданное желание. Ему хотелось бурно кончить.
— Я уже на пределе, — процедил он сквозь зубы. — На пределе, малышка. Совсем близко. Долго мне не продержаться.
Бетани обвила его шею и прижала к себе, а сама выгнула спину, словно ей было мало доставляемого наслаждения.
— Я люблю тебя, — шепнула она ему на ухо.
Эти слова. Боже, она их произнесла. Слова, которые он сильнее всего хотел от нее услышать. Она впервые произнесла их вслух. Ничего прекраснее Джейс не слышал за все свои тридцать восемь лет.
Его захлестнула эйфория. Три этих слова, будто три солнца, вспыхнули и осветили самые темные уголки его души, прогоняя оттуда все мрачное и тягостное.