Страсть
Шрифт:
Леня прекрасно водил машину, но когда с ней что-то случалось, мог прийти и сказать: «Нинок, у тебя там что-то капает». Я спрашиваю: «Где, что?» – «Ну не знаю, – говорит, – я посмотрел, а там внизу что-то мокрое». А что капает – антифриз или масло, – его не интересовало…
Конфликты у нас бывали в основном по мелочам. Представляете, человек, собираясь по делам, первым делом надевает ботинки. А потом начинается: «Ой, Нинок! Я папку забыл! Извини, я очки в комнате оставил. Будь любезна, принеси записную книжку…» И так до бесконечности! И каждый день!
У нас был момент, когда я сказала: «Лень, все. Я устала. Больше не могу. Все на мне. Ты занимаешься творчеством, тем, что тебе интересно. А я как вол везу на себе весь
Было такое время, когда из магазинов лук пропал. На улице к машине с луком стояла огромная очередь. А Леонид Иович имел книжку инвалида войны. Я пришла домой, говорю: «Леня, там такая очередь! Пожалуйста, сходи, купи хотя бы килограмчик». Он пошел и исчез на четыре часа. Возвращается – в руках авоська с килограммом лука. Оказывается, он отстоял всю очередь, потому что стеснялся лезть вперед. «Почему ты купил один килограмм, ведь там давали по три?!» – воскликнула я. «Но ты же просила килограмм!» – ответил Гайдай…
Цветы мне Гайдай дарил каждое воскресенье. А однажды пришел без цветов и грустно так спросил: «Нинок, я очень старый?» – «Какой ты старый, что за ерунда?» – «Я на рынке подошел к одному грузину (или, может, азербайджанцу), спросил, сколько стоит роза». – «Три рубля». Я пошел дальше, думаю, может, подешевле найду. И вдруг этот старик мне вслед кричит: «Отец, я уступлю». Я посмотрел на него – он такой старый, седой. Думаю: «Какой же я ему отец?» Так расстроился из-за этого, что не стал покупать цветы…»
В ноябре 1993 года Гайдай угодил в больницу. Жена добилась того, чтобы врачи разрешили ей все время находиться рядом с ним. У нее на руках он и умер 19 ноября. По ее словам: «Леня умер от тромба легочной артерии. Только что мы сидели, разговаривали, он меня прогонял домой, говорил: «Иди, уже поздно, сейчас криминальная обстановка». И вдруг как-то вперед наклонился. Я боялась, что у него случится инфаркт, ведь у Лени была аритмия. Я обняла его одной рукой, а другой держала за голову. И он на руках у меня умер. Я сразу даже не поняла, что произошло».
В интервью газете «Мегаполис-экспресс» в июне 1997 года Нина Гребешкова заявила: «Фильмы моего мужа показывают по телевидению, они выходят на видеокассетах, но я ничего не получаю ни от телевидения, ни от кино, ни от продажи кассет. Мне кажется, это несправедливо. Ходила выяснять, но мне сказали, что платят только живым, а нам ничего не положено, хотя все документы по наследованию авторских прав у меня на руках. И я живу только на собственную пенсию».
Эта ситуация не изменилась до сих пор: жена великого комедиографа не получает ни копейки с проката фильмов Гайдая. И это притом, что пенсия Гребешковой в 2003 году составляла всего 1500 рублей. Но она держится молодцом. В апреле 2003 года она заявила: «Это хоть и небольшие деньги, но мне ничего не надо, у меня все есть. У меня есть душевное равновесие, есть внучка Ольга, которая хоть и пьет мою кровь (смеется), но прекрасно учится и получает повышенную стипендию. На жизнь нам хватает».
Эраст ГАРИН
Знаменитый советский актер («Свадьба», «Золушка», «Джентльмены удачи» и др.) относился к категории однолюбов – он долгие десятилетия был женат на одной женщине. Звали ее Хеся Локшина. А познакомился с ней Гарин в 20-е годы благодаря своему театральному учителю Всеволоду Мейерхольду. Молодой актер пришел в его театр, где уже служила актрисой 20-летняя Локшина. Эта миниатюрная девушка с глазами-маслинами настолько сильно очаровала Гарина, что он чуть ли не сразу после их знакомства сделал ей предложение. Девушка согласилась, поскольку тоже успела влюбиться в своего кавалера с первого взгляда.
По словам очевидцев, их союз был основан на подлинной любви и уважении друг к другу. Супруги прожили вместе
Во второй половине 30-х Гарин и Локшина образовали режиссерский дуэт и сняли свой первый фильм – «Женитьба» (1937) по Гоголю. Но здесь их ждал удар. Фильм сняли с проката после нескольких недель демонстрации, обвинив в формализме. А чуть позже фильм и вовсе смыли – видимо, чтобы он уже никогда не появился на широких экранах.
Надо отдать должное Гарину – даже после такого удара он не сломался. И нашел в себе силы продолжить начатое. В результате в течение десяти лет творческий тандем Гарин – Локшина явил кинематографу еще несколько произведений: «Доктор Калюжный», «Принц и нищий», «Синегория».
Почти 60 лет Гарин прожил с Хесей Локшиной, которая все эти годы была ему не только верной женой, но и преданным товарищем. Как режиссеры они вместе поставили семь фильмов. По словам тех, кто близко знал эту семью, у них был очень гостеприимный дом, где заправляла всем Хеся Александровна. Она всегда была при деле: что-то мыла, чистила, стирала или вытирала пыль. Гарину в такой обстановке оставалось только сидеть в кресле или возлежать на диване и оттуда руководить процессом – отпускать безобидные шутки в адрес жены. Та в ответ не обижалась – знала, что муж без нее и шагу не сможет ступить. Если он уезжал на съемки в другой город, то Хеся Александровна звонила туда по нескольку раз на дню и интересовалась у администраторов: как и где устроился Гарин, как он себя чувствует, чем занимается. А когда он возвращался обратно, она непременно встречала его на вокзале. Гарин в ответ в долгу не оставался: дома частенько подкладывал ей в туфли ландыши или фиалки и радовался, когда видел, как лицо жены озаряется счастьем.
Эраст Гарин никогда особо не следил за своим здоровьем: с юности много курил, выпивал. Однако жизнь прожил достаточно долгую. Во многом здесь сказались родительские гены Гарина, которые помогли ему не растерять здоровье даже после сильнейших стрессов, связанных с его непростой творческой судьбой, а также в годы войны и послевоенной разрухи. К тому же у Гарина был надежный тыл – жена, которая всю жизнь чуть ли не сдувала с мужа пылинки и тщательно следила за его здоровьем. Правда, и ей не хватило сил побороть главную вредную привычку мужа – курение. Даже после инфаркта, который настиг Гарина в 70-е, он не переставая смолил сигареты и с трудом соглашался ограничить их количество до оптимального – десяти штук в день. В конце концов именно никотин его и погубил – следующего инфаркта Гарин уже не перенес: он умер 4 сентября 1980 года. А когда его не стало, жизнь утратила всяческий смысл и для Хеси Локшиной. И она скончалась спустя полтора года после смерти мужа.