Страта

Пратчетт Терри Дэвид Джон

ГЛАВА 20

Путешественники решили отбыть в полдень. Вся деревня собралась, чтобы их проводить.

Многие мужчины щеголяли новенькими белыми шрамами. Кое-кто демонстрировал крошечные пальчики, уже формирующиеся на залеченной культе. Но несколько человек остались лежать мертвыми на полу холла. Треклятая печка из Вальхаллы намолола чересчур эффективную выпивку.

Эйрик произнес длинную речь и предложил гостям редкие меха и пару белых ловчих птиц в качестве прощальных даров.

– Скажи

ему, что мы не можем их принять, – распорядилась Кин. – Но повежливей. Скажи что угодно! Что мы не можем взять с собой лишний вес, иначе нам не добраться до солнца, чтобы его починить. На самом деле это довольно недалеко от истины.

Эйрик выслушал аккуратно подобранные слова Сильвы и величественно кивнул.

– Но я сама хочу ему кое-что подарить, – сказала Кин.

– Зачем? – подозрительно спросил Марко.

– Потому что она боится, что за диском стоит ее Компания. И желает принести Компании свои глубочайшие извинения. Разве это не так? – с усмешкой спросила Сильва, но Кин ее уколы проигнорировала.

– Попроси у него немного дерева, – сказала она шанде. – Пары щепок будет вполне достаточно. Еще травы или сена, старые кости… и вообще любое, что когда-то было живым. Для того, что я задумала, надо хорошенько подкормить машину.

Они настроили ее на фабрикацию дельта-древесины. С того момента, когда из профилирующей головки экструдера выполз первый метр идеально гладкой, благоухающей свежераспиленным деревом доски, весь местный люд таскал утильсырье не покладая рук.

Кин отвела своих спутников в сторонку.

– Мы полетим, – сказала она. – По возможности над землей, но полетим в любом случае. Если мощность наших поясов ослабеет раньше, чем мы доберемся до центра диска, тогда мы перекачаем остатки энергии из двух поясов в третий. Дальше полетит кто-то один, я или Марко, а Сильва останется при буфетчике.

– Я склонна согласиться с твоим предложением, – сказала шанда. – Но лететь к центру диска должен Марко. Я достаточно велика, чтобы отпугивать хищников, а ты можешь выжить, вступая в сексуальные отношения с человеческими мужчинами. Но Марко лучше всех годится для того, чтобы добраться до нашей цели в одиночку.

– Ни на что я не гожусь, – мрачно сказал кунг, глядя себе под ноги. – Я допустил, чтобы меня спровоцировали эти деревенские оболтусы. Мне стыдно.

– В том не только твоя вина, – дипломатично сказала шанда.

Возле буфетчика уже накопился солидный штадосок. Кин выключила машину и надела на нее гравипояс.

Два жреца Кристоса стояли отдельно от толпы и что-то талдычили на латыни.

– Что они говорят? – спросила Кин. Сильва ненадолго прислушалась.

– Это обращение к богу. Они просят Кристоса позволить нам починить планеты и солнце. Или же поразить нас громом, если мы, как они подозревают, прислужники Сайтана.

– Как это мило с их стороны.

Попрощайся с ними за всех троих, ладно?

Они стремительно взлетели.

Море под ними словно сошло с ума, там гуляли, сталкиваясь друг с дружкой, жидкие горы. Брызги взлетали почти до высоты их полета.

Восток на диске – это не направление, а точка на его окружности. Что до направлений, то их четыре: по часовой стрелке, против часовой стрелки, к центру диска, от центра диска.

Они полетели к центру диска.

ГЛАВА 21

Эта тварь живая или только выглядит живой, так как ее колышут волны?… Кин решила спуститься пониже. Она ожидала, что Марко, как обычно, разразится суровыми нотациями, но кунг, который весь день выглядел подавленным, промолчал. Сильва тоже ничего не сказала и воспользовалась остановкой в воздухе, чтобы намотать на лапу буксирный трос, на котором за ней волочился буфетчик.

Кин показалось, что холодный воздух пробивается сквозь двадцать пять слоев ее скафандра, когда она нырнула вниз. Небо было невероятно синим и прозрачным, как льдинка.

Чудовище плавало кверху брюхом. По большей части оно состояло из хвоста, который убегал вдаль и терялся где-то в волнах. Когда особенно высокая волна приподняла тело, Кин увидела на несколько секунд абрис конеподобной головы и огромную пустую глазницу. Вероятно, чудовище было очень старым. Никакое существо не может быстро дорасти до такой величины. Белое брюхо было усеяно приросшими ракушками.

Затащить бы это на секционный стол, размечталась она…

Затем вознеслась на прежнюю высоту и объявила:

– Дохлятина. Сбоку такая рана, что туда пролезет целый драккар. Рана свежая, кстати… Нет-нет, оно точно сдохло, никаких сомнений, – поспешила добавить Кин, увидев выражение лица Сильвы.

– Сейчас меня гораздо больше занимает тварь, которая прикончила этого монстра, – сказала шанда. – Не стану врать, я буду счастлива ступить на твердую землю.

«Небо лучше земли, – подумалось Кин. – Потому что гравипояса гораздо надежней диска. Если диск развалится на части, а это может случиться в любой момент, мы просто останемся висеть в пространстве».

– Я вижу впереди остров, – сообщила Сильва. – Голый каменный купол и следы от костров. Приземлимся?

Кин прищурилась и углядела вдали серое пятнышко. Море затихло, поэтому в короткой остановке есть определенный смысл. Эти скафандры никогда не предназначались для длительного полета при гравитации земного типа. Ноги Кин словно налились свинцом, болтаясь без толку с того момента, как они покинули селение викингов, и было бы неплохо их немножко размять.

– Марко?

Кунг летел поодаль от спутниц, все еще окутанный мраком самообвинений. В наушнике Кин раздался тяжкий вздох.