Страта
Шрифт:
– О да! И чем скорее я смогу принять горячую ванну, тем лучше для моего драгоценного здоровья. С мылом!!!
Марко вытаращил на нее круглые глаза. Кин вздохнула.
– Я говорю о блохах, Марко. Это такие кусающие паразиты. Мне плевать на закон о сохранении вымирающих видов, я намерена эти виды прикончить. Немедленно! Ох, в этом скафандре невозможно даже толком почесаться…
Сильва деликатно прокашлялась.
– Мне также хотелось бы получить возможность совершить определенные гигиенические процедуры, – сообщила она.
Марко неохотно согласился устроить
Когда они летели над морем, Сильва задумчиво сказала:
– Мы направляемся в Германию. Это нехорошее место.
– Почему? – с интересом спросил кунг.
– Это же сплошное поле битвы! Даны, которые устремляются на юг, сталкиваются там с мадьярами, которые распространяются на запад. Всюду шныряют турки, а есть еще локальные стычки. По крайней мере, так говорит земная история.
Кин злобно почесалась и мрачно уставилась на бурное море. Ей почудилось, будто она видит в волнах судно, плавающее кверху дном, но они слишком быстро пролетели мимо.
Наконец показался противоположный берег с широким пляжем. Они пролетели над пляжем, пролетели над лоскутным одеялом полей, затем над довольно большим лесом и увидели город. Маленький, буколический, но несомненно город.
– Крепость я еще могу опознать, – сказал Марко, указывая одной из правых рук на грубую каменную постройку, обнесенную каменной стеной. – Но что означает та большая деревянная конструкция?
– Может быть, это бассейн с подогревом? – с надеждой предположила Кин. – И не смотрите на меня так! Еще ремляне имели превосходные горячие бани.
– Ромляне, – педантично поправила Сильва. Марко хмыкнул и рванулся вперед, предоставив женщинам возможность включиться в гонку.
– К чему такая спешка? – удивилась Кин, догоняя. Кунг указал на дымную колонну, которая выглядела более чем внушительно даже на таком расстоянии.
– Сильва считает, что люди на диске уже на грани массовой истерики. Как ты думаешь, что случится, если нас заметят в небесах?
Они приземлились вдали от населенных мест, в смешанном лесу, где текла неглубокая речка в песчаных берегах.
Кин немедленно разоблачилась и включила буфетчик на простейшую операцию – производство горячей воды. Сильва шлепнулась на нагретый солнцем песок. Марко подозрительно побродил по берегу, потом поднялся по заросшему деревьями склону.
Через секунду он кубарем скатился вниз.
– Там дорога! Надо убираться отсюда!
Сильва посмотрела на Кин и пожала плечами. Поднявшись наверх, она через минуту вернулась с задумчивым видом.
– Я почуяла отдаленный запах людей. Но это старая лесная дорога, и в колеях уже появилась растительность.
Обе женщины посмотрели на Марко.
– Люди ходят по ней, – упрямо сказал кунг. – У них может быть оружие.
– _Разве что топоры и пилы, – заметила Кин. – К тому же они суеверны, и это наша лучшая защита. Скажи, Марко, на Кунге есть леса?
– Конечно.
– Тогда скажи мне,
– Он нападет на них и уничтожит! Кин прикусила язык.
– Гм… Полагаю, что ты прав, Марко. Но я как раз хотела тебе сказать… видишь ли, люди обычно ведут себя по-другому, поэтому не стоит беспокоиться.
Она заказала буфетчику мыло. Помылась в одноразовой пластиковой лохани с горячей водой. Сильва тем временем прошлась вниз по течению и нашла для себя глубокий и восхитительно холодный омут, где стала плескаться. Марко размяк настолько, что позволил себе без опаски прополоскать в речной воде свои широкие ступни.
Что– то шевельнулось в воде у его ног. С резким шипением кунг высоко взвился в воздух, крутанув сальто-мортале, и приземлился на берегу в боевой стойке. Кин подбежала и поспешно сунула руку в воду. Она быстро поймала маленькую желтую лягушку и молча продемонстрировала ее Марко. Кунг вытаращил глаза. Кин не смогла сдержаться и расхохоталась.
Марко посмотрел на ее смеющееся лицо, на безмятежную лягушку на ее ладони и угрожающе зашипел.
Потом отвернулся и спортивным шагом двинулся в сторону Сильвы.
Кин ощутила угрызения совести. «Нечестно с моей стороны, – подумала она, – потому что кунги все-таки лишены чувства юмора. Пускай даже этот кунг воспитывался на Земле». Она отпустила лягушку, зашла поглубже и окунулась в речную воду.
Вода была чистой, а течение достаточно медленным, чтобы в речке разрослись желтые водяные лилии. Стайка какой-то мелочи шарахнулась в разные стороны, когда она нырнула. Кин очутилась в золотистом подводном мире и позволила воде понести себя, едва пошевеливая руками и ногами. На белых стеблях лилий сидели красные рогатые улитки, маленькие серебристые рыбки порхали, как ласточки, между длинными зелеными нитями водорослей…
Она вынырнула с плеском в прибрежных зарослях желтых лилий, встала на ноги, выжала воду из волос и…
Эти лучники были очень хорошо вымуштрованы.
Боевые луки в их руках даже не дрогнули. Взглянув на нацеленное оружие, Кин мигом отказалась от мысли еще раз нырнуть и скрыться. Рефракция там или не рефракция, но стрелы могут попасть в нее и под водой.
Всего лучников оказалось восемь. Их экипировка выглядела довольно разношерстной, но каждый имел кольчужную рубашку поверх грубой одежды и тесно прилегающий металлический шлем на голове. Из-под всех шлемов на Кин взирали водянисто-голубые глаза. Скорее с флегматичным упрямством, чем с суеверным ужасом.
В наушнике назойливо вещал знакомый голос:
– Никаких глупостей! Вероятность поражения цели чересчур велика. Мы будем вести себя крайне осторожно!
Кин обвела глазами близлежащий пейзаж и обнаружила, что смотреть, собственно, не на что. Обыкновенные кусты и заросли камышей. Ничего интересного, тем более обнадеживающего.
– Мне нравится это твое «мы», – произнесла она вслух.
– Только не смотри так пристально на тот большой куст в пурпурных цветах, – предупреждающе сказал голос Марко.