Страта
Шрифт:
Сильва вежливо прокашлялась.
– Они превосходили Марко в соотношении пара дюжин к одному, Кин.
– Да, но они совсем не ожидали встретить кунга… Будь все проклято! – слова посыпались из Кин, как из прорванного мешка. – Ему это нравилось! Он наслаждался! И это было совершенно бесчело… – Она поперхнулась этим последним словом.
После паузы Сильва произнесла:
– Действительно.
Кин вспомнила о первом контакте с кунгами. К тому времени люди уже встретились с шандами, у которых, если не считать их дуэльного кодекса, вообще не существовало концепта
Кошмарная гибель пяти членов его экипажа в итоге оказалась не напрасной. Она доказала человечеству, что по галактической шкале люди вполне благовоспитанная и миролюбивая раса.
– Мы все воображаем, что понимаем друг друга, – сказала ей шанда. – Мы вместе едим, работаем, мы торгуем друг с другом, многие из нас гордятся тем, что имеют друзей среди иных рас, но… На самом деле мы не способны понять друг друга до конца. Ты изучала земную историю. Но разве ты понимаешь, как работал разум японского воителя, жившего тысячи лет назад?…
Мы говорим «космополиты», но не вкладываем в это слово глубокого значения. Это значит только то, что все мы галактические туристы, всегда готовые легкомысленно обсудить между собой любую поверхностную тему. Потому что ничего иного мы просто не понимаем. Мы из разных миров, Кин, мы продукты различных путей эволюции.
– Если этот Сфандор привык читать только человеческие мысли… Неудивительно, что мысли кунга так ужаснули его, – задумчиво сказала Кин.
– О чем вы так долго толкуете? – врезался в их беседу подозрительный голос Марко.
– О женской гигиене в походных условиях, – щелкнув переключателем, сухо ответила Сильва. – Ты не думаешь, что нам уже пора приземлиться, Марко? Надо бы поскорей допросить это создание.
– Я согласен, поищу подходящее место. И прошу прощения, что прервал ваш разговор.
Щелчок засвидетельствовал, что Марко отключился. Засим последовал короткий звук, похожий на смешок, и шанда сказала:
– Боюсь, у нас возникла еще одна маленькая проблема, Кин. Земной ворон – это очень распространенная птица?
– Гм… Не очень, по-моему. А что?
– Один черный ворон постоянно попадается мне на глаза с тех самых пор, как мы улетели от Эйрика. Иногда мелькает где-нибудь позади, а иногда летит параллельным курсом.
– Может быть, это просто совпадение, – сказала Кин с большим сомнением в голосе.
– Можно было бы подумать и так, если б наша скорость иногда не превышала четыреста миль в час.
– Дьявольщина! Ты хочешь сказать, что этот ворон от нас не отстает?
– Именно. Но не пытайся его обнаружить, он далеко за границей человеческого зрения, как и следует ожидать. Я сама заметила его случайно, раз или два, и лишь потом стала искать… Мое мнение таково, что это маленький летающий робот.
– На корабле тоже был ворон, он вылез из своей коробки, помнишь? А до этого он был на Верхушке Кунга, куда попал каким-то мистическим
– Вот и я сомневаюсь, Кин…
Они увидели внизу деревню, где догорала какая-то постройка. Никто не спешил ликвидировать пожар. Пламя было единственным, что двигалось в этой деревне. Марко снова включил передатчик, чтобы попросить Кин подержать поводок Сфандора, пока сам Марко не выяснит обстановку внизу.
Демон висел в нескольких метрах от нее, тяжело хлопая крыльями. Кин впервые увидела его вблизи при ярком утреннем свете. Не веря собственным глазам, она внимательно пригляделась. Нет никаких сомнений, демон определенно выглядел расплывчатым по краям.
– Я тоже обратила внимание, – сказала Сильва. – Словно бы он немного не в фокусе. Очень странно.
Сфандор исподлобья изучал их.
– ВЫ СОБИРАЕТЕСЬ УБИТЬ МЕНЯ, – жалобно прохныкал он.
– Нет, пока ты не попробуешь нам напакостить, – утешила его Кин.
– ЭТОТ КОСТЛЯВЫЙ С РУКАМИ КАЛИ-ДУШИТЕЛЬНИЦЫ. ОН ХОЧЕТ МЕНЯ ПРИКОНЧИТЬ!
– Смертоубийственные намерения Марко относятся ко всей Вселенной в целом, а не конкретно к тебе, – сказала Кин. – Я не позволю ему.
– О КИН АРАД! Я ПОПРОШУ БЕРИТ ОСЫПАТЬ ТЕБЯ ЗОЛОТОМ! ПРИКАЖУ ТРЕСОЛЭЙ СДЕЛАТЬ ТВОЮ КРАСОТУ ЕЩЕ БОЛЕЕ СОВЕРШЕННОЙ!
Сверху Марко казался темным пятнышком на пустом и унылом глинистом пространстве, которое можно было назвать главной площадью деревни.
– Здесь никого нет, – сказал его голос, – если не считать трупов.
Они привязали Сфандора к столбу возле бывшей деревенской кузницы. Кин прикоснулась к его коже кончиками пальцев и ощутила, что тело демона мелко вибрирует, подобно тонкому хрустальному бокалу, попавшему на симфонический концерт. То, что выглядело чешуйчатой кожей, на ощупь казалось ей мехом, заряженным слабым статическим электричеством.
Еще одна загадка.
Она устроилась в тени, понаблюдала за тем, как Сильва снимает верхние панели буфетчика, и заснула.
Когда она пробудилась, солнце уже стояло высоко, а на земле были аккуратно разложены внутренние модули буфетчика. Сильва была видна лишь наполовину из-за высокой стопки панелей. Сфандор взволнованно скакал на привязи, время от времени поспешно хватая какой-нибудь инструмент и передавая его шанде. Когда лапа Сильвы повисла над импровизированной жаровней, где калился железный пруток, Сфандор сунул руку в угли, вытащил пруток за раскаленный конец и вложил в ее ладонь другим концом.
– Он только что держал в руке кусок раскаленного докрасна железа, – громко сказала Кин.
Сильва посмотрела на Кин, затем на Сфандора, затем на железный пруток в своей руке, а потом пожала плечами и с головой погрузилась в разверстое чрево буфетчика.
– Как поживает наш буфетчик?
– Неплохо. Повреждение оказалось несерьезным. Но ты знаешь сама, как это бывает, Кин, чтобы добраться до одного нужного проводка, надо разобрать половину машины. Я уже заканчиваю.
Кин встала, потянулась и вышла на площадь. Тут она кое-что припомнила и быстро взглянула на небо.