Страж империи
Шрифт:
– Согласен! – выпалил военный. – Граф, я ловлю вас на слове!
– Все будет, генерал, – заверил его Потоцкий, – у «ППТ» в этом году заказ от министерства на триста пулеметов, и еще триста бесплатных, а у «Збройовки Славской» вообще заказ втрое выше квоты, насколько я знаю.
Я улучил момент, подошел к министру Сабурову и негромко сказал:
– Доброго денька, ваша светлость. Должен заметить, у вас тут интересные обычаи в плане разработки и презентации новых видов вооружения. Журналисты, куча зрителей…
– Ну так Потоцкий – крупный экспортер. Так и так его продукция идет за рубеж большими партиями. В конце
– Ясно. Что у нас по финансам? Нам нужно хотя бы двадцать пять винтовок на первое время.
– Как я и говорил, могут быть трудности… Вы, вроде как, сами настояли на варианте без уступок дешевизне – «потрошитель» втрое дороже «кишкодера», который и сам по себе дорогой. Вдобавок, я через одно ведомство вышел на рейховцев, но у них поставки расписаны на полтора года вперед. Если мне удастся убедить кого надо – мы получим «потрошители» по квоте, но не факт, что их будет много, и это случится не раньше следующего года. Видимо, пока придется готовить курсантов с упором на то, что есть на подчиненных мне складах.
Тут сбоку появился из толпы, как чертик из табакерки, Потоцкий и негромко заметил:
– Маленькая поправка, граф: «потрошители» для своих будут по себестоимости на двадцать процентов дешевле. Вот этот образец – экспортный вариант, в нем многое – ручной труд. Стандартный вариант для нас будет сделан с применением штамповки и других методов удешевления…
– Угу, и это возвращает нас к уровню «кишкодера», – ответил я.
– Вы не дослушали, Александер. Удешевление будет происходить исключительно за счет презентабельности, но не тактико-технических характеристик. То, что вы держали в руках, создавалось как произведение искусства, в рекламных целях, вы и сами можете видеть, что некоторые элементы имеют, скажем так, художественные формы, не обладающие практической ценностью. Стандартная модель будет наверняка не такой красивой – но ничуть не менее эффективной. Может быть, вы даже найдете некую микеланджеловскую красоту в простом угловатом дизайне. Ну, знаете, ничего лишнего.
– Хорошо, если так.
Потоцкий отправился что-то рассказывать группе людей, окруживших образец, а я повернулся к министру.
– Еще одно дело, ваша светлость. Раньше было не до того, но теперь нам нужен некромант.
– Для тренировок на мертвых «мишенях»?
– Точно.
– Это проблематично. Некромантия в Сиберии под полным запретом.
Я хмыкнул:
– В Аркадии тоже, и что с того? На всю страну – четыре некроманта с лицензиями, специально для работы в спецучилищах. Тут не только практика на движущемся противнике, но и банальная работа против страха перед мертвечиной.
Министр вздохнул.
– Боюсь, тут все не так просто, как в Аркадии. Мало того, что сама некромантия под запретом – так еще и тот самый эдикт о правах и вольностях гарантирует каждому право на посмертный покой и достойное погребение. Любые манипуляции с трупом, не входящие в процесс погребения – криминальное преступление. Исключение всего одно: вскрытие для определения причин смерти, если есть подозрение в убийстве. Так что даже если король отменит запрет некромантии – эдикт отменить нельзя, и если вы где-то найдете некроманта – он все равно не сможет практиковать. Факт поднятия мертвеца – преступление само по себе,
– Проклятье, да как у вас в медицинских университетах хирургов обучают с такими законами?!
– Ну, тут есть обходной путь. Тело может быть использовано для научных или учебных целей, если покойник при жизни завещал свое тело науке или учреждению. Обычно неизлечимо больные делают это за деньги. Ну там, пожить под конец или семью поддержать, да и тратиться на похороны не надо…
– Вот и выход из ситуации. Нам ведь и нужны тела для учебных целей.
– Угу, которые сами по себе тянут на статью о надругательстве. Нет, обходной путь я, конечно, найду, короля убедить сумею… Только некромантов в Сиберии нет, если не считать «детей Нагаша». А они террористы, как вы понимаете.
– Ладно, допустим. Вы уговорите короля, после этого нам останется только поймать некроманта-террориста. Поймите – он нам нужен. Иначе курсантам придется учиться в реальных боях, а это практически гарантированные потери.
Министру не осталось ничего другого, как снова тяжело вздохнуть.
– Ладно, что поделать-то. Только поймать некроманта – уже проблема. Кто будет это делать?
– Хм… А кто у вас этим занимался до сего момента?
– Спецназ и СБ Сиберии. Только есть момент – задача брать мага-террориста живым перед ними никогда не ставится. Они не обучены этому, нелетальные средства против мало-мальски сильного мага неэффективны, да вы и сами это знаете лучше меня. Как вы предлагаете брать некроманта живьем?
Увы, тут министр попал в десятку: меня тоже никто никогда не обучал брать некромантов живыми.
– Ладно, тогда давайте так. Когда вы найдете некроманта – я попытаюсь провести операцию своими силами, либо с курсантами. Нам не очень срочно – но такой элемент в программе обучения совершенно необходим.
– А если он откажется сотрудничать? Они ведь фанатики.
– Заставим… Пытки в Сиберии запрещены?
– Разумеется.
Я ухмыльнулся:
– Семь бед – один ответ.
Как только я оставил министра решать еще какие-то дела и начал оглядываться в поисках Скарлетт, ко мне подкралась незнакомая девица с болтающимся на шее на ремешке компактным диктофоном.
– Приветствую вас, Александер! Меня зовут Роксана, я из «Обозревателя Светлограда»! Можете уделить мне пять минут времени на интервью?
Я долю секунды поколебался: в зале для фуршета меня ждут салаты, кнедлики и бисквиты. Хотя если вдуматься – кнедлики не убегут, у них ведь ног нету. А у Роксаны есть, причем длинные и стройные. К слову, ведь интервью можно давать где угодно, в том числе и у столика с вкусняшками…
– Да, конечно, почему бы и нет!
В этот момент позади грохнул выстрел, а затем раздались звуки падающего тела и звона металла по каменным плитам. Я моментально обернулся и увидел лежащего тщедушного парня, чуть дальше – «потрошитель».
Короткое замешательство, затем собравшиеся помогают упавшему подняться, кто-то поднимает винтовку.
– Ох, черт, – сказал парень, потирая плечо, – граф, как, черт возьми, вы умудрились стрелять из этой дурынды?! Тут же конская отдача!!!
– Видите ли, юноша, – отозвался Потоцкий, – у меня масса втрое выше вашей, потому меня труднее сбить с ног. Но я же предупреждал, что плечо болит до сих пор…