Страж могил
Шрифт:
– Я никуда не пойду, – запротестовал Окен. – Я останусь здесь.
– Оставаться слишком опасно, – попытался переубедить старика Гиз. – Еще один отряд направляется прямо сюда. И он не последний, я уверен. Ведь твой трактир стоит на дороге к Кладбищу. Ты должен уйти с нами.
– Мне некуда идти… – Окен отстранился от своих гостей и спасителей, словно боялся, что они попытаются увезти его силой. – Я хочу остаться здесь… в своем доме…
– Ты погибнешь.
– А может нет?.. Я спрячусь. А если даже меня и найдут… –
– Я выживу… – пробормотал трактирщик. – Я пережду… Я дождусь…
Он замолк, опустил голову, обхватил ее ладонями, закрыл уши, словно не желая больше ничего слышать. Огерт и Гиз смотрели на него, не зная, как поступить.
Стало тихо.
Звенели назойливые комары. Под окнами сонно стрекотали цикады, где-то далеко выводил рулады ночной соловей.
Усь вскочила хозяйке на колени. Нелти погладила ее по голове – кошачьи уши были насторожены, нацелены куда-то, щетинки усов распушены.
– Что там, Усь? – шепнула Нелти, пытаясь услышать то, что слышала кошка.
Осинка трепещет.
За стеной копошатся мыши.
Лисица тявкнула.
Спящая на дворе корова переступила с ноги на ногу…
Или нет, не корова?..
Нелти нахмурилась, шепнула:
– Кто-то скачет… – Она выдержала долгую паузу, не двигаясь и не позволяя двигаться другим; добавила громче, уверенней, тревожней:
– Сюда скачет… К нам…
15
Огерт и Гиз вывалились на улицу, спрятались в лопухах, растущих за покосившимся дровяным сараем. С этого места хорошо просматривалась дорога и подходы к трактиру. Отсюда можно было быстро и незаметно отступить в дом, выйти навстречу врагу или же напасть на него из засады.
– Лошади сами скачут нам в руки, – сказал Гиз, убирая светящийся клинок в ножны.
– Если только это живые лошади, – пробормотал Огерт, так и этак вертя свой костыль и пытаясь поудобней его пристроить.
– А что, бывают лошади-мертвяки? – удивился Гиз. – Разве некроманты могут поднимать животных?
– Некоторые могут.
– Первый раз слышу…
Окен и Нелти укрылись в доме.
– Зачем они вышли? – недоумевал трактирщик, запирая дверь. – Их ведь всего двое, а там может оказаться целая армия.
– Их не двое, – сказала Нелти. – Их больше. Мой старший брат, он не простой охотник… Он… Он… Он мне не совсем брат…
Перестук копыт теперь слышался отчетливо. Нелти могла даже сказать, сколько лошадей скачет:
– Там три всадника.
– А пешие? –
– Больше ничего не слышу… А ты слышишь, Усь?
Кошка не ответила…
Огерт и Гиз, сидя на коленях среди лопухов, поджидали врага.
– Не думаю, что это мертвяки, – негромко сказал Гиз. – Скорее некроманты.
– Опять? У них что, место сбора в этом трактире?
– Возможно…
Словно тяжелый неровный камень катился с горы – все ближе и ближе – так звучали удары копыт в ночной тишине.
– Спешат, – пробормотал Гиз, вглядываясь в ночь.
– Тихо, – шепнул Огерт, втайне надеясь, что на этот раз ему не придется использовать свой проклятый дар.
Огерт слишком устал. Он чувствовал, что с ним что-то происходит, но что именно – он понять не мог.
Сколько раз можно делиться своей душой с мертвецами? Что случится за гранью?
А может, грань уже пройдена?..
Огерт боялся за себя. Боялся за своих друзей.
– Послушай меня, брат… – Он тронул подавшегося вперед Гиза, привлекая его внимание. – Если тебе однажды покажется, что я странно себя веду… Если тебе покажется, что я опасен… Не раздумывай…
– Вон они! – Гиз приподнялся, напружинился. Клацнула об устье ножен крестовина меча, блеснула на миг тонкая полоска стали.
Черные тени неслись по дороге.
– Их всего трое! – Гиз выхватил меч, не собираясь больше прятаться, выпрыгнул из укрытия. – Если увидишь, что мне туго, поднимай мертвецов!
– Если увидишь, что со мной что-то не так, – вслед ему крикнул Огерт, – убей меня, не раздумывая!
Но Гиз уже ничего не слышал.
Он стоял посреди дороги, преградив путь летящим всадникам, и чувствовал, как пульсирующий жар растекается по мышцам.
Охотник вышел на охоту…
16
– Может нам лучше подняться на чердак или спуститься в подпол? – неуверенно предложил Окен.
– Как хочешь, – равнодушно сказала Нелти, прислушиваясь к звукам, доносящимся с улицы. – Но я останусь.
Трактирщик вздохнул, огляделся, высматривая что-нибудь, годящееся в качестве оружия. Шагнул к очагу, снял с крючка тяжелую кованую кочергу. Опираясь на нее, словно на клюку, подошел к Нелти.
– Что там?
На улице заржали кони, что-то лязгнуло, загремело.
– Посмотри сам, – сердито сказала собирательница. – Я слепа…
17
Всадники натянули поводья, подняв коней на дыбы, соскочили с сёдел, разбежались, окружив Гиза.
На них были железные кольчуги и кожаные шлемы. Короткие плохонькие мечи, наверное, были выкованы из разбитых сошников в деревенской кузне. Двигались бойцы хоть и быстро, но как-то бестолково; свое неказистое оружие они держали неправильно – слишком жестко, чересчур высоко.