Страж вишен
Шрифт:
Особое удовольствие доставляло мне чтение газетных объявлений в рубрике «Знакомства». Сплошные поиски спонсоров «с машиной, квартирой, обеспеченных, и т. п.». Ну как втолковать этим дурам беспросветным, что таких принцев на всех НЕ ХВА-ТА-ЕТ! Ни в какую не хотят они спать с обычными, молодыми интересными парнями. «Папиков» им подавай, мать их!.. Да ладно бы проявляли хоть принципиальность в этом своем стремлении к халявным «бабкам»! Так нет – при первой же возможности они этим «папикам» такие рога наставляют, что лосям впору позавидовать! Противно им, видите ли, делать ЭТО с жирными, старыми, волосатыми недомерками!
Взять хотя бы моих «боевых подруг». Диана – стерва первостатейная. Еще при жизни Риммы строила мне глазки, хотя была ее лучшей подругой. Деньги мои покоя ей не давали. Да и Римма, царство ей небесное, не по любви за меня пошла. Тоже от нищеты спасалась, от папочки-алкоголика. Нет, все они одним миром мазаны! И когда какая-то из них прёт еще и в бизнес – тут уж пощады от меня не жди!..
Россия, областной центр. 2003й год
– Снимите у него мешок с головы.
Этот голос хорошо был знаком владельцу банка «Заря». Ибо принадлежал человеку, перед которым у него, у управляющего, были серьезные обязательства. Но он, владелец банка, их нарушил. Решил в какой-то момент, что всё, хватит, наворовал – пора и «линять» с благословенной родины. Готовился в тайне. Нашел даже покупателя на свой банк. И сделка вот-вот должна была состояться… То, что произошло дальше, было как в кошмарном сне – какие-то ребята бандитского вида подошли к нему на стоянке. Один попросил закурить, а другой… Что же сделал другой? Он помнил только огромную, потную ладонь, зажавшую ему рот, и острую боль, пронзившую шею. А потом – тьма. Его долго куда-то везли. По-видимому, на грузовике или микроавтобусе. Снаружи было тихо – похитители не переговаривались между собой. Это означало, что акция подготовлена ими заранее, и маршрут тоже был им хорошо известен. В первый момент, очнувшись, он подумал почему-то, что это – чеченцы. И ему стало страшно до безумия. Он ведь, как и все, смотрел телевизор и видел отрубленные головы и зловещие зинданы…
Но реальность оказалась прозаичнее… и страшнее. От «чехов» можно было еще попробовать откупиться. А ЭТОМУ человеку его деньги были ни к чему.
– Что ж ты, Фёдор Петрович – за дурака меня держишь? Работал, работал – и вдруг в кусты? На заслуженный отдых, значит? А банк – госпоже Огородниковой, на блюдечке? И на все обязательства нам с прибором положить, да?!
Хозяин «Зари» покосился на двух амбалов, которые стояли по бокам, легонько поддерживая его за руки. Еще один (он знал это) находился сзади, за спиной, у дверей гаража. При тусклом свете единственной лампочки, свисающей с потолка, лицо собеседника казалось провинившемуся коммерсанту ликом какого-то демона из триллера Стивена Кинга.
– Я… я… П-Павел Игнатьевич… Поверьте, я…
– На колени, – процедил демон, сверля свою жертву немигающим взглядом.
– Что? – опешил незадачливый
– Я сказал – на колени!
Маленький банкир задрожал; двое амбалов разом нажали ему на плечи, и он волей-неволей опустился ниц перед своим грозным деловым партнером. А тот сделал шаг вперед и с садистским наслаждением нанес удар в челюсть. Затем – еще один… Напоследок ударом каблука Никулин разбил несчастному лицо. Лежа на грязном полу, хозяин «Зари» услыхал последние в своей жизни слова – «Избавьтесь от этой падали!».
Звонок застал Оксану в ванной. Забыв, что сына нет дома, она громко крикнула: «Андрей! Возьми трубку!». Но телефон всё продолжал надрываться, и Оксана, быстренько завернувшись в полотенце, прибежала в гостиную…
– Алло!
– Оксана, это ты? – тихо спросил мужской голос.
Она замерла на секунду. Не может быть!..
– Сашка! Сашка Жуковский! Ты где?!
– Да здесь я, Оксан, в Москве. Стою вот под твоими окнами.
– Ты что, в гости приехал, что ли?
– Да не то, чтобы… В общем, вернулся я. Думаю, насовсем.
– Постой. А Тамара?..
– Я всё тебе расскажу. Не по телефону. У тебя найдется для меня время?
– Саш, ты еще спрашиваешь! Конечно, заходи! Ты помнишь номер квартиры?
– Помню, конечно. Я сейчас буду.
– Код замка на двери – 676!..
Оксана быстро, как метеор, понеслась в ванную, вытерлась, натянула на себя одежду. Заглянула в холодильник – пусто. Только остатки вчерашнего пирога да полбутылки шампанского. Неудобно, конечно, но она ведь не ждала гостей…
Саша позвонил в дверь, и она пошла открывать. Он стоял на пороге с букетом ее любимых гладиолусов и большой коробкой шоколадных конфет. На нем был видавший виды джинсовый костюм. Длинные волосы с проседью доходили до плеч, а на щеках была многодневная щетина. Он всегда был таким – немного странным человеком из мира богемы.
– А ты не изменился, – сама не зная почему сказала она.
– Врешь, – спокойно сказал он. И протянул букет: – Это тебе.
Она взяла цветы, улыбнулась, жестом приглашая следовать за собой. Он сел в большое кресло перед журнальным столиком. Спросил:
– У тебя водки нет?
– Очень надо? – уточнила она.
– Очень, – подтвердил он.
– Хорошо, погоди, я схожу к соседке, возьму. Заодно уж и закусить чего-нибудь…
Через пару минут она вернулась с запотевшей бутылкой «Финляндии» и баночкой рижский шпрот. Он отвинтил крышку и наполнил рюмочки.
– Помянем, – сказал он.
– Господи, кого?.. – у Оксаны перехватило сердце.
– Тамару, – вздохнул он и залпом выпил. Не закусил, налил ещё.
– Она… что? Умерла?.. – прошептала Оксана пересохшими губами.
– Катастрофа на шоссе. Водитель автобуса на встречной потерял ориентир…
– Сразу?.. – спросила Оксана, чувствуя, как кровь отливает от лица.
– К сожалению, нет. Ее пытались спасти.
– Господи, Саша, это ужасно… Я ведь ее считала своей подругой…
Оксана дрожащей рукой взяла свою рюмку.
Он пригладил волосы; сказал, не глядя на нее:
– Я слышал о Климовиче… В газетах писали.
– Да, но он-то ведь сам, от сердца… Хотя теперь я в этом не уверена. Саша, ты извини, что я так…растерялась. Я этого действительно не ожидала. Кто угодно, но не Тамара!..