Страж
Шрифт:
— Пойдем, — сказал он жене. — Тут холодно. И в любую минуту может начаться прилив.
— Если так, то нам и вправду нужно поторопиться. — Дженнифер обняла за шею Кевина. — Это будет наше с тобой тайное место, навсегда.
Она прижалась к нему и поцеловала в губы. Кевин попытался отстраниться: ему хотелось поскорее выбраться из пещеры. Но груди Дженнифер прижались к его груди, тонкая ткань ее бикини скользнула по его коже, и он забыл обо всем. Кевин обнял жену и прижал к себе еще теснее. Он закрыл глаза. Если это был не идеальный момент для медового месяца, то каков же он тогда, этот идеальный момент. Вдруг Дженнифер
— А это что такое? — прошептала она, глядя за плечо Кевина.
По ее лицу было видно, что она не шутит. Кевин резко обернулся и увидел то, о чем говорила Дженнифер.
В кристаллической стене были отчетливо видны лапы (или руки) — длинные, крючковатые, с острыми когтями. Казалось, обладатель этих лап стремится выбраться наружу. Они были как будто впечатаны, вплавлены в кристаллическую породу.
— Это окаменелость, — наконец выговорил Кевин, не веря своим глазам.
— И кто же это окаменел?
Кевин вытянул шею, чтобы лучше рассмотреть, но вода то и дело плескалась о стену и трудно было понять, присоединены ли когти к чему-либо под поверхностью воды.
— Сдаюсь, — вздохнул Кевин. — По биологии у меня были тройки.
— Что бы это ни было, у меня мурашки по коже, — призналась Дженнифер. — Давай поскорее выберемся отсюда.
Кевин тоже желал этого, но ему не хотелось пугать Дженнифер еще больше.
— Плыви первой, — сказал он. — А я немножко задержусь. Попытаюсь отколоть кусочек, вдруг эти коготки и вправду чего-то стоят.
— Нет! — закричала Дженнифер. — Не трогай! Не прикасайся!
— Я пошутил, — примирительно сказал Кевин. — У меня с собой и молотка нет. — Он понял, что уже не до шуток. — Давай возвращаться на катер. Плыви первой, я за тобой.
Дженнифер скользнула мимо Кевина по темной воде. Он обернулся, чтобы посмотреть на нее, и в этот момент в пещеру пришла волна, отбросив Дженнифер назад. Кевин услышал, как она откашлялась и сделала несколько тяжелых вдохов. Несколько раз в летние месяцы Кевин работал спасателем и поэтому знал: когда человек так судорожно дышит, он близок к панике.
— Спокойно, Джен, — сказал он жене. — Уплывай с этой волной.
Но он не мог не заметить, что вход в пещеру заметно уменьшился и внутри стало гораздо темнее. Неужели на озере неожиданно начался шторм?
— Просто позволь воде нести тебя, — проговорил Кевин, стараясь, чтобы его голос звучал как можно спокойнее.
Он увидел, как жена наклонила голову к воде и вытянула руки перед собой, обернулся и еще раз бросил взгляд на поблескивающую в сумраке стену пещеры, на окаменевшие когти… Или пальцы?
Новая волна, еще выше предыдущей, налетела на Кевина, и он почувствовал, что теряет равновесие. Он попытался удержаться на подводном уступе, но камень был слишком скользким. Что-то длинное, пружинистое коснулось его лодыжки. Он соскользнул в воду и снова ударился бедром об уступ.
Но он увидел, как Дженнифер только что миновала вход в пещеру. Его жена усиленно работала ногами, отплывая все дальше в бухту.
«Слава богу, — подумал Кевин, — теперь она успокоится».
Как только он уверился в том, что Дженнифер благополучно покинула пещеру, он устремился следом за ней, но неудачно подгадал момент и новая волна, холодная, обжигающая, ударила ему в лицо. «Хорош советчик», — выругал себя Кевин, протер глаза, и тут еще одна волна (как же быстро
«Расслабься, — мысленно велел он себе. — Просто расслабься и выберешься отсюда за несколько секунд».
Он сделал глубокий вдох и поплыл к выходу из пещеры. Дженнифер он уже не видел. А вода в пещере вдруг забурлила водоворотом, и этот водоворот оттолкнул Кевина от выхода в сторону и назад. Он попытался работать руками и ногами еще более усердно, но все это было похоже на кошмарный сон, в котором пытаешься бежать, но при этом не двигаешься с места. Кевин, как ни старался, ни на сантиметр не приближался к выходу. «Господи, ну зачем только я позволил Дженнифер заплыть в эту проклятую дыру?»
Свет на выходе из пещеры стал тускло-серебристым, уровень воды снова повысился. Кевин поднял руку, чтобы опереться о свод и защитить голову, но опоздал. Вода подняла его вверх, еще сильнее и быстрее, в следующее мгновение он стукнулся макушкой о зазубренный камень. Даже в холодной темной воде он почувствовал, как потекла кровь из раны.
— Кевин!
Ему послышалось?
— Где ты?
«Я здесь, — подумал он. У него сильно кружилась голова. — Здесь я».
Он еще раз попытался выплыть наружу, но волна опять прихлынула и снова ударила его головой о камень с такой силой, что у него на несколько секунд перехватило дыхание от боли.
Он вдруг перестал владеть ногами — попросту не мог ими двигать. Еще несколько секунд — и его руки беспомощно повисли в воде.
«Надо уплыть вместе с волной», — пришла вялая мысль.
Но ощущение было такое, словно его обволакивает бархатная пелена, очень мягкая и теплая. Макушка болела так, словно по ней стукнули молотком.
— Кевин!
Он ответил, по крайней мере, ему показалось, что он ответил. Его рот заполнился ледяной водой. Пелена окутывала все плотнее. Он чувствовал, что скользит вниз, и это было неожиданно приятно. Последнее, что мелькнуло перед его мысленным взором: он сам, во взятом напрокат смокинге, кормит Дженнифер с ложечки громадным куском бело-желтого свадебного торта.
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
…И Стражи узрели дочерей человеческих. Как неусыпный дракон, несли они вахту денно и нощно… и сердца их преисполнились грехом.
ГЛАВА ПЕРВАЯ
— Следующий слайд, пожалуйста.
Одно изображение сменило другое. Картер Кокс гадал, сколько же студентов последнего курса, сидящих в полутемном лекционном зале, до сих пор не спят. С освещенной кафедры он их разглядеть не мог, но знал, что студенты вальяжно развалились на стульях. Мерное жужжание проектора весьма способствовало мирной дремоте. Даже если бы кто-то случайно всхрапнул — Картер бы этого не услышал.
1
Ветхозаветный апокриф, именуемый «Книгой Еноха», где возможно, цитируется по русскому переводу.