Страж
Шрифт:
Десантник подошел к Дакку в плотную настолько близко, что ствол зарда уперся ему в грудь.
— Допуск. — Донесся из шлема глухой металлический голос.
— Дубровин. Офицер космического флота галактики. — Дакк кивнул головой.
— Допуск. — Повторил десантник, словно не расслышав ответ.
— Командир станции…
Дакк умолк, почувствовав, как ствол зарда больно вдавился ему в грудь. Десантник, явно, пытался оттеснить его. Дакк не хотел вступать в конфликт и потому сделал шаг назад.
— Свяжитесь с командиром станции. — Заговорил он. — Он подтвердит мой допуск.
Десантник не
Прошло несколько минут. Не выдержав, Дакк сделал шаг вперед и тут же ствол зарда вновь уперся ему в грудь.
Он ни с кем не связывался, уверовался Дакк в своей догадке.
Он обвел взглядом остальных десантников: стволы их зардов были направлены в его сторону. Не желая вступать с ними в конфликт, Дакк развернулся и пошел прочь.
Странно, принялся размышлять он, неужели этот новый командир станции забыл предупредить десантников? Может быть что-то еще произошло, пока я шел сюда? Нужно было взять номер его сканера связи. Теперь придется тащиться к нему. Проклятье! Лицо Дакка исказилось гримасой недовольства. Скорее всего этот десантник, как и тот в портаторе, не смог связаться со своим командиром. Бардак!
Он достал сканер связи и бросил взгляд на цифры хронометра — с того момента, когда он покинул Авию прошло около двадцати минут.
Он ускорил шаг и изрядно попетляв по коридорам станции, вновь оказался в приемной командира станции.
Приемная на этот раз оказалась совершенно пустой. Дакк подошел к двери, ведущей в кабинет командира станции и едва дотронулся до нее, как она скользнула в сторону. Дакк заглянул в кабинет, он был пуст. Состроив мину, Дакк повернулся — у него за спиной стоял новый командир станции, и смотрел ему в голову. На мгновение Дакк опешил, но тут же спохватившись, сконцентрировал свое поле в иглу, намереваясь нанести ответный удар, но командир станции стоял с каким-то отрешенным взглядом, словно перед ним был не человек, а какое-то непреодолимое препятствие и он не знал, как его обойти.
Дакк сделал шаг в сторону и командир станции безмолвно вошел в кабинет. Рассредоточив поле, Дакк вошел вслед за ним.
Командир станции пройдя к столу, сел в кресло и откинувшись в нем, замер. Дакк тоже подошел к столу и, сев напротив, в одно из свободных кресел, разжал губы, собираясь спросить, что произошло, но вновь сомкнул их.
Черт, забыл, как его звать, мысленно выругался он. Посидев молча несколько мгновений, он все же решился начать разговор первым, без официального обращения.
— Что произошло? — Поинтересовался Дакк.
— Еще четверых нашли. — Выдавил из себя командир станции, не меняя позы.
— Где? Кого? — Дакк подался вперед.
— В портаторе. Десантники.
Дакк вскочил.
— Как они выглядят?
— Четыре скелета. И активная защита не спасла.
— Как там тебя? — Дакк ткнул в сторону командира станции указательным пальцем. — Ты обещал нам полный допуск ко всем секторам станции.
— Паулидер. — Назвал себя Паулидер. — Я отменил.
Дакк уперся кулаками в стол и подался
— Иначе, мы не сможем работать. — Медленно, практически, по слогам, произнес он.
— Я запретил все работы на станции.
— Вы заблокировали портатор?
— Я приказал начать портацию жителей станции.
— Нет! — Возглас у Дакка получился таким громким, что он сам невольно вздрогнул. — Я запрещаю портацию со станции кого бы то ни было.
— Все умрут! — Вдруг заорал Паулидер срывающимся голосом. — Все здесь умрут!
У Дакка, вдруг, что-то всколыхнулось внутри. Сорвавшись с места, он подбежал к Паулидеру и схватив его за курточку, рывком поднял. Новый командир станции оказался достаточно легким. Бессмысленно крутя головой, он дергал ногами, пытаясь найти им опору, но Дакк был на голову выше его и Паулидер не доставал ногами до пола.
— Вы арестованы. — Вдруг раздался громкий и четкий голос где-то позади Дакка и он почувствовал легкое прикосновение лезвия бритвы чужого поля.
Дакк мгновенно выстроил из своего поля непроницаемую защиту и, швырнув дергающееся тело Паулидера назад, в кресло, резко оглянулся: в дверях стоял десантник с поднятым стеклом шлема и ствол его зарда был направлен на него.
Повернувшись, Дакк медленно пошел к десантнику, уставившись взглядом ему в лицо. Но как он ни старался, никакого чужого поля за его полем зевса не чувствовалось. Думая, что десантник очень искусно прячет второе поле, Дакк легко ткнул иглой своего поля десантнику в мозг. Десантник пошатнулся и выронив зард, схватился руками за шлем. Состроив на лице гримасу, Дакк остановился: защита десантника оказалась настолько слабой, что этого тычка оказалось достаточно, чтобы она оказалась полностью смятой и он потерял над собой контроль. Но вот десантник опустил руки и Дакк вновь почувствовал, как лезвие бритвы скользнуло по его полю. Не отдавая себе отчета, Дакк, с силой, ткнул своим полем десантнику в голову. Дернувшись, десантник рухнул на пол и в тот же миг лезвие бритвы, наотмашь, полосонуло по защите Дакка.
Перепрыгнув через корчащегося в дверях десантника, Дакк выбежал в приемную, но там никого не было. Он бросился на улицу — перед дверью штаба стояли с десяток десантников с поднятыми стеклами шлемов, разбившись на несколько групп. Дакк быстро скользнул по ним своим полем, пытаясь найти какую-то аномалию, но десантники все были зевсами, их поля были очень аккуратными и гладкими и никаких аномалий в них, совершенно, не чувствовалось. Он направился к ближней группе, но ее десантники продолжали стоять, словно не видя его. Остановившись напротив одного из десантников, Дакк вопросительно кивнул ему головой.
— Здесь, сейчас был кто-то еще, кроме вас?
Десантник, состроив мину на лице, посмотрел по сторонам и вновь повернувшись к Дакку, молча пожал плечами.
Сделав шаг в сторону, Дакк покрутил головой, улица уходила в обе стороны. Он разбросил свое поле по сторонам и почувствовал в одной из них быстро удаляющее рваное поле. Он бросился в ту сторону.
Добежав до угла, Дакк остановился и выбросил свое поле вдоль радиусной улицы и там, где от нее в сторону уходили другие улицы, кто-то был. Дакк отчетливо ощутил его рваное и импульсивное поле. Его сердце замерло — определенно, это был иногалактянин.