Стриптиз для босса
Шрифт:
— А что, если… что, если мы захотим продолжения?
Ведь в него так легко влюбиться и этим разбить себе сердце! С ней такого прежде не случалось, и лучше подобного опыта избегать как можно дольше…
— Ты хочешь продолжения? — вежливо спросил он.
— Нет, — так же вежливо ответила она.
— Значит, в этом наши планы совпадают. Ответь мне только на один вопрос. Ты можешь честно признаться, что не испытываешь искушения?
Мэдлин на секунду закрыла глаза. Не испытывает искушения? В том-то и проблема, что испытывает! Искушение. А потом —
— Одна ночь, Мэдлин. Одна ночь, чтобы воплотить все наши безумные фантазии и похоронить их там же, среди гор.
Мысль, что она больше никогда не почувствует его губы на своих, отозвалась в сердце острой болью. Но ей нужно обдумать его предложение. Лучше где-нибудь в одиночестве, не видя перед собой его глаз, которые словно видят ее насквозь.
Мэдлин тщетно боролась с собой, но в ушах продолжала звучать его фраза: «Одна ночь, чтобы воплотить все наши безумные фантазии и похоронить их там же, среди гор».
Одна ночь, когда все будет дозволено. Ухватившись за бокал, Мэдлин тянула время, медленно отпивая коктейль, но перед глазами уже вставала картина того, что предложил ей Льюис. Приютившийся среди снежных гор коттедж; она наедине с Льюисом; за окном лежит снег; в камине весело потрескивает огонь; шампанское и ванна; широкая постель. Ночь, пронизанная страстью… Мэдлин почувствовала, что слабеет.
— Ты как-то сказал, что считаешь меня сильной, — растерянно произнесла она. — Но если это было бы так, я бы отказала тебе немедленно.
К чести Льюиса, ему удалось скрыть свое торжество — на его лице не отразилось никаких эмоций, иначе она бы нашла в себе силы встать и уйти.
— И разве это не признак слабости — поддаться такому примитивному чувству, как желание, и поставить под угрозу наши деловые отношения?
— Только если мы позволим этому случиться. — Он подался к ней. В его глазах появился опасный блеск. — И я с тобой не согласен. В ту ночь между нами было не просто примитивное желание, а нечто большее.
Мэдлин чуть не извинилась, потому что она была полностью с ним согласна. И она бы солгала себе, если бы сказала, что не надеялась услышать нечто подобное, едва он озвучил свое предложение. Его признание словно окончательно высвободило в ней какую-то сдерживающую ее до этого момента пружину.
— В шесть часов жду тебя в «Альпийской фантазии». Если не приедешь, встретимся в Сиднее через две недели. — Льюис встал, взял ее руку в свою, коснулся теплыми губами ее прохладной кожи и ушел.
Теперь уже Мэдлин, оставшись одна, созерцала стену перед собой. Ей двадцать восемь лет. Она одинока. У нее нет собственного дома. Чтобы добиться успеха, ей пришлось пожертвовать многим и жить в гостиничных номерах. У нее не появилось новых друзей, потому что работа отнимала у нее почти все время. Те, кто работал под ее началом, смотрели на нее скорее как на руководителя, чем друга. Так неужели она не заслужила немного счастья? — спросила себя Мэдлин.
За одну ночь она не успеет в него влюбиться.
«Если ты ответишь отказом, я не оберну это против тебя».
Можно ли ему верить? В этом Мэдлин почему-то не сомневалась.
Часы показывали три тридцать. У нее еще есть время до шести часов. А впереди ее ждут, возможно, двенадцать часов запретного удовольствия…
Сообщение пришло, когда она находилась в пути к дому отдыха. На дисплее высветилось: «Третий коттедж».
Стоя перед дверью, Мэдлин старалась не думать о сценах из фильмов, в которых приезжающая в отель проститутка стучит в дверь номера. Она сделала глубокий вдох и вошла.
Как и в тот раз, повсюду стояли цветные свечи в маленьких стаканчиках. В камине весело потрескивал огонь. Окна были задернуты тяжелыми портьерами. На столе стояла ваза со свежими цветами — их запах наполнял гостиную. Из динамиков лились тихие звуки музыки.
Мэдлин поставила сумку с одеждой на пол, не обнаружив следов Льюиса. Где он может быть? В спальне? В душе?
Она закрыла дверь и повернулась. Дыхание у нее сбилось. Льюис стоял, прислонившись к косяку. Он казался настолько расслабленным, насколько она была напряжена. Слегка влажные после душа волосы закрывали лоб. На чисто выбритом подбородке виднелась ямочка. Как и в первую их ночь, на нем были джинсы и рубашка. Он был босиком.
— Сбылась моя первая фантазия, — окинув ее фигуру медленным взглядом, сказал он и улыбнулся. — Ты пришла.
— Но похоже, ты в этом не сомневался.
— Ты не трусиха. — Он оттолкнулся от двери. — Позволь возьму твое пальто.
Мэдлин подошла к камину.
— Шампанского?
Решив, что алкоголь поможет ей расслабиться, Мэдлин кивнула. Льюис повесил ее пальто и вернулся с двумя бокалами, наполненными шампанским.
Чокнувшись с ней, он спросил:
— Ты пришла с фантазией?
Мэдлин обвела комнату взглядом.
— Она здесь.
Когда Льюис взял ее за руку и их пальцы переплелись, с ее губ сорвался вздох. Мэдлин вспомнила, что то же самое он сделал в ту первую ночь. Этим маленьким жестом он продемонстрировал свою симпатию и уважение. Он поцеловал кончики ее пальцев и спросил:
— Хочешь, поужинаем в ресторане?
Она покачала головой: раз уж она здесь, то не к чему терять драгоценное время и подвергаться риску быть узнанной.
— Нервничаешь? — спросил Льюис, сжав ее руку.
— Немного, — призналась она.
— Больше, чем в первый раз?
Мэдлин снова кивнула. Конечно, ведь теперь она знает, что он ее босс, и вполне возможно, что они будут видеться регулярно. Он может испортить ей карьеру или, наоборот, помочь в продвижении по служебной лестнице. Она пытливо посмотрела в его глаза и поняла: он прекрасно понимает ее страхи. Неожиданно все стало просто. Она правильно сделала, что приехала.
— Какая твоя фантазия? — понизив голос, спросила она.
Льюис наклонил к ней голову, и его лицо оказалось в непосредственной близости от ее губ.