Строганов. Угольное сердце
Шрифт:
Я благодарна Жоре, что он пригласил меня. Это было неожиданно, но очень приятно. Мы общались с ним периодически в ВКонтакте, но нельзя сказать, что стали лучшими друзьями. И все же… Я здесь.
Зимины-Моревы уехали на праздники в Чек (прим.автора: сокр. Новочеркасск). Они, конечно, звали с собой, но домашняя тусовка организованная беременяшкой меня не очень вдохновляла. А отмечать с одногруппниками в очередной раз не хотелось. Так что эта поездка словно глоток свежего воздуха. И в прямом, и в переносном смыслах.
А
Мы с девчонками быстро осваиваем кухню. Шефство над нами берет цепкая и шумная — Милана. Она резво разбирает продукты, раскладывая их на разделочном столе, и раздает указания налево и направо, разрабатывая план дальнейших действий. Она прикольная. Такая пышка-милашка с очаровательными ямочками на щеках.
Еще с нами Алина. Немного зажатая и явно опечаленная чем-то серьезным девушка. Даже когда я улыбнулась ей во все тридцать два, произнося «приятно познакомиться», она просто тихо и безэмоционально ответила — «взаимно». Странная. Смотрит только в окно или в телефон и все время теребит кончик своей русой косы. Надеюсь, ее настроение поднимется после бокала мартини, потому что я как раз его разливаю. Мое точно поднимется.
Ну, и конечно гвоздь нашей сегодняшней программы. Барабанная дробь… Выпускаем голубей. Ковровая дорожка, все дела. Девушка Макса! Света! Лучик, мать ее, света. Там на улице я ее не разглядела, но теперь все слишком очевидно. Четвертый, не меньше, а то и больше. Шикарная грудь и не менее шикарная фигура. Мордашка обычная, только вряд ли на нее вообще кто-то смотрит, потому что девушка не стесняется вырезов и облегающей одежды.
— Как дела, девчонки? — Жорик появляется на кухне с бокалом пива в руках.
Свой чувак. Правильно! Чего ждать? Праздник же.
— Отлично! — восклицает Милана. — Через полтора часа вам нужно будет начать заниматься мясом. Так что… — она поворачивает голову в его сторону, — не нажрись, а то до двенадцати не дотянешь.
— Ты плохо меня знаешь, Мил. И на крайняк у вас есть еще четыре раба. Используйте их, — весело подмигивает он.
— Мечтай, — произносит Макс, появляясь в дверном проеме, и забирает у Жоры бокал. — За мясо отвечаешь ты.
Он делает большой глоток и цепляется за меня взглядом. Бесится. Это будоражит, даже заводит. Я скучала по этому чувству, словно сидишь на пороховой бочке, предварительно уронив туда спичку, и ждешь, когда рванет. Возможно, это еще одна причина по которой я здесь, но признаваться в этом или как-то показывать — точно не буду.
— Ма-а-акс! — писклявый голос его подружки режет уши.
Черт! Этой девке лучше рот не открывать. Такое ощущение, что пятилетнего ребенка запихали в тело секс-бомбы.
Строганов подходит к своей девушке, и она тут же прижимается к нему, оплетая длиннющими руками торс. Усмехнувшись, протягиваю ей бокал с мартини, который она принимает с вежливой улыбкой, что очень плохо скрывает недовольство. А что такое? Не пойму? Обижается, что я закидала ее любимого снегом?
— Вы такая милая пара, — восхищенно качаю головой. — Максимка, я так рада за тебя.
Строганов в мгновение напрягается, а я радуюсь, что сумела задеть его. Что он мне сделает сейчас? А? Зажмет прямо на глазах у своей пискли надувной? Это же единственный способ, чтобы меня успокоить, и он это знает.
— А я-то как рад, — цедит Макс сквозь зубы.
— Давно вы знакомы? Как я поняла, ты ведь не из Ростова, — говорит Света, пристально глядя на меня.
Я ей определенно не нравлюсь. Это чувствуется холодными волнами злости, что исходят от девчонки. Ну-у-у, я бы даже расстроилась, если бы мне было не плевать…
— Я из Краснодара. Проходила летнюю практику в Ростове, — поясняю, медленно проговаривая слова, словно она умственно отсталая. — У нас с Максом есть общие знакомые, — теперь я уже смотрю в зеленые глаза полные злости и… Ну надо же! Предвкушения.
Так ему нравится наша игра? Что ж, Строганов, за этим и приехала. Давай поиграем. Растягиваю губы в хищной улыбке. Пойду с козырей. Чего тянуть?
— И мы с ним…
Собираюсь сказать «знатно потрахались тогда», но горячая крупная ладонь на моем животе заставляет заткнуться.
— Чем занята, моя девочка? — спрашивает Рома, прижимая меня к своей груди.
Как же бесит вся эта уменшительно-ласкательная блевань. Особенно, когда она направлена на меня, но по сжатой челюсти Макса, вижу, что сейчас это очень даже кстати. Ладно, «валет червей» тоже подойдет, потому что «шестерка треф» Макса, а именно его Светочка, не бьет эту карту, то есть моего Рому.
— Она занята мартини и милой беседой с друзьями, — отвечаю своему парню, поворачивая голову, и тут же получаю поцелуй.
Да, этот заботливый мишка любит всякие нежности. Иногда они бесят меня больше, иногда меньше, но в целом я довольна ситуацией. Особенно сейчас, когда чувствую, как горит шея и щеки от пристального, прожигающего, недовольного взгляда Максимки.
— Так! Предлагаю немного поработать и все подготовить, а потом передохнуть и привести себя в порядок, — командует Милана. — Девочки остаются на кухне. Мальчики, поставьте стол и стулья в центре гостиной, проверьте телик, повесьте гирлянду и установите елку, а потом… А потом займитесь костром. Вот.