Студент приехал!
Шрифт:
– Я Катьке советую тоже в строительный поступать. Отличная профессия, и нужная везде - что в городе, что в деревне... Да и шефство над ней есть кому взять!
– подмигнул Пётр Степаныч Юрке, - поможешь ведь, ежели что? Так ведь, студент? Ты, как я слыхал, с медалью школу-то кончал, значит, учёба тебе, наверное, не слишком тяжело даётся?
– Почему же не п-помочь? Конечно, помогу!
– воскликнул Юрка, и лукаво взглянул на Катюшу.
– А ж-жених не будет против?
– дерзко спросил он, кивнув на сопящего Валерку.
– А он мне никакой не жених!
– возмутилась Катька, - с чего ты взял?!
– Рано
– добавил отец.
– Пусть вначале диплом получит, а тогда уж... Ну, давай за то, чтоб Катюшка поступила!
– вновь разлив по стаканам самогон, провозгласил тост Пётр Степанович.
– Пап, ему, наверное, хватит уже...
– забеспокоилась Катя, глядя на покрасневшее лицо Юрия.
– Н-ну п-почему же хватит?
– почти оскорбился Юрка.
– Я с уд-довольств-вием выпю з-за то, чтоб ты п-поступила в в-вуз!
– Юрка залпом выпил самогон, и удивился, как легко на этот раз влилась в него эта гадость. Голова закружилась сильнее, в ушах зазвенела приятная мелодия... У стола стояли, озабоченно глядя на него две девчонки. "Которая из них Катька?" - щурясь, пытался понять Юрка, но вглядевшись пристальнее, увидел, что это просто Катька и... Катька. Юрка потряс головой, но в глазах не перестало двоиться. Беспечное веселье охватило парня.
– К-катюха-а, к-красавица! А за меня пойдёшь замуж? Я в-ведь давно тебя л-л-люблю...
– вдруг воскликнул осмелевший неожиданно Юрка, ещё несколько мгновений назад конфузливо поглядывающий на девушку и подвинул стакан к... Петрам Степанычам.
– У м-меня т-тост с- с-созрел...
– еле ворочая языком, заявил он.
– В следующий раз, сынок, скажешь!
– Пётр Степанович решительно перевернул Юркин стакан кверху дном.
– А сейчас домой топай, мать заждалась уже, наверное!
– Д-да, мне п-пора...
– Юрка встал, взял свою сумку, но тут же, зашатавшись, схватился за край стола и плюхнулся обратно на табуретку. За забором захихикали... Он снова поднялся и, с трудом удерживая равновесие, с сосредоточенным выражением лица двинулся к калитке. Всё вокруг качалось и плыло - дома, деревья, скамейки... Выскальзывала из-под ног земля. Он слышал, как весело шушукаются на этих качающихся скамейках девчонки, и изо всех сил старался идти прямо. К счастью, Юрке удалось дойти до дому на собственных, хоть и одеревеневших ногах, и не осрамиться перед этими насмешницами, что тащились позади, ожидая его позорного падения мордой в пыль. Бог, как говорится, миловал!
***
– О, Господи, сынок... Да где ж ты так?..
– всплеснула руками мама, и обнимая сына, едва держащегося на ногах, не знала, радоваться ли его приезду, или огорчаться, увидев впервые своё дитя в таком ужасном состоянии.
– А он к Катьке Уваровой свататься ходил!
– выкрикнул чей-то бойкий, девичий голос, и раздался дружный смех юных деревенских сплетниц.
– Да как же, сынок... даже не сказав ничего нам, родителям?!
– явно расстроенная мать недоверчиво глядела на сына.
– П-потом, мама, потом... Я прилягу н-ненадолго... потом чё-нить перекушу...
– пробормотал Юрка. Из последних сил он взобрался на крыльцо, и, оказавшись, наконец, в родной, уютной комнате, свалился на диван. Мать, приготовив сыну поесть, несколько раз пыталась разбудить его, но безрезультатно - тот мычал в ответ что-то нечленораздельное.
Ни
– Нет, мы с матерью, конечно, не против Катюши, она девушка хорошая, - говорил отец, а мама согласно кивала головой, - но к чему такая спешка? Где и на что собираетесь вы жить?
Юрка вполуха слушал отца, и никак не мог взять в толк, о чём он говорит... Он всё пытался вспомнить, что же такое ляпнул он спьяну за столом у Уваровых, если по деревне пошли такие слухи?.. Неужели в самом деле Катьке предложение сделал?!
– Мам, а ты не в курсе, что они мне ответили?
– спросил он.
– Вот те раз!! Он меня спрашивает!
– удивилась мама.
– Хорош женишок, нечего сказать! Соседка баба Даша говорит, что вы решили в конце августа свадьбу справлять...
– А мнение родителей жениха уже не в счёт?!
– возмутился отец.
– Сегодня же пойду разбираться с Петром, так серьёзные дела не делаются!
Ох-хо-хо... Юрка схватился за голову. Он вдруг понял, что никаких особенных чувств, кроме дружеских, к Катюшке не испытывает, и тем более, вообще не собирается жениться в ближайшие годы... Но что же теперь делать, как исправлять положение, чтобы не опозорить себя и не подвести Катьку, невольно сделав её объектом насмешек деревенских кумушек?.. Самое ужасное, что он так и не мог припомнить, чем же закончился разговор с её папашей...
– Отец, прошу тебя, не ходи к нему пока...
– сказал он, - думается мне, что эти малолетние зассыхи чего-то напутали, или нарочно насочиняли. Но я вспомню всё, обязательно вспомню!
А вскоре, Юрка с отцом ехали в телеге в сторону аэродрома. Родители решили отправить сына в город самолётом, чтобы сократить время в пути, и не травмировать дорожной автобусной тряской ослабленный алкоголем и голодом организм парня.
Небольшой десятиместный самолёт АН-2, или попросту "кукурузник" прокатился по полю, беря разгон, взмыл вверх, прощально качая крыльями, и взял курс на Казань. В салоне на скамьях, расположенных по краям корпуса, сидели рабочие-нефтяники, летящие в город, и наш, нагруженный домашними гостинцами студент. Самолётик безбожно бросало в воздушные ямы, и в иное время это удивительное ощущение качания на качелях нравилось бы Юрке, но не сейчас... Пустой желудок сжимало и поднимало к горлу, грозясь выжать из него остатки горькой желчи, и бледный, несчастный вид парнишки привлёк внимание мужиков.
– Что, дружище, худо тебе?
– сочувственно спросил один из них.
– У Юрки хватило сил только на утвердительный кивок.
– Укачивает, что ли?..
– Юрка отрицательно помотал головой, и поморщился от резкой боли в затылке.
– А-а-а, понятно... Ну, тогда не мешало бы подлечить пацана, - решили попутчики.
– Но только чем, вопрос...
– У него там сумка явно чем-то оттопыривается, - заметил сидящий напротив Юры мужичок, - надеюсь, не бутылку молока мать туда сунула?! Проверим, а?
– он вопросительно взглянул на Юрия.