Студент
Шрифт:
Да, общество аристо та ещё фауна со своими жестокими законами.
Так вот… Чем выше ты по положению, тем больше себе можешь позволить. Мы с Матвеем не можем пригласить любую аристократку на свидание. Не можем позвать к себе. Вообще мало что можем.
Чтобы не выглядеть, как пиявки, остаётся не так много ходов. На самом деле возможна одна линия поведения. Либо ты пытаешься собирать крохи с барского стола, выставляя себя максимально удобным, лезущим из кожи вон, чтобы присосаться к кому-то покрупнее, либо… Я это называл путем гордого
У Матвея были другие таланты. Он был дамским любимчиком. И другие парни аристократы это знали. Несколько раз я наблюдал, как Матвей ходит с кем-то по клубам. Не лично наблюдал, но картину составил из оговорок, да и прямых рассказов. В общем, не все парни аристократы могли легко снять девушку. Ну или это будет секс за деньги, что не так интересно. Нет «Духа охоты», как говорил Матвей. Поэтому его любили звать с собой, потому что это почти гарантированно означало, что ночь закончится как надо. Я и сам это на себе прочувствовал, когда мы вместе пошли.
Особый талант Матвея — это то, что открывало ему путь к другим аристо. Если запрос с другой стороны, то ты можешь общаться с кем угодно. В случае девушек тоже самое. Если кто-то из них проявит интерес, то это даст зеленый свет. Ради этого всё поведение соседа и строилось. Он работал на то, чтобы вызывать поток внимания в свою сторону, при этом не навязываясь. Что называл — брать харизмой.
Что я могу сказать об этом вечере…. Мне не понравилось. В клубе было дорого, что напрягало. Я чувствовал себя не как рыба в воде, а как бедный родственник. Матвей сразу отделился и включил всю свою харизму, начав, кажется, очаровывать всех женщин разом. Может у него демоническая кровь в жилах течет? Никак иначе я это объяснить не могу.
Пришли мы к десяти. В одиннадцать случилось маленькое чудо. В клубе имелась сцена. Там играли живые музыканты, какая-то группа, чьё название я не знал. После них вышла студентка, которую я видел на дебатах — Алиса Сирень. Та самая рыжая красавица, которая умела голосом погружать в транс. В этот раз я увидел, как это происходит.
Её голос звучал, как… Голос любимой женщины. Сердце дало сбой, весь остальной мир исчез, всё внимание сузилось до неё одной. Она выглядела, как объятая пламенем, как богиня, спустившаяся с небес.
— Эд, очнись, — ткнула меня локтем в бок Настя Софо.
— А, что? — отмер я.
— Всё закончилось. Пару минут назад. Ты совсем потерялся. Ещё чуть-чуть и потекли бы слюнки.
Я непроизвольно дернулся и утерся. Блин, совсем контроль потерял… Оглядевшись, увидел, что не один такой под впечатлением.
— Магия какая-то, — сказал я. — Не заметил, как ты подошла.
— Да, мастак ты делать комплименты. Если что, то девушкам не нравится, когда парни говорят, что кто-то лучше.
— Ой, да ладно, — спохватился
— Никаких сомнений, — вздернула она подборок и спустя секунду рассмеялась. — Пойдем танцевать!
И мы танцевали. Я насмотрелся, как это делают другие. Ничего сложного. Главное расслабиться и поменьше думать о том, что будешь выглядеть глупо.
Как закончили, поболтали ещё с Настей и она отправилась бороздить просторы клуба. Ещё одна особенность этого общества. Многие пытались налаживать контакты. Подходили друг к другу, общались. Я тоже немного пообщался. А потом тихо свалил. Отметился и хватит, лучше высплюсь нормально, хватит с меня гулянок.
Глава 22. Испытание
В среду, на следующей неделе после выходных, я рискнул провести первое испытание блокиратора. Опасность заключалась в том, что если вдруг студенты потеряют способность перемещаться, то это вызовет ненужные разбирательства.
Тестировать я собирался не печати, а артефакт, который создал на днях. Он имел три уровня мощности и регулятор. Самый слабый уровень должен был создать небольшие помехи. По моим предположениям, это затруднит перемещения, но не блокирует их полностью.
Для теста в перерывах между парами я уселся на подоконнике недалеко от портальной комнаты. Когда туда направился один из студентов, активировал блокиратор на второй уровень мощности. Расстояние как раз было таким, чтобы я заблокировал проход, но не стоял рядом.
Спустя где-то минуту из комнаты вышел злой, раздраженный и растерянный студент, который не понял, что произошло. В этот момент подошёл ещё один желающий переместиться, они заговорили и до меня донесли жалобы, что «Какого-то хрена администрация заблокировала перемещения». Я тут же отключил блокиратор и постарался принять максимально беспечный вид.
Второй студент зашёл в комнату и уже не вышел. Выругавшись, первый зашёл следом и тоже пропал. Я же сделал вывод, что артефакт работает. Отлично, первая часть большого плана реализована.
Под конец октября нас порадовали приглашенными из других государств лекторами. Под это дело целую неделю выделили. Я сначала не понял, в чем прикол. Подумаешь, кто-то приедет. И что? Максимум было заявлено по три лекции на одного человека. Что за это время можно рассказать?
То, что в этом есть смысл я задумался, когда новость распространилась среди студентов, породив обсуждения.
— Ты не понимаешь! — говорила Настя Софо. Так уж сложилась, что она стала первой, с кем я обсудил эту новость.
— Объяснишь?
Как я приметил ещё в первые дни, Настя была максимально простой для аристократки и легко общалась со всеми. При этом она была из хорошей, уважаемой семьи. Не тех, кто подпирает небосводы, а скорее на том уровне, на котором раньше находились Соколовы.