Шрифт:
Рыцарь
– А он точно царевич?
На лице принцессы было написано недоверие.
– Конечно, царевич, – удивился дракон. – Кто же еще? Ты сомневаешься, что ли?
Девушка перевела взгляд на бородатого громилу, прискакавшего в замок дракона полчаса назад. Громила сидел за столом и ел мясную похлебку с таким аппетитом, будто последние несколько дней жил впроголодь.
– Честно говоря, сомневаюсь, – ответила принцесса.
– Это еще почему?
– Для члена августейшего семейства он слишком неопрятен. Посмотри сам: волосы
Дракон закатил глаза.
– Наш гость спешил на выручку к несчастной девушке, которую похитил страшный свирепый зверь, – насмешливо сказал ящер. – Он три недели скакал через степи, леса и болота. Думаешь, у него было время купаться, бриться и расчесываться? Да он, бедолага, небось, и спал, сидя в седле. Потому-то и зарос, и запылился, и оголодал. Кстати. Ты ведь любишь истории про рыцарей без страха и упрека? Так вот, именно так они и выглядят – небритые, грязные и благоухающие лошадью. Никаких сверкающих доспехов и белоснежных жеребцов – только удобная надежная броня и скакун неброского темного цвета, чтобы не привлекать внимание лесной и болотной нечисти. И да – надевать под такую броню дорогую одежду, как минимум, не разумно. Богатые кафтаны хороши на балу, но уж никак не в походе.
– Резонно, – согласилась принцесса. – Но, знаешь… Я думала, наследники престола все-таки должны быть более утонченными.
– Так то наследники, – хохотнул дракон. – Они – да, в шелках, в бархате и пахнут фиалками. Только их-то, небось, в логово дракона никто не отпустит – рисковать здоровьем будущего государя дураков нет.
– Погоди, – снова удивилась девушка. – Так этот… царевич… он, выходит, царем никогда не станет?
– Этот не станет, – кивнул ящер. – Я его семейство давно знаю. Родители у него многодетные, троих сыновей воспитали. Старший, Иван-царевич, детина умный – во дворце сидит и законы придумывает. Его сызмальства к вступлению на престол готовили, а потому стерегут пуще глаза. Второй, Федор-царевич, тоже ничего, но больше к военной службе тяготеет. Как брата коронуют, он при нем военным советником станет. А третий – наш Сёма.
Принцесса приподняла бровь.
– В смысле, Симеон-царевич, – исправился дракон. – Любитель приключений, странствующий рыцарь, победитель чудовищ, спаситель прекрасных дев. А заодно мой хороший приятель. Мы с ним, знаешь, сколько переделок прошли? Ого-го!
– Ах ты, сводник крылатый! – возмутилась принцесса. – Так ты меня нарочно похитил, чтобы за эту образину замуж отдать? Знал, что он на выручку ринется, да? Или нет. Вы с ним в сговоре, так? Ты – похищаешь, он – спасает, а награду делите пополам. Угадала?
– Тише ты, – шикнул на нее дракон. – Не говори ерунды. Сёма понятия не имел, что это я тебя украл. Думаешь, кроме меня девиц похищать не кому? А сговор был, да. Но не с царевичем, а с папашами – твоим и его. Ты, душа-девица, у своего папеньки какая дочка по счету? Пятая. Сколько тебе в приданое земли положено? Две захудалые деревеньки. Кому из королевичей ты с таким богатством нужна? Правильно, никому. Поэтому батюшка твой и попросил тебя умыкнуть, чтобы жениха таким образом отыскать. Раньше-то, небось,
– Совсем не было, – вздохнула принцесса.
– Вот! – дракон многозначительно поднял вверх когтистый палец. – А теперь есть. Ты не смотри, что Сёма пыльный и бородатый. Отмоешь его, побреешь – красавец будет, хоть куда. Этикетам, опять же, всяким обученный. Царевич все-таки, хоть и младший. На трех языках говорит, танцевать умеет, а как на флейте играет – заслушаться можно.
– Если он такой распрекрасный, отчего до сих пор не женатый?
– Ты меня слушаешь или нет? Я же говорю – приключения любит. Вечно в разъездах – то разбойников шугает, то с оборотнями да людоедами дерется. Жениться некогда. Его венценосный папаша все надеется его остепенить, да только невесту найти никак не может. Вот я и подумал: отчего бы вас двоих не свести, раз вышла такая оказия.
– Что-то ты, крылатый, не договариваешь, – усмехнулась девушка. – Думается мне, царь-отец не может ему невесту найти не потому, что Симеон по стране разъезжает, а потому что выходить за него никто не хочет. Он у вас, с позволения сказать, немного с придурью. Помнишь, когда царевич к нам приехал, ты его спросил, как он догадался, где надо искать пропавшую принцессу?
– Ну.
– Твой Сёма ответил, мол, дорогу ему подсказали ветер, солнце и луна. Он, что, взаправду разговаривает с воздухом и звездами?
– А что тут такого?
– Как – что такого? Может, он еще деревьям вопросы задает или лягушек целует? Только сумасшедших мне не хватало.
– Скажешь тоже… Сёма – натура романтическая. А еще умеет слушать и слышать. Вопросы правильные задает, быстро завязывает дружеские связи. Очень важное и полезное умение, между прочим. А то, что свои источники информации раскрывать не хочет, так это его право. Ты, ему, кстати, понравилась. Сёма с тебя весь день глаз не сводил. Восхищенных! Даже сейчас – похлебку ест, а все на тебя посматривает.
– Он на меня смотрит, потому что я смотрю на него, – возразила принцесса. – И кстати. Жениться на мне царевич вовсе не обязан. По твоим словам, девушек на своем веку он спас немало, однако ни одна его не окольцевала. Чем я лучше них?
– Как минимум, своим социальным статусом, – усмехнулся дракон. – Среди спасенных им барышень не было ни одной королевны. Так ты согласна стать его женой?
– Не знаю. Нужно подумать. Пообщаться, узнать друг друга получше.
– Думай, общайся. У тебя для этого есть около двух недель. Примерно столько времени вам с Сёмой понадобится, чтобы короткой дорогой добраться до замка твоего отца. А там вас уже будут ждать гости, цветы и свадебные голуби.
Девушка криво улыбнулась и, кивнув Симеону, вышла из столовой. Едва она скрылась из вида, рыцарь отставил в сторону пустую тарелку и поманил к себе дракона.
– Послушай, друг, – сказал царевич, когда тот протянул к нему свою шипастую голову, – эта девушка… Она точно принцесса?
Дракон кивнул и мысленно улыбнулся. И интуиция, и здравый смысл подсказывали ему, что уговорить приятеля жениться будет гораздо проще, чем его подозрительную невесту. Как бы то ни было, а гонорар от их отцов уже получен, и его надо отрабатывать. Главное, чтобы эти двое поняли: они – прекрасная пара.