Судьба амазонки
Шрифт:
– Наша судьба в руках богов. Я дала приют вашей шайке. И чем вы отплатили за добро? Я думаю о людях хорошо, пока они не докажут мне обратное…
Архелия дала знак девушкам, и в соблазнительное тело Золотой воительницы впились острые зубы стрел, не ведающие пощады. Фахад откинулась на слишком просторное для одного ложе и замерла. Казалось, что красавица уснула безмятежным сном. Сладкая нега её чувственной плоти так и не растворилась в небытии от смертельных укусов оперённых убийц.
Бывшая предводительница оставила разбираться с порядком в замке ответственных близняшек и вернулась в городище, чтобы с честью проводить верную
Жизнь в городище постепенно менялась. Некоторые поселенки, потупив взор, забирали у Архелии причитающуюся им долю богатств и навсегда покидали сообщество. Их путь лежал либо к родным местам, либо в земли одного из дружественных амазонкам государств. Поселение женщин постепенно опустело. Оно приобретало забытые черты первых дней своего существования.
Остающиеся воительницы и раньше составляли костяк армии Луны. Предводительница могла положиться на них, как на саму себя. Не ушла ни одна девушка из отряда Избранниц – элиты маленького воинства. Надёжные и бесстрашные в бою, они и в жизни не позволяли себе кривить душой. Большинство из них родились от матерей-воительниц. Богиня щедро одаривала своих детей превосходной внешностью, статью и отточенными профилями. Распылённая ранее на всех жительниц городища сила лунулы опять концентрировалась на немногих оставшихся. У амазонок появлялся шанс на возрождение под предводительством сестёр Камиллы и Хедды, но дочь барона была уже не причастна к новому витку их маленькой истории.
Очередная волна беженцев захлестнула их долину. Незнакомый народ просил милостиво разрешить отдых недалеко от городища. Архи смотрела с башни на пёстрые шатры и многочисленные костры пришлых людей. Они были миролюбивы и подобострастны. Предводительница не отказала убогому кочующему племени. Дочь барона ожидала, что они вскоре снимутся с места, но проходили дни, а соседи-оборванцы продолжали жить бок о бок с воительницами. Девушки из городища свысока посматривали на нищих босоногих ребятишек, просящих милостыню, на дородных бесформенных женщин и их узкоплечих тонкоруких мужчин. Впервые видели они странный сплав полного согласия и семейных распрей, открытости и хитрости, детской доверчивости и ростовщической изворотливости. В необычном народе все смешивалось и выливалось в шумные вечерние застолья под весёлые песни немногочисленных стройных девушек с восточными чертами.
Однажды в ворота городища вошло небольшое посольство. К удивлению Архелии, его возглавляла пожилая женщина с выразительным страдальческим разрезом глаз.
– Рада приветствовать тебя, Архи, – произнесла она так, будто сто лет знала предводительницу.
Она проникновенно отблагодарила дочь барона за временный приют. К ногам предводительницы легли богатые дары, каких нельзя было ожидать от полунищих бродяг. Архелию поразила несоразмерная плата за гостеприимство. Она решила узнать о пришедших побольше:
– Как вам удаётся пронести подобные сокровища в целости мимо множества голодных глаз?
– А разве, глядя на нас, можно подумать, что мы не так просты, как кажемся?
– Ваш
– Не совсем. Мы не боимся носить лохмотья, потому что владеем богатством более ценным. В нашем маленьком мирке царит любовь и взаимная поддержка. Ласка, забота, доверие и уют дома – всё, что нужно и мужчине, и женщине, и старику, и ребёнку…
– У вас нет дома.
– Дом там, где соединены воедино половинки одного целого, где они согласны жить вместе, невзирая на трудности.
– Непонятная философия… А что, если мы захотим отнять ваше золото? Почему ты рассказала мне о нём?
– Мы достаточно узнали вас, чтобы не волноваться. Ваши вера и честь не позволят прикоснуться к чужому благу, если оно не завоёвано в бою, не так ли?
– И все же неясно, как вам удалось сохраниться и зайти так далеко на север. Мужчины, которых мы у вас видели, не способны защитить народ.
– Не всё решает сражение. И они не так беззащитны, как кажутся. Наши мужчины отличные стрелки, но слово – их главное оружие. Наши мужи легко перенимают новые языки, и большинство возникающих споров в пути они решают к общему согласию сторон, но могут быть и весьма опасны, если их дому грозит опасность.
– Опять дом… – Архелия нетерпеливо поморщилась.
– Наш дом здесь, – гостья указала на сердце. – Семья – его проявление. Значит, наш дом всегда с нами, куда бы ни заносила нас судьба.
– Я бы предпочла иметь что-то более приземлённое. А чем вы живёте и почему ваши богатства ещё не растаяли как дым?
– Торгуем, лечим, помогаем помириться враждующим, а иногда и наоборот, если бывшие друзья ополчились против нас…
– Ловко, но цинично…
– Я открылась тебе не просто так.
– Я уже догадалась.
– Мы пришли с деловым предложением. Тяжёлый путь подорвал наши силы. Многие не выдержали, особенно женщины. Мужчины и юноши нашего племени остаются одинокими. Так не должно быть. Я являюсь хранительницей наших устоев и должна что-то предпринять, чтобы поправить положение. Предлагаю обоюдовыгодную сделку. Ваши дела тоже пошатнулись, женщины покидают городище и уходят в никуда…
– Вы успели узнать о нас слишком много.
– Я предупреждала, что мы живём этим, – пожилая женщина искренне улыбнулась.
– Что вы предлагаете?
– Ты готова выслушать, а это главное. У вас скоро праздник – Полнолуние. Мы придерживаемся своей веры, но поскольку ночью ты сложишь с себя полномочия и освободишь от клятвы некоторых девушек, то готовы отпраздновать его вместе с вами. Особая ночь ждёт вас! Не ваши девушки, а наши мужчины найдут себе пару…
– Мои девушки не допустят одностороннего выбора. Я не согласна, пусть взаимная симпатия объединяет их.
– А как же иначе? Наши мужчины не могут не понравиться! Может, внешне не все они похожи на буйволов, но зато умеют быть ласковыми и нежными. Поверь, ни одна Избранница не устоит. Обещай не разлучать их потом.
– Я так поняла, что попадутся в сети и некоторые из верных воительниц…
– Значит, так захотели боги.
– Большинство из них не ведают, что в миру женщине полагается заботиться о доме и муже. Они умеют только воевать.
– Отлично, будут нас защищать. Наши мужчины возьмут дом на себя.
– Тем более что его нет… – Архелия не удержалась от замечания, но посланница пропустила его мимо ушей.
– От них требуется то, чего уж точно не может мужской пол, – продолжить род.