Судьба амазонки
Шрифт:
– В общем, главарь пригрозил нас вздёрнуть на ближайшей сосне.
– Очень мило, – Архелия любила проблемы, потому что они обостряли ум и учащали пульс. – Кстати, Хельга, с тобой он ещё не беседовал. Ты его добьёшь?
– Постараюсь, – подыграла охотница слабым голосом. – Чего нам бояться? Мы со смертью уже много раз здоровались.
– Не шути такими вещами, – нахмурилась суеверная Коринн.
– У тебя был прекрасный шанс спасти хотя бы себя, – посерьёзнела Архелия и поднялась на ноги.
– Не хочу, – надулась красавица.
– Тебе не угодишь, –
В маленький просвет удалось рассмотреть часть двора перед землянкой главаря и его неучтивую дочь. Молодая разбойница с нескрываемым интересом перебирала оружие и доспехи, снятые с пленниц. Мечом Архелии она легко и с удовольствием рассекла воздух.
– Нам, кажется, повезло найти родную по духу девушку. Дочь у главаря боевая! – предводительница произнесла свои мысли вслух.
– С волками жить – по-волчьи выть!
– Ты неправа, Коринн. Она нам поможет. Я займусь этим. Как её зовут?
– Кажется, Ортрун.
– Ортрун! Ортрун! – осторожно позвала девушку Архелия.
Та оглянулась и, не прячась, направилась к сараю.
– Чего вы хотите?
– Мы сегодня не договорили с твоим отцом, он отвлёкся на спор с тобой, – девушка, услышав эти слова, недовольно поморщилась. – Передай, что я могу написать послание барону – моему отцу. Я покинула дом без разрешения, но он заплатит выкуп.
– Ты сбежала из дома? Барон, наверное, рассердился на тебя. Не захочет с деньгами расставаться.
– Я сбежала, потому что устала подчиняться отцу. Он был настоящий деспот. Его слово – всегда закон! Я захотела жить по своим законам и предпочла свободу.
– Наши отцы похожи.
Хельга и Коринн фыркнули, и Архелия возблагодарила богов, что разбойница их сейчас не могла видеть. Дочь барона многозначительно погрозила подругам и продолжала:
– Он обязательно захочет вернуть меня для того хотя бы, чтобы наказать самостоятельно.
– Мой отец пока зол на меня и долго не захочет разговаривать, но ради твоей свободы я попробую его уломать, – разбойница колебалась.
– Если ты когда-нибудь мечтала бросить свою дыру, называемую домом, то ты поймёшь меня. Не стоит киснуть рядом с теми, кто тебя не понимает! Ищи свою дорогу, сделай выбор, а боги сами подскажут тебе решение! Не бойся задать им вопрос. Ответ, как правило, совсем близко.
– Я понимаю, о чём ты говоришь. Я подумаю. Ждите.
День начал клониться к завершению, а тягостному ожиданию не было конца. Про пленниц, казалось, забыли. Сон тоже не принёс облегчения. Пробуждение в отвратительном сарае всколыхнуло воспоминания о событиях предыдущего дня. Архелия была благодарна подругам, что они лишний раз не напоминали о том, что их незавидное положение является целиком виной её опрометчивости. Уже вечерело, а у пленниц давно не было во рту и капли воды. Когда дверь отворилась, а на пороге появилась Ортрун, её встретили дружным вздохом облегчения. В руках разбойницы были кувшин с водой и миска с варёным зерном.
– Я не могла прийти раньше. Отец
– Могу и написать.
– Отец тебе не доверяет. Прочитать и проверить, что напишешь, никто не сможет.
– Никто? – задала дочь барона чисто риторический вопрос, ответа не требовалось.
– А что ты удивляешься? Ни я, ни Хельга тоже не прочитали бы, – Коринн задело за живое замечание предводительницы.
Красавица-крестьянка подошла к выходу и стала с наблюдать за происходящим снаружи. Архелия, глядя на неё, задумалась. Чтение и письмо были настоящим даром, который преподнёс ей отец вместе с немногочисленными книгами, повествующими о днях минувших и потому загадочными, как сказка. Девушка обожала проводить время наедине с чужими мыслями, изложенными на старых листах. Она научилась понимать и спорить с невидимыми героями, пропуская через себя их чувства и чаяния.
Дочь барона покорно сняла семейный амулет и передала его Ортрун, подробно объяснив дорогу к дому отца смышлёной разбойнице. Дочь главаря вышла. Клетка снова захлопнулась. Сёстры по несчастью подкрепились скудным ужином и наслаждались временной передышкой.
– Так долго не протянем, – заметила Архелия. – Соломинку поднять не сможем, не то что…
Снаружи снова раздался шум. Коринн бросилась к любимому наблюдательному пункту. Прильнув к щели, она сначала не могла разобрать, что произошло. На небольшом пространстве собралось, казалось, всё разбойничье население. Оборванцы и сорвиголовы неистово ругались.
– Кажется, они возмущаются, что из последней вылазки им ничего не досталось, – её вывод не воодушевил подруг.
Из своей землянки вальяжно вышел главарь. Буяны поутихли под его хмурым взглядом. Он негромко сказал им несколько слов и снова скрылся. Присмиревшие лесные волки удовлетворённо расходились.
– Что же он им пообещал? – прослушав комментарий Коринн, Архелия забеспокоилась.
– Не слышно было, – красавица бессильно опустилась на пол рядом со стеной. – Мы предали род, и боги отвернулись от нас. Летим по свету, как листья, оторванные от ветвей дуба. В его высокой густой кроне нам было бы лучше и спокойнее.
– Ты могла бы песни сочинять. Жалеешь, что ушла из дома?
– Если так закончится мой путь, то да. Глупо всё.
– Не поддавайся унынию. Найдутся для нас новые боги.
– Как узнать, кому молиться?
– Здесь тоже есть свой дух леса. Правда, Хельга?
– Чужой, – не поддержала Архелию охотница. – Не поможет.
Коринн безнадёжно прикрыла веки и исступлённо молилась незнакомому божеству. Архи и Хельга вывели её из религиозного экстаза, предложив выспаться. Тесно прижавшись друг к другу и укрывшись единственной накидкой, подруги пытались уснуть, но не могли сомкнуть глаз. В тишине послышались чьи-то крадущиеся шаги и глухой робкий стук в стену, противоположную от входа.