Судьба бытия
Шрифт:
Поэтому, когда вся Вселенная и все космосы возвратятся в свое Первоначало, он, совершивший Богореализацию, все равно "будет" по-прежнему, ибо он есть как во время Дня, так и Ночи Брахмана, ибо Он и Брахман - одно и то же. "Во время Великой Пралайи, когда "ничего нет", он, реализовавший Божественное "Ничто", есть это "Ничто", ибо он реализовал Нирвану.
"Во время" Дня Брахмана (когда есть время и мир) Любовь к Своему Бытию сливается в Нем с Самим Бытием, "во время" Ночи (когда нет мира, но Он есть), эта Любовь уходит туда, где Начало самому Бытию...
ДУША ПОСЛЕ СМЕРТИ И ДОКТРИНА МАЙИ
Теперь о другом. И прежде всего о Космосе (имея в виду как "видимый", так и "невидимый"...): на примере судеб тех людей, кто не пошли после смерти "дорогой Солнца", а обычной дорогой
Как известно, это состояние, напоминающее состояние сна со сновидениями, включает как позитивные, так и негативные моменты - в зависимости от кармы индивидуума. Целые эзотерические учения, основанные на оккультном опыте древних, посвящены этому состоянию. Исключительно серьезным и решающим является сам момент смерти - во время которого необходимо сосредоточить все свои духовные силы на высших планах: путем забвения земной жизни и отсутствия сожаления о ней, путем молитв, путем предельного сосредоточения всех своих мыслей на Боге и духовной реальности, путем концентрации и медитации о сфере Духа, путем приятия необходимых религиозных таинств. Разумеется, к этому надо подготовиться заранее, еще при жизни, чтобы смерть принесла свои плоды. Но от последних часов и моментов зависит очень многое - в плане будущей жизни. Смерть - это работа, фактически завершение духовной работы при жизни...
Состояние "бардо" заканчивается новым рождением - ибо смерть автоматически влечет за собой рождение, это две стороны одной медали, настолько они взаимосвязаны. Но эти новые рождения могут быть очень разными, что естественно41. Варианты неисчислимы, как и длительность "бардо". Существует много космологических вариантов, прослеживающих путь человеческой души42. Нельзя забывать, что человеческое рождение - исключительно, и, хотя его трудно приобрести, но трудно и потерять. Драма человека состоит в том, что ему слишком много дано, причем он может даже не подозревать об этом. Нет ничего более трагического, чем "проспать" духовно человеческую жизнь - трагического по своим последствиям, по потере тех необыкновенных и уникальных возможностей, которые предоставляет человеческое рождение. Драма заключается также в том, что после человеческой жизни - душа может идти только вверх или вниз, что вытекает из ее центрального положения. Судьба человека апокалиптична по его собственной сути. Он, может быть, - самое драматическое существо во Вселенной, тем более при такой нелепой краткости земной жизни. У него нет выхода "золотой середины", выхода успокаивающего, бесчисленного повторения горизонтальных существований...
Из центрального положения, из состояния Богоподобия можно, повторим, продолжить путь только вверх или вниз, и все драматически разделено на черное и белое. Поэтому, пожалуй, можно определенно сказать, что человеческая душа предназначена или "погибнуть" или "спастись" - иного пути у человека нет. Этим отчасти объясняется средневековая история "спасения". Но человеческая душа по своей сути предназначена "спастись" - этому мешает, главным образом, ее патологическое состояние в текущую ару человеческой истории.
Однако эта "гибель" - в плане Всего Космоса - отнюдь не вечная: в вихре низших метаперевоплощений данная "монада" самобытия, потерявшая человеческий облик и суть, может - через тысячи или миллионы рождений, кто знает?
– прийти опять к центральному воплощению со всеми его возможностями обретения спасения, высшего рождения или Богореализации (конечно, и с возможностями опять потерять все это). Разумеется, это центральное положение уже не будет иметь никакого отношения к "человеку" - ибо в цепи метаперевоплощений нет такого рода повторений, но и помимо человека во всем Космосе, как мы уже говорили, есть иные центральные положения. Но в отличие от многих других учений, космологические учения индуизма охватывают неизмеримо больший Космос, чем узкочеловеческий...
При этом, естественно, надо учитывать относительность наших представлений: с точки зрения человека такая
Правда, при всем при этом подарок бытия, пусть ограниченного и неполноценного, остается неизменным. Но сам по себе этот подарок, данный к тому же в избытке, имеет такую привлекательность, что можно, выражаясь метафизически, даже в аду цепляться за жизнь.
Но нельзя сказать, что во Вселенной отсутствует возможность практически невыносимых страданий. Иначе не существовала бы идея так называемого оккультного самоубийства, но единственно тотальным шансом для всех - в этом отношении - является подлинный конец Мира, конечно, не банальный конец какого-либо частного мира, вроде нашего, а всего Космоса в целом - когда наступает Покой Брахмана и не существует ничего, кроме Него. Все возвращается в свой Первоисточник, и "шанс" прекращения любых страданий - неизбежно при этом реализуемый - связан, собственно говоря, с так называемым Пассивным Освобождением, то есть, говоря на уровне человека, с "вечным сном без сновидений" (сном тех, кто не реализовал действительное Освобождение, не реализовал Абсолют). Эта "Вечность" - на самом деле "вечность" только с точки зрения человеческих измерений: она длится до Дня, когда наступает новое Пробуждение и творение... Никто и ничто не уничтожается в своей глубине и потенции (разумеется, все формы проявленного бытия исчезают), и поэтому спящий всегда может проснуться, говоря символически...
Божественная комедия начинается снова - ас нею и возможность страдания.
Все это, собственно говоря, подводит нас к одной из центральных доктрин индуизма - к доктрине "майи". Отложим пока вопрос о "смысле", о "высшем смысле" всей этой Божественной Комедии. Но все же этот смысл только ли в приобретении Абсолютного Я, т. е. в приходе в Самому Себе?
Однако остановимся пока на характере или метафизической технике (если так можно выразиться) этой Комедии. Отметим только, что в метафизике нет системы, нет одного "Да", а много "Да" и "Нет" в их определенной совокупности, сходящейся в Центре Парадоксов.
Работа майи заключается в том, чтобы сделать реальное - нереальным, а нереальное - реальным, без чего мир не мог бы существовать. Разумеется, речь идет не о буквальном превращении (иначе власть майи могла бы быть большей, чем власть Бога), а о видимости его, о метафизической иллюзии.
Все это превращение практически означает, что в мире, в Космосе Абсолютное Я, Бог в Самом Себе, становится как бы неуловимым ("последним") - можно вспомнить аналогию с зеркальной поверхностью; мир же, конкретное бытие самодовлеющим и очевидным. Таким образом, метафизически иллюзорное, что подвержено гибели и трансформациям, приобретает ложный статус "реального", а то, что действительно вечно (Абсолютное Я, Бог в Самом Себе), - становится как бы "последним", оттесненным на задний план (в представлении участников Комедии).
Совершенно ясно, что без майи творение мира было бы невозможным, и поэтому индусы называют майю великим божественным принципом творения мира. Грубо говоря, создание мира невозможно без "обмана" ("трансцендентного обмана") - и мир есть не что иное, как следствие этого трансцендентного "обмана", на котором держится мир, как на трех китах.
Весьма полезна в этом плане аналогия со сновидением. Вспомним при этом известное положение о трех обычных состояниях сознания в человеке: бодрствования, сна со сновидениями и сна без сновидений, не вдаваясь особенно в их - и последующих состояний - метафизический символизм. Отметим при этом только, что состояние бодрствования (наше самое привычное состояние сознания) и состояние сна со сновидениями - метафизически имеют много общего.