Судьба

Уласевич Светлана Александровна

– Гадалка очень хорошая, - спокойно возразил юноша.

– Но ты не знаешь, какие силы ей это сказали! Светлые или тёмные? Может, мы пара, а тёмные просто хотят нас разлучить!

– Я не знаю!
– обхватил голову руками парень.
– Я уже ничего не знаю!

– Сомнения! Сомнения всегда гложут человека, раздирают на части, эта наша участь, но выбор остаётся за нами. Эту привилегию нам дал Господь. Я люблю тебя, хочу провести с тобой всю оставшуюся

жизнь, и мне не нужен никто другой. Ты моя судьба, ты!

– А вдруг у неё не будет твоих недостатков.

– А почему ты думаешь, что она будет лучше меня?

– Потому что она - моя судьба, - тихо ответил Миша.

И тут по Викиным щекам покатились слёзы. За что? За что он с ней так? Недостатки! Как будто он лучше! Разве, когда любишь, сомневаешься? Вот она нет. Но что? Что ему сказать? Как объяснить?

– Прости, - перебил тот её мысли, - но я должен. Обязан идти по своему пути, у тебя своя судьба, у меня своя.

– А зачем мы тогда встретились?

– Может, чтобы стать друзьями, - пожал плечами Миша.

– А влюбились чего?!

– Возможно, чтобы научиться научится следовать по своему пути или это просто ошибка.

– Ошибка, - горько произнесла Вика.
– Ошибка, что мы вообще с тобой встретились!

– Не плачь, солнце, - обнял девушку парень, - давай лучше останемся друзьями.

Она ничего не ответила.

– Но, но, - нежно произнёс Михаил.
– Ты ещё мне спасибо скажешь. Ты будешь очень-очень счастлива. Вот увидишь. Прости меня.

Она ничего не ответила, только ещё сильнее всхлипнула и вжалась в свитер на груди.

Несостоявшийся жених также не произносил ни слова, баюкая и гладя девушку по волосам.

Звонок, молнией прорезавший тишину, заставил пару вздрогнуть и подняться. Вика вздохнула и стала застёгивать пальто.

– Куда ты теперь?
– тихо спросил бывший парень.

– Не знаю, - пожала плечами девушка.

– Я позвоню тебе на днях.

– Зачем?

– Узнать, как ты себя чувствуешь.

– Не надо. Я лучше тебе сразу скажу: "Хреново!" Не плохо, не грустно, а именно хреново!

– Да, ладно. Ты мне потом спасибо скажешь. Мы ещё посмеёмся над этой историей.

– Конечно, - неопределённо кивнула головой собеседница.
– Удачи в поисках.

– Спасибо, тебе также.

– Прощай, - махнула Вика рукой и пошла к выходу.

– До свидания, - послышалось

в след.

Но несчастная не обернулась. Она твёрдо шла к выходу, и тонкие шпильки гулко цокали по коридору. В душе и в голове царила пустота. Странно, ещё секунду назад там кишмя кишела чувствами и мыслями, а теперь не осталось ничего, словно те тактично покинули тело, давая остаться наедине с собой.

Домой не хотелось. Даже как-то уже не плакалось.

На дворе стояла средина осени. Мерзко моросил дождь, но Вика этого не замечала. Даже наоборот, начинало нравиться. Жёлтые листья под ногами разочаровано хлюпали. Самый счастливый день в жизни. О да.

Ноги сами несли к близкой подруге. Она занималась хиромантией, но это, в сущности, не важно.

– Привет, - грустно улыбнулась Вика милому кругленькому личику.

– Опять обидел?
– грустно уточнила Алёна, приглашая в квартиру.
– Ты надолго?

– А у тебя есть время?

– Для тебя всегда, - не раздумывая, ответила подруга.

– Нет, правда. Я не отвлекаю тебя от чего-нибудь?

– Абсолютно, нет, - улыбнулась девушка, доставая тапки.
– Чай? Кофе? Потанцуем?

– Чай, и если можно, покрепче, - вздохнула несостоявшаяся невеста, проходя на кухню, где уже оказалась вездесущая хозяюшка.

Алёнка грустно улыбнулась и, поставив чайник, достала из хлебницы батон и стала резать ломтями. Затем принялась медленно намазывать куски толстым слоем варенья. Она молчала. А зачем, собственно, о чём-то говорить, если у гостьи кошки на душе скребутся. Вика внимательно за ней наблюдала.

Чайник жалобно засвистел. Стремительным движение девушка сняла его с плиты, быстро разлила по чашкам, где каким-то чудом уже обитала заварка. Затем, всё также молча, Лена достала из шкафчика бутылку коньяка и, откупорив, влила три столовых ложки в подругин чай.

– Тебе это полезно, - тихо решила она.

– Скажи мне только одно, - горько произнесла Вика, - когда я встречу своего суженого?

Алена послушно взяла руку.

– Две полоски...

– Не надо ничего о полосках!
– судорожно вскрикнула подруга.
– Только одно, и больше ничего.

Гадалка посмотрела в глаза гостьи долгим изучающим взглядом, затем отхлебнула чай, скользнула взором по руке и спокойно ответила: