Судмедэксперт
Шрифт:
Я скинул кеды, бросил на мраморный пол сумку и прошёл на кухню. Уселся на шикарный бархатный стул. Напротив сел брат.
— Ну и что ты ещё хочешь? Почему тебе всё мало? — уставши сказал Бахтияр и сложил руки на груди.
— Я ничего не говорю, я тебе всей жизнью своей обязан. Но блин, Бахтияр! Это же издевательство. Ты же знаешь, что я не могу нормально с трупами работать. Я поэтому в гистологию и ушёл. Ну не моё это — тела резать! — выпалил я, понимая, что в глазах Бахтияра выгляжу как раздражённый и недовольный ребёнок.
— Коля, ты меня тоже
— Почему её отпустил? Не дал бы. Пока врача со столицы бы прислали. Можно же как-то решить этот вопрос без моего участия! У меня нос чувствительный, я не могу! — рассердился я и закатил глаза.
— Нельзя без тебя. Сигова беременная, я не имею права ей отказывать в отпуске. И уволить не могу, чтобы прислали кого-то ещё. Только после её официального декрета нам пришлют специалиста, я уже узнавал. — Бахтияр тоже начал взрываться, но пытался сохранить хорошее настроение.
— Так, что? Сигова беременная? — изумлённо спросил я. Реальность поплыла передо мной. Эта новость стала катастрофичным завершением сегодняшнего дня.
— Раиса, иди сюда. Плесни нам настойки. — пробасил Бахтияр и с сочувствием посмотрел мне в глаза.
На кухню пришла низенькая Раиса с накрученными чёрными волосами. Длинное золотое платье аккуратно подчёркивало тонкую талию, а белый пиджак скрывал полноватые бёдра. Она тоже была готова к выходу. Женщина изящно выставила перед нами стеклянные стопки, солёные грибочки и небольшой бутыль с тёмной, почти чёрной жидкостью. Бахтияр разлил настойку и продолжил разговор.
— Да, Коля. Написала она заявление на отпуск. Не может работать из-за токсикоза. Я предложил перевести её в гистологию, но она не согласилась. Справку показала, что у неё пять недель. А вы когда расстались? Не твой ли ребёнок, а? — по-отечески спросил Бахтияр и зажевал грибочек.
— Ах вот оно что. Какая же она крыса, в самом деле. Она меня не просто так бросила. За моей спиной встречалась с кем-то. — с отвращением сказал я и залпом выпил стопку. — Не мой ребёнок. Мы с ней окончательно расстались полтора месяца назад.
Ненависть и злоба кипели во мне адским пламенем. Хотелось, чтобы эта Сигова так же страдала, как и я.
— Тебе придётся идти на её место, а в гистологии я обязанности между другими распределю. Больше у меня компетентных врачей нет. Только тебя можно поставить в секционный зал, понимаешь? Наших всех учить надо. А это большие траты. Со столицы ждать ещё пять месяцев кого-то.
Я, захваченный эмоциями, до конца не переварил информацию. Схватил стопку, налил ещё и выпил.
— Нет-нет-нет, Бахтияр. Ты не можешь со мной так поступить.
— Коля, я не спорить тебя позвал, а поговорить. Ты в моё положение тоже войди. Поработай пять месяцев и иди в отпуск без содержания. Или потом больничный тебе выпрошу какой, есть люди в хирургии.
— А ты справки видел, что она действительно беременная? — я не мог угомониться. Во мне кипела ненависть и отвратительное ощущение, что
— Видел. Заключение гинеколога: пять недель. И распечатка УЗИ. Да что ты всё о ней, давай о делах. Коля, ты мне даже по закону отказать не можешь. Я тебя от бюро отучил в вузе, я тебе от бюро ординатуру дал. Ты просто обязан работать там, куда я тебя отправлю. Ещё год тебе осталось. Отработай пять месяцев, а потом езжай куда хочешь. Стаж идти будет, а ты отдохнёшь. Согласен?
— Согласен. — покорно ответил я.
Бахтияр выпил первую стопку и откусил гриб.
— Коля, у меня есть ещё проблема: ассистентка Сиговой уволилась вчера, а санитара её я сегодня за пьянство уволил. Надо графики всё заново составить, вакансии открыть.
— Вот-вот. Я сегодня один крышку черепа пилил! Это издевательство. Дай мне ассистента и санитара. Тогда буду терпеть, молчать и радоваться. — меня начал брать алкоголь. Я пригубил ещё одну стопку и широко зевнул.
— Ну всё, братишка. Хватит тебе. Завтра с восьми работаешь, а то напьёшься и проспишь.
Бахтияр встал, закрыл настойку и убрал её вместе с грибами в холодильник. Затем важно посмотрел на кварцевые часы и крикнул жене:
— Раиса, пойдём. Проводим его и как раз в ресторан успеем.
***
Я добрался домой без приключений. В полнейшем расстройстве помылся, истратив целую банку геля для душа, и лёг спать. Мысли о Сиговой не унимались. Я лежал в темноте, а перед глазами в красках всплывали воспоминания. В сотый раз пересматривал и переживал все счастливые и отвратительные моменты наших отношений. Потом картинки становились все зыбче, и наконец я провалился в сон.
Мне снилось детство: деревенский дом, молодая мама в цветастом халате, река, летние вечера и сливовые сады… Вот я уже тянусь, чтобы сорвать сливу, такую жёлтую, спелую и ароматную… Как в ушах зазвенела резкая мелодия будильника.
Я взглянул на время и моментально проснулся. Восемь утра. У меня работа! Чёрт возьми!
Надев первое, что вытянул из шкафа, я выбежал из дома и помчался в сторону судебно-медицинского бюро. На ходу позвонил в регистратуру.
— Алё, судмед бюро. — резко ответил противный голос.
— Галя! Это Николай Петрович. Я бегу. Скажи, если будут спрашивать, что я в пробке.
— Ой! Доктор Носков! Доброе утро. — подобрел и потеплел голос. — Я уже сказала про то, что вы в бухгалтерию забежали. Бахтияр вас искал. Злой как чёрт.
— Спасибо, Галя. В долгу не останусь.
Я бросил трубку и помчался ещё быстрее. Если меня искал начальник судебно-медицинского бюро Бахтияр Бахтиярович Айдаров, то это ничего хорошего не предвещало. На работе брат был настоящим зверем: грубый, чёрствый и очень неприятный человек. А ко мне он выказывал вечно напускное недовольство, чтобы никто даже не подумал, что мы родня. Но я на это вообще не обижался, потому что знал: это просто необходимо для нашей с ним безопасности. Бахтияр для моего образования провернул махинацию и очень боялся разоблачения и подрыва своего авторитета.