Суматоха

Хендрикс Лиза

Миранда одернула юбку и высунулась наружу посмотреть, что там происходит.

Пол держал беднягу за воротник, таща к воротам. Из носа Тодда лилась кровь, а пятеро служащих и швейцар наблюдали за происходящим, не зная, что делать.

Тодд был поставлен на ноги, качнулся, но Пол удержал его, упершись кулаком ему в живот, потом достал из кармана бумажку, вложил в руку швейцара и вернулся к Миранде.

– Вы в порядке?

Она закивала. Ей хотелось обнять его. Даже больше, она хотела, чтобы Пол обнял ее. Чтобы сказал ей, что не считает ее распоследней

дурой, кем она на самом деле и являлась. Если бы она наклонилась вперед на дюйм или два, ему пришлось бы обнять ее, чтобы удержать…

– Ты не взял кофе, – дрожащим голосом произнесла Миранда.

– Вот он. – Пол махнул на крышу автомобиля, куда поставил стаканчик, чтобы спасти ее весьма сомнительное достоинство. – Кажется, вам не помешало бы хлебнуть.

Миранда кивнула и без всякого изящества откинулась на подушки, расплескав кофе. Несмотря на теплый ночной воздух, ее била дрожь.

Пол накинул ей на плечи свою куртку.

– Сейчас я отвезу вас домой.

Пока он садился в машину, она услышала сердитый голос Тодда, ему кто-то ответил, видимо, швейцар, который пытался его успокоить.

Тиш испытывала невероятное облегчение, глядя, как огни машины Ангуса исчезают в ночи.

Он был настоящий медведь, увалень, за вечер порассказал ей кучу всяких небылиц, сдобрив их несколькими рюмками бурбона. Нет, ей нравилось слушать его, когда он подвозил ее к дому. Потом Тиш горела нетерпением выпроводить его до возвращения Мейсона, и беспокойство стало возобладать над удовольствием от его рассказов.

Но она позволила ему изложить еще парочку историй из жизни, пока ей не позвонила Миранда. Тогда она сказала, что у нее снова разболелась голова, и проводила Ангуса за дверь, несмотря на соблазнительное предложение сделать ей массаж шеи.

Это было бы прекрасно, у Ангуса такие сильные на вид руки. В общем-то он и сам мускулистый и крепкий мужчина. Давненько никто не делал ей массаж, даже не прикасался к ней.

Тиш закрыла дверь и направилась обратно в гостиную, чтобы ждать Мейсона вместе с мисс Хобарт.

Ожидание было недолгим, они явились минут через десять после отъезда Ангуса и наверняка могли встретить его машину на дороге в Хайлендз.

– Мама, хорошо, что ты нас дождалась, – сказал Мейсон, целуя ее в щеку.

– Я на это не рассчитывала, – ответила Тиш и заложила страницу в книге. – Вы очень рано, там действительно была невероятная скука?

– Нет. – Он подмигнул Рейн, словно их связывала какая-то тайна.

– Добрый вечер, миссис Александр. – Девушка притворилась, что не заметила его подмигивания, хотя Тиш обратила внимание на мелькнувшую у нее улыбку.

– Мисс Хобарт, добрый вечер. Миранда тоже едет домой?

– И, полагаю, будет довольно скоро, если Тодд ее не отвлечет, – сказал Мейсон.

– Тодд Деннисон? О, не говори мне о нем.

– Увы.

– Что она себе думает?

– Я не уверен, что она вообще думает.

– Кажется, эта проблема сейчас актуальна для всех нас, – заметила Тиш и поджала губы,

когда сын взглянул в ее сторону. – Как вы собираетесь провести остаток вечера?

Будто ей надо спрашивать. Все ясно, стоит лишь взглянуть на мисс Хобарт. Она уже совсем плоха, раскраснелась, посматривает из-под ресниц на Мейсона, очевидно, совершенно не понимает, что делает и как выглядит со стороны.

– Пока не знаю. – Он снял галстук-бабочку. – Карты? Теннис?

Рейн порозовела еще сильнее, но это был не румянец, а внутренний жар.

– Бассейн?

Еще одна интимная шутка, подумала Тиш.

– Я распоряжусь насчет чая.

– Я попросил Лоренса поставить на лед бутылку шампанского, – сказал Мейсон.

– Я бы с удовольствием, – ответила Рейн.

«А меня-то они хотя бы замечают? « – спросила себя Тиш.

– Хорошая идея, но если Миранда не вернется с Полом, тебе придется отвозить мисс Хобарт домой.

– Рейн останется у нас. Я попросил Лоренса приготовить комнату для гостей.

– Мейсон, но ты мог бы сказать мне. Нет, я не против, дорогая, – торопливо добавила Тиш. К чему задевать чувства девочки? – Просто… м-м… неожиданно.

– Я буду пить шампанское. – Мейсон направился в кухню.

Когда ею шаги стихли, Рейн повернулась к Тиш:

– Если это неудобно, я могу…

– Нет-нет. Все хорошо, дорогая. Правда. У нас много комнат, и гости в нашем доме постоянно. Только обычно я знаю об этом заранее.

– Я уверена, Мейсон хотел сообщить вам, но был настолько занят вчера проблемами с Эверетт и, видимо, совсем забыл.

– Наверняка так и было.

Значит, он говорит с ней о бизнесе, и она извиняется за него перед его матерью. Какое сильное увлечение.

Слишком возбужденная, чтобы сидеть спокойно, Рейн принялась осматривать комнату. Тиш почти ждала, что сейчас она начнет произносить банальные слова о ценности вещей, но ошиблась. Это по крайней мере свидетельствовало о некотором воспитании. ,

Честно говоря, девочка не так уж плоха, обладает врожденным обаянием и весьма достойно выглядит. Конечно, платье купил ей Мейсон, оно прекрасно оттеняет ее кожу, оставляя ясными и чистыми искрящиеся глаза. Она похожа натренированную яхтсменку, пришедшую в клуб потанцевать.

– Вы сегодня на самом деле прекрасно выглядите, – похвалила Тиш. – Я увидела вас издали, и была приятно удивлена переменой.

Рейн осторожно улыбнулась:

– Спасибо. Мне жаль, что вы не смогли остаться. Вечер действительно был замечательный.

– Не всегда получается так, как планируешь.

– Да, – согласилась Рейн.

Не прозвучала ли в ее голосе печаль?

Мейсон вернулся с уже открытым шампанским, которое нес в одной руке, а в другой – три хрустальных бокала. Разговор быстро перешел на самые яркие моменты вечера. Правда, Тиш хотела бы послушать рассказы дочери о самых ужасных нарядах, но это позже. Сейчас главная задача – держать парочку в бодром состоянии духа и проследить, чтобы кто-то из них отправился спать. Только ни в коем случае не вместе.