Сумерки Юпитера
Шрифт:
Связь работала, но ему никто не отвечал. Непонятные капли вещества, какое-то мгновение неподвижно висели в воздухе, затем начали растягиваться, вытягиваясь в сторону людей.
Кудряшов невольно съежился, и начал пятиться. Но сзади наступало желтое горящее вещество, и путь назад был отрезан. Что его больше всего удивляло, так это то, что Удальцов, каким-то образом, продолжал стрелять, хотя по логике его давно уже должно было поглотить и сжечь желтое свечение.
– А, была не была! – внезапно сказал Ермаков, и открыл огонь по чужаку.
Металлические
– Вы видели, товарищ лейтенант! – потрясенно воскликнул Ермаков, – Пули исчезли.
В горле Кудряшова пересохло. Он понимал, что жить им осталось совсем мало, хотя его мозг отказывался поверить в приближение гибели. Этого просто не могло быть.
Как он, молодой, красивый и здоровый парень, к тому же, лейтенант спецназа, может вот так просто, прямо сейчас исчезнуть, перестать существовать. Подобная мысль просто не укладывалась у него в голове. Все его сознание сопротивлялось надвигающейся гибели.
Лейтенант Кудряшов не знал, что существо просто развлекалось. Оно могло уничтожить их всех давным – давно. И все земное оружие не смогло бы причинить чужаку серьезного вреда. Но, если существо позволило Кудряшову и Ермакову жить еще какое-то время, то на это у пришельца были какие-то свои причины. Какие именно, люди знать не могли.
Неожиданно за спиной послышался топот бегущих ног. Это был Удальцов. Запыхавшийся и довольный.
– Все, товарищ лейтенант, – довольным тоном сообщил он.
– Что «все»? – не понял Кудряшов, не скрывая своей радости. Ему буквально от сердца отлегло, когда он увидел сержанта живым и невредимым, – Прикончил его?
Удальцову очень хотелось сказать, что да, именно так все и было, но врать он не любил.
– Да, нет. Он исчез.
– Как? – удивился Ермаков.
Удальцов пожал плечами, проверил автомат. Патроны еще были.
– Не знаю. Да мне без разницы. Честно говоря, думал живым уже не выберусь. Стреляю, а ему хоть бы что. Гранаты еще оказывают какое-то действие, но они у меня все закончились.
Кудряшов слушал и смотрел на сержанта с каким-то непонятным изумлением. Он, вдруг вспомнил об обжигающем желтом веществе. Как сержант сумел выжить в нем, он понятия не имел.
– Жарко не было? – осторожно спросил он.
– Еще как! – воскликнул Удальцов, – Но я не жалуюсь, товарищ лейтенант. Симулятор, есть симулятор. Условия максимально приближенные к реальным. Кто знает с чем, или с кем, нам предстоит столкнуться в будущем.
– Симулятор, говоришь, – Ермаков многозначительно посмотрел на Кудряшова. Тот молчал и о чем-то размышлял.
– Конечно, симулятор. Ты что забыл, что нам утром сказали?
– Помню, – возразил ему Ермаков, – А ты забыл, что случилось с Лехой?
– Да жив твой Леха! – воскликнул Удальцов.
– Как жив! – одновременно воскликнули Кудряшов и Ермаков.
– Где
Удальцов замялся.
– Да не знаю я, товарищ лейтенант. По-моему все эти разговоры насчет пришельцев полная ерунда. Это такой симулятор. Просто нам ничего не сказали, чтобы мы не знали, что нас ждет. Эффект неожиданности.
– Ладно. Вернемся на базу, там все выясним. Вперед! – Кудряшов повернулся и хотел, было уже направиться к выходу из тоннеля, но увидел, что путь им преграждает несколько существ.
– Блин, мужики, сколько можно? – недовольно крикнул Удальцов, – Может, хватит уже этих ваших компьютерных штучек? Мы уже устали! Запускайте свежую группу. Пусть они тут вас развлекают. С нас уже хватит. И это, прицепите обратно как-нибудь голову сержанту Томину. Не знаю, как вы ее оторвали. Наверное, спецэффекты какие-то. Выглядит уж больно по-настоящему.
Удальцову никто не ответил. Существа не двигались. Удальцов вдруг увидел, как глаза Ермакова начали вылезать из глазниц, потом вывалились наружу, немного повисели в воздухе, и упали на землю. В пустых глазницах показались большие пальцы ног, и начали шевелиться. Глаза приросли к ногам вместо пальцев. Удальцову показалось, что он бредит, или сходит с ума.
– А, чтоб тебя, – прохрипел он, резко бросился в сторону, и со всего маху ударился головой о каменный выступ. С глухим стоном Удальцов упал на землю. Он потерял сознание.
Тем временем Ермаков с пальцами ног вместо глаз продолжал, как ни в чем не бывало, стоять на одном месте. Лейтенант Кудряшов в шоке смотрел на своего бойца. Существа медленно приблизились, и начали издавать какие-то звуки. Это они так пошутили над Ермаковым, который для них был всего лишь низшим биологическим созданием, которому было очень и очень далеко до таких развитых по галактическим меркам существ, какими были крэглеры или крэглэроны, дальние родственники крэглов.
Развлекались крэглэроны не больше минуты. Тело Ермакова начало вытягиваться, черты лица исчезать. Не прошло и двух минут, как он превратился в столб темного цвета. И только сейчас Кудряшов заметил, что вдоль стен тоннеля штабелями лежат такие же столбы. Мысль, что все это, возможно живые люди, привела лейтенанта в ужас. Он знал, что нужно что-то делать, как-то реагировать, но его охватила какая-то апатия, и он просто стоял и смотрел.
Горло Кудряшова начало сжиматься, в мышцах лица появилась боль, словно кто-то растягивал кожу. Он хотел крикнуть, но не смог. Из глаз брызнули слезы, в голове закружилось. Нос Кудряшова, словно был сделан из пластилина, сравнялся с лицом, уши исчезли, руки и ноги слились с телом. Он еще мыслил, но изменить ничего не мог. Тело Кудряшова постепенно темнело, и становилось жестким и твердым. Как и Ермаков, лейтенант Кудряшов превратился в безликий столб, и занял место в ближайшей куче.
Крэглэры сразу потеряли к нему всякий интерес, и занялись какой-то своей деятельностью. Они просто исчезли.