Сумерки
Шрифт:
— Как мило.
Ее белесые рыбьи глаза прищурились — судя по тону, она имела в виду нечто противоположное.
— Белла, — снова заговорила она, тщательно изучая мое лицо. — Я как раз говорила Тайлеру, что очень жаль, что никто из Калленов к нам сегодня не присоединился. Разве их никто не пригласил? — ее фальшивая озабоченность никого не могла бы обмануть.
— Ты имеешь в виду семью доктора Карлайла Калена? — спросил «старшой» индеец прежде, чем я успела ответить (к великой досаде Лорен). Этот высокий парень походил скорее на мужчину, чем на подростка,
— Да, Вы их знаете? — свысока спросила Лорен, полуобернувшись к нему.
— Каллены сюда не ходят, — он решительно закрыл тему, словно не заметив вопроса.
Тайлер, стремясь вернуть ее внимание, что-то сказал ей про диск, который держал в руках, но Лорен его не слушала.
Потрясенная, я уставилась на парня, но его взгляд был направлен мимо меня, в глухую темную чащу леса. Его фраза о том, что Каллены «сюда не ходят», содержала в себе нечто большее, чем простое утверждение — намек на то, что им запрещено здесь бывать. Я тщетно пыталась избавиться от неприятного осадка.
Меня отвлек Джейкоб.
— Скажи, у тебя уже началось умопомешательство от Форкса?
— И это еще мягко сказано, — поморщилась я. Он понимающе усмехнулся.
Я все пыталась осмыслить фразу о Калленах, когда вдруг почувствовала внезапное озарение. Это был дурацкий план, но идей получше не нашлось. Я надеялась, что юный Джейкоб не настолько избалован женским вниманием, чтобы раскусить мои неумелые попытки флиртовать.
— Хочешь, прогуляемся по пляжу? — спросила я, постаравшись сымитировать взгляд Эдварда из-под опущенных ресниц. Вряд ли получилось так же впечатляюще, но Джейкоб подскочил, как пружинка.
Мы шли вдоль разноцветных камней на север, в сторону сплошного завала из сплавного леса, перегородившего побережье до самой воды. Тучи понемногу закрывали просветы в небе, море темнело, а воздух становился холоднее. Я засунула руки глубоко в карманы куртки.
— Тебе сколько, шестнадцать? — спросила я, хлопая ресницами, как героиня телесериала, и старясь не выглядеть при этом идиоткой.
— Только что исполнилось пятнадцать, — признался он, польщенный.
— Правда? — мое лицо выразило фальшивое удивление. — Мне показалось, что ты старше.
— Я высокий для своего возраста, — объяснил он.
— Ты часто приезжаешь в Форкс? — спросила я игриво, словно ожидая услышать «да». Мне самой было противно слышать собственный голос. Казалось, вот сейчас он с отвращением повернется ко мне и обвинит в мошенничестве, но он по-прежнему таял от моей лести.
— Не очень часто, — ответил он, нахмурившись. — Вот когда соберу машину, смогу приезжать, когда захочу. После того, как получу права, разумеется, — поправился он.
— Как зовут парня, с которым разговаривала Лорен? Он, кажется, слишком взрослый для нашей компании.
Я нарочно причислила себя к младшим, чтобы показать, что предпочитаю Джейкоба.
— Это Сэм — ему девятнадцать, — сообщил он.
— Что это он говорил о семье доктора? — невинно спросила я.
— О Калленах? Он имел
— Почему?
Он оглянулся на меня и прикусил губу.
— Упс. Мне нельзя об этом говорить.
— Ну же, я никому не скажу, мне просто интересно, — я постаралась, чтобы улыбка вышла соблазнительной, гадая про себя, не слишком ли пересластила.
Не слишком — он выглядел решительно соблазненным. Подняв вверх одну бровь, он улыбнулся мне в ответ.
— Ты любишь страшилки? — зловеще спросил он. Хрипотца в его голосе стала заметнее.
— Обожаю! — я изобразила восторг, не забыв про томный блеск в глазах.
Джейкоб подошел к лежавшему на песке дереву, чьи корни торчали в разные стороны, как бледные лапы обессилевшего гигантского паука. Он легко вспрыгнул на толстый узловатый корень, а я уселась пониже — на стволе дерева. Он долго смотрел на камни, в уголках широких губ играла улыбка. Он явно хотел преподнести мне эту историю как можно аппетитнее, и я старалась, чтобы мои глаза сияли, отражая живейший интерес к его рассказу.
— Ты знаешь хоть одну из наших старых легенд о том, откуда мы произошли? Племя квилеутов, я имею в виду? — начал он.
— Увы, нет, — призналась я.
— Ну, есть много легенд, некоторые восходят ко временам потопа — например, о том, как квилеуты привязали свои каноэ к макушкам самых высоких деревьев на вершине горы и выжили, как Ной и его ковчег, — он улыбнулся, показывая мне, как мало смысла видит в старинных сказках. — Другая легенда гласит, что мы произошли от волков, а поэтому волки — наши братья. По закону племени мы не должны их убивать.
— Есть еще сказки про холодных, — он понизил голос.
— Про холодных? — спросила я, и мне уже не надо было притворяться заинтересованной.
— Да. Некоторые истории про холодных такие же старые, как легенды про волков, но есть и те, что возникли недавно. Например, мой прадедушка знал некоторых из них. Он заключил договор, и по этому договору они не ходят на нашу землю.
Он выпучил глаза.
— Твой прадедушка? — подтолкнула я.
— Он был вождем, как и мой отец. Знаешь, холодные — естественные враги волков. Ну, не совсем волков, а только тех волков, которые превращаются в людей, как наши предки. Ты бы назвала их оборотнями.
— У волков-оборотней есть враги?
— Только один враг.
Я уже по-настоящему уставилась на него, стараясь прикрыть нетерпение маской восхищения.
— Таким образом, — продолжал Джейкоб, — Холодные — наши давние враги. Но стая, которая пришла на нашу территорию во времена прадедушки, была особенной. Они не охотились так, как остальные холодные, и не представляли опасности для племени. Поэтому мой прадедушка заключил с ними сделку. Если они обещают не заходить на наши земли, мы не выдадим их бледнолицым, — он подмигнул мне.