Суперпредатель
Шрифт:
— Большое спасибо! — раздраженно бросил Смолс. — Я так понимаю: груз вы сохранили, а дальше — хоть трава не расти. Впрочем, мне все равно. У вас, у Десанта, — свои проблемы, у меня — свои. А вам, госпожа офицер…
— Я же просила!
— Какая разница? Тебе, по-моему, очень понравилось то, что болтал Роч, собираясь удрать!
После его последней фразы Лесли — добрых пару секунд — очень хотелось взять Смолса за плечи и как следует потрясти.
— Разозлить хотел? На первый раз прощаю, но в дальнейшем будь поосторожнее.
Берт Смолс хмыкнул и поинтересовался:
—
Лесли молчала, раздумывая.
За два последних дня уже второй человек набивался к ней в помощники. Но если вариант с Наташей Лесковой отпадал сразу и безоговорочно, то насчет Смолса можно было подумать.
Лесли неожиданно вспомнила о том, что она находится в отпуске и может делать все, что ей заблагорассудится, — отчетов у нее никто спрашивать не станет. Следовательно, она имеет право заняться своим делом — то есть «мышкой», которую ей любезно подсунул генерал Макаров. К этому противнику тянулась еле заметная ниточка от той самой «Черной пантеры», которую намеревался уничтожить Берт Смолс.
Чем дольше она раздумывала, тем больше находила «плюсов» в сотрудничестве с бывшим охранником. Во-первых, ей действительно нужен напарник. Во-вторых, этот предполагаемый напарник не самый худший вариант — сильный, обученный и… никому не известный. В-третьих, Смолс видел Тима Роча.
Разумеется, существовал риск заполучить в напарники «подсадную утку». Лесли учитывала такую возможность. Вполне могло случиться так, что «мышка», оказавшись проницательным человеком, поняла, кто именно пытается на нее охотиться. И, воспользовавшись удобным моментом, подослала к Лесли своего человека. «Легенда» Смолса была достаточно правдоподобна — ведь в стычке погиб его друг.
Разглядывая круглое, простоватое лицо Берта Смолса, Лесли обдумывала возможные последствия такого варианта. Он ее устраивал. За годы своей службы в Десанте Лесли имела возможность убедиться в том, что подобных шпионов можно использовать и против тех, кто их засылал.
— Вообще-то я в отпуске, — наконец произнесла она.
— Значит, я вовремя пришел.
— Вовремя. Ой! — спохватилась Лесли, случайно взглянув на кофеварку. — Я так редко бываю дома, что забываю правила хорошего тона. Может быть, ты хочешь кофе?
— Можно. А что мы будем обсуждать за чашечкой кофе?
Встав с табуретки, Лесли занялась приготовлением напитка, на несколько минут выпустив Смолса из поля зрения. Впрочем, он ничего особенного за это время не сделал — достал свои сигареты и закурил.
— За чашечкой кофе мы будем обсуждать наше будущее сотрудничество. Я подумала, что в отпуске мне грозит смерть от безделья.
— О! — Смолс заметно оживился. — Похоже, я сумел уговорить офицера Десанта на внеплановую акцию? Честнр говоря, Лесли, на первом этапе от меня толку будет мало. О «Черной пантере» я знаю только то, что она существует, что ее боевики грабят ракеты и что в ее рядах находится по крайней мере
— Ох, не один… Так, хочу тебе сообщить, что вариантов у нас мало. Второй «Константинополь» нам не попадется, а значит, придется поступить по-иному…
Лесли замолчала, разливая кофе по чашкам. За минуту до этого ей в голову пришла одна идея.
— По-иному — это как? — поинтересовался Смолс.
— Знаешь такую древнюю поговорку: если гора не идет к Магомету, то Магомет пойдет к горе?
— Не понял, — признался Смолс.
— Рассказываю страшную историю, — начала Лесли, отхлебнув ароматный напиток. — Некоторое время назад мне в руки попался один… мягко говоря, нехороший человек. У этого человека было далеко не безупречное прошлое, так что его послали на Анарду. Перед отлетом он пообещал испробовать на мне все китайские пытки, которые только вспомнит. А… не далее как вчера я узнала о том, что он бежал.
— С Анарды? — поразился Смолс. — Похоже, у него большие возможности.
— Это нас не касается. Нас касается только то, что мозгов у парня маловато, и если, допустим, он увидит меня где-нибудь, то, невзирая на последствия, попытается протянуть ко мне свои ручонки. Да, чуть не забыла — из мозгов этого нехорошего человека выудили стойкое изображение «Черной пантеры».
Берту Смолсу ее план понравился.
— Неплохо. Только… если он бежал, то находится в розыске. И должен сидеть тихо. Где, в каком месте ты собираешься мозолить ему глаза?
— Там, где полиция больше всего любит взятки и где существует разделение сфер слияния различных ведомств. Например, на Центурионе. Там такое столпотворение, что полиция свернет себе мозги, пытаясь разобраться в любом мельчайшем инциденте.
— Ловко, — оценивающе произнес бывший охранник. — Значит, ты будешь наживкой, а я — охотником.
— Ну, если только не передумаешь.
— Вряд ли.
После второй чашки кофе было достигнуто полнейшее взаимопонимание.
Вылет на Центурион был намечен на вечер следующего дня.
Из расчетов Лесли выходило, что у бежавшего Микки Роу было достаточно времени добраться туда. Но, кроме него, еще кое-кто должен был узнать, что лейтенант Лавейни решила прогуляться на Центурион.
Вечером того же дня она составила официальное заявление, подтверждающее ее просьбу о предоставлении ей заслуженного отпуска, и по факсу отправила его в отдел кадров Десанта. А чтобы не догадаться о ее планах мог только полный идиот, она отправила туда же прошение о предоставлении ей льготного билета на рейс до Центуриона.
По ее представлениям, двух этих заявлений вполне хватило бы, чтобы любое заинтересованное лицо было в курсе ее дальнейших передвижений.
Одно из заинтересованных лиц позвонило ей в начале первого ночи.
Лесли вылетела из ванной с мокрыми волосами и, спешно обматываясь полотенцем, схватила трубку.
— Ты разоришь Управление, — безо всяких приветствий начал генерал Макаров. — Поближе полететь не могла?
— Нет, сэр, — виновато ответила Лесли, зная о том, что телефонная линия может прослушиваться.