Суть остров?

О`Санчес

— Что? — Ольга Бунаго впервые за время нашего знакомства жестом обозначила свой изрядный возраст: наклонилась ко мне, добавив к уху ладонь.

— Там, через улицу, напротив вашего дома — банк?

— Нет, насколько я помню, это хранилища горнорудной компании «Северо-восточный комбинат». Говорят, они хранят здесь золото в слитках, но, думаю, врут. Но что-то такое ценное там хранят, потому что у них всегда в поле зрения маячит вооруженная охрана… Извините… Реджинальд, дорогой мой, добудь для молодого человека документы, какие

он просит. — Старуха кивнула поочередно мне и секретарю:

— Реджинальд, — это наш новый детектив, Ричард. Ричард, это мой верный секретарь, Реджинальд. Знакомьтесь далее сами, мне же пора позавтракать, у меня все строго по часам.

Реджинальд — негр, пятидесяти, примерно, годов. Мы с ним запросто перешли на ты и еще до обеда расшили все «документальные» проблемы. Ловкий говорун этот черный Ред: язык без костей, трещит без умолку, но ни о чем лишнем не пробалтывается.

— …льчик и девочка, необходимый минимальный комплект. А у тебя, небось, и внуки есть?

— Найдутся.

— Сколько же?

— О-о, надо посчитать… Честно говоря, не представляю, как ты способен разобраться в этих чертовых линиях, где и на какой глубине проходят все эти кабели и трубы. Святая Троица! Если бы мне предложили тройной оклад, я бы и то категорически отказался бы за него колотиться во всех этих…

— А какой у тебя, если не секрет?

— Не секрет. Но боюсь сглазить… Так вот, приходит ко мне, к графине то есть, местный муниципальщик, из говночистов, и начинает давить на психику…

Хороший мужик этот Реджинальд Фроз, толковый и не суетный. Развлекательную болтовню вкрапляет очень умело, чтобы не мешать работе, так что движемся мы с ним от вешки к вешке весело и продуктивно. И при этом — смехота, он до мелких судорог на лице страшится призраков!

— … да брось ты, Ред! Ты же матерый мужик, тебе не пристало бабьими страхами бояться! Хочешь, я включу запись этих шагов-топотов, я на диктофон их поймал?

— Не хочу, извини. Я их однажды слышал. Извини, бабьи не бабьи, но — делай что должен и меня в это не подпрягай. — Реджинальд этот аж серым стал, до того рассердился, но иневийские — открытый народ, не то что наши в Бабилоне, две минуты миновало — оттаял Фроз, и мы с ним опять за работу…

Потом я поехал отсыпаться в отель и спал там до семи вечера.

И следующая ночь была сестра-близняшка первой, разве что паники и страха поубавилось во мне, почти до нуля. Тот же спортивный костюм с наколенниками, те же четвереньки со скрупулезным обследованием каждого доступного сантиметра коридора…

Слаб человек, глуп человек: такой уж я умный, взрослый, вооруженный и не суеверный — а стоило призраку тихо-мирно прошагать по коридору, в подколенках у меня и дрогнуло. Тьфу! Еще Вселенную хотим изучать, к Проксиме Центавра экспедиции планируем… на трехтысячный год…

Разобрался я с золотосодержащими хранилищами напротив, в которых драгметаллов содержится не больше,

чем в одной позолоченной чайной ложечке, но какие-то там реагенты все же хранятся, из тех, что — попади они в городские системы жизнеобеспечения — способны наделать немало неприятностей горожанам… Аллергии, поносы, нарывы… Короче, положено их усиленно охранять, не то, неровен час, британские диверсанты выкрадут баррель-другой, да насыплют иневийцам в водопровод. Охрана круглосуточная, по ночам — с собаками. С собаками. Тох-тох-тох-тох-тох, — почему-то подумал я. И радостно заржал, поскольку родилась во мне идея, вторая за всю иневийскую командировку. Первая осенила меня, когда я изучал пучок всевозможных коммуникационных линий микрорайона.

— Что с вами, Ричард? У меня под носом непорядок, или я обмолвилась чем? — графиня вынула платок и спешно стала протирать ноздри и пучки реденьких волос под ними.

— Нет, нет, сударыня Олга, это я от невоспитанности и хорошего настроения; с носом у вас все в порядке, это я всегда оказываюсь глупее в делах, чем бы мне того хотелось.

— И мне. Ну, так поделитесь, повеселите старуху.

— Рано. Просто мне удачная мысль в голову пришла, и сразу же после завтрака я побегу проверять, насколько она удачна.

— Великолепно. И если она удачна?..

— Если удачна, этой ночью буду сдавать выполненную работу вашим представителям, с подписанием соответствующих документов. Если неудачна — буду искать и думать дальше. У меня вопрос.

— Задавайте.

— Откуда вы знаете про фирму «Северо-восточный комбинат»?

— Соседи. Кроме того, у меня там сохранился трехпроцентный пай, ибо покойный муж мой был ее сооснователем и совладельцем.

— Вы хотите сказать — акции?

— Мне все равно, как оно называется, доля, акции, лишь бы это деньги приносило.

— Так вот почему перестройка ваших с ними коммуникаций проводилась по единому плану… Это невероятно хорошо для безбедного бытия, Олга, три процента в таком гиганте! Но. Мне абсолютно нет нужды считать чужие деньги в чужих кошельках, а вот весомую пользу извлечь из этого факта я собираюсь.

— Извлекайте, я-то при чем?

— При том, Олга, что без вашей протекции мне не нагнуть будет наших соседей через дорогу, не склонить к сотрудничеству с нами ночную охрану этого всенародно-хозяйственного заведения.

— Ричард, вы постарайтесь свои мысли излагать яснее, все-таки применяясь к моему преклонному возрасту. Что вы хотите, чтобы я сделала?

— Пусть им, системе охраны, дадут распоряжение о сотрудничестве со мною, хотя бы на грядущую ночь. А само сотрудничество будет заключаться в следующем: днем я хочу осмотреть охраняемый ими объект, а на ночь оснастить меня и их представителей двусторонней связью, по типу рации, либо мобильных телефонов. На эту ночь. Все.

— Реджинальд, ты понял, что от нас хочет молодой детектив?