Свадьба

Гарвуд Джулия

– А где сейчас леди Мак-Алистер?

– Да она как раз увидела жену Эвана, гулявшую с ребенком, и, я так думаю, пошла к ней.

Коннор кивнул и направился дальше. Он на мгновение остановился, услышав:

– Вы сделали хороший выбор, лаэрд.

Однако Бренна уже ушла из домика Эвана. Раскрасневшаяся мать, взволнованная вниманием госпожи, осыпала ее похвалами, но Коннор никак не мог дождаться, когда же она наконец скажет, куда отправилась его жена.

– Она взяла ребенка на руки – ну и что, говорит, что его еще не купали!

Она умеет ладить с детьми, лаэрд. Моя младшенькая терпеть не может чужих, сразу в рев пускается, а к ней пошла, не пикнула. Жена у вас просто прелесть. И надо же, из какого постыдного места – из Англии! А уж внимательная! Увидела, что Брокка пялится из окна, и сама пошла к ней познакомиться.

Терпение Коннора истощилось, когда он наконец догнал Бренну. Та выходила из двери домика Брокки и собиралась постучать в соседнюю дверь. Он остановил ее.

Похоже, она не сильно ему обрадовалась, а он поверить не мог, что жена еще смеет на него хмуриться, заставив как следует поволноваться.

– Ты забыл меня. Разве не так? – Она скрестила руки на груди и продолжала хмуро смотреть на него.

Попытка напугать его не произвела на Коннора никакого впечатления. Он подошел к жене так близко, что ей пришлось запрокинуть голову, чтобы посмотреть ему в глаза.

– Не говори со мной подобным тоном, – проговорил Коннор. Она не отступила, как он ожидал. Но голос стал мягче, когда она вновь заговорила.

– Я могу выразиться точнее, Коннор?

– Нет, не можешь. Сейчас ты пойдешь за мной к башне. Он повернулся, собираясь идти.

Она не двигалась.

– Ты пренебрегаешь мной?

– Нет, лаэрд, я не пренебрегаю тобой. Я жду.

– Чего ждешь?

– Когда ты признаешься, что забыл меня.

– Ничего подобного! – Значит, ты не собираешься извиняться?

Она увидела изумление у него на лице. Да, подобная мысль никогда не приходила ему в голову.

Боже праведный, изменить Коннора, дикаря превратить в заботливого мужа – сколько еще понадобится для этого терпения! Но сегодня она и так уже доставила ему немало хлопот и не осмелилась прибавить ни одного дерзкого слова, пока муж не придет в себя. Для начала, пожалуй, и это неплохо.

Коннор еще раздумывал, не перекинуть ли жену через плечо и не отнести ли ее в дом, как вдруг она улыбнулась и взяла его за руку. Он не понимал причину такой внезапной перемены, но ни о чем не стал спрашивать. Он и так досадил ей, а теперь дал понять, что ей не следует бросать ему вызов. Итак, счет один-один. Он понимал, у него уйдет немало времени, чтобы научить ее дисциплине.

Как только они снова повернули к дорожке, Бренна заметила Куинлена и незнакомого ей солдата.

– Бренна, не заставляй меня больше бегать за тобой. Она кивнула, понимая, что муж ждет от нее ответа, а потом взглянула на Куинлена:

– Он ведь забыл про меня, да?

Коннор сжал ее руку, давая понять, что он думает насчет ее вопроса.

– Похоже так, миледи.

–

Спасибо, что ему напомнили.

– Не я напомнил, – ответил Куинлен и кивнул влево. – Это Криспин.

Она улыбнулась солдату:

– Спасибо, Криспин.

Она уже собралась сама представиться солдату, но, заметив на его лице выражение глубокого изумления, решила, что он погружен в какие-то свои, чрезвычайно важные мысли.

Куинлен рассмеялся, увидев лицо Криспина. Парень был явно ошарашен.

– У тебя что, дух от нее захватило, да?

Солдат кивнул. Он сделал знак Куинлену – отстать на почтительное расстояние и, пользуясь этим, немного поговорить.

– Никогда не видел Коннора таким. Ни одной женщине он не позволял выводить себя из терпения.

– Она же не просто женщина. Она его жена. По-моему, ему нравится, когда она находится рядом.

Криспин улыбнулся:

– Я бы тоже был не прочь, чтобы такая жена была при мне. Она очень красивая, правда? Не припомню, чтобы мне такие встречались.

– А Коннор даже не замечает. Оба рассмеялись.

Бренна оглянулась и улыбнулась им.

– Нашу хозяйку нелегко запутать. – В голосе Криспина звучало восхищение.

– Будь она хоть немного робкая, Коннор ее затоптал бы. Помнишь, что он рассказывал нам про Изабель?

– Очень мало. Он почти не помнит матери.

– Да, но он помнит каждое слово, которое отец сказал ему перед смертью.

Криспин коротко кивнул.

– Дональд называл свою жену единственной любимой Изабель. Он очень любил ее.

– Совершенно верно.

– Но Дональд предупредил сына, чтобы он не повторял его ошибку.

– Коннор знает, что отец предупреждал его только об осторожности. Если бы ты видел, как они – он и леди Бренна – смотрели друг на друга в первый раз, ты бы пришел к такому же выводу, что и я.

– К какому?

Куинлен долгим взглядом посмотрел на Бренну и ответил:

– Она станет единственной любовью Коннора.

Криспин сцепил руки за спиной, обдумывая слова Куинлена. Как и друг, он желал лаэрду Мак-Алистеру обрести мир и покой. Но любовь? Он не знал, позволит ли себе Коннор когда-либо испытать такое чувство.

– Я никогда не слышал от тебя ничего подобного.

– А я никогда не видел, чтобы Коннор так себя вел.

– Как?

Куинлен пожал плечами:

– Они только посмотрели друг на друга, и между ними будто вспыхнуло пламя. А Коннора просто было не узнать. Он стоял будто громом пораженный. Отдаст он ей свое сердце, Криспин, не устоит. Перестань хмуриться, у нее добрая душа.

Оба солдата медленно шли за парой, пока Криспин расспрашивал Куинлена о последних новостях. Бренна не подозревала, что мужчины говорят о ней, и уж точно не знала, что за ней так внимательно наблюдают. Ей приходилось чуть не бежать за Коннором, она не поспевала – он слишком широко шагал. Вдруг Бренна решила – с нее хватит. Она резко остановилась.