Сварогов
Шрифт:
Ключ здесь жизни первобытной, -
Узен-Баш, исток живой!
Дух измученный и скрытный
Здесь смиряет ропот свой.
XIX
Что за ночь! Как сказки джина*,
Вся таинственна она!
Спит в туманах гор вершина,
И над ней встает луна.
Собрались там, без сомненья,
В разных видах духи гор:
Джины, шаткие виденья
И таифов бледный хор.
То целительные
Льют свой пряный аромат,
И в скале зарок кровавый
Охраняет верный кдад.
И покойников жилище
Белых призраков полно, --
Все в чалмах... лежит кладбище,
Месяцем озарено.
____________
*) Джины -- духи, таифы - призраки.
XX
Веет свежестью прохладной
Мгла туманная в лицо,
И, вдыхая воздух жадно,
Дмитрий входит на крыльцо.
Дверь скрипит, и в сакле сонной
На пол постлана постель;
Сквозь окно неугомонно
Слышится цикады трель,
Совка свищет ту же нотку,
Сакля тихая темна, --
На стену окна решетку
Ярко бросила луна.
Завернувшись в одеяло,
На верблюжьем тюфяке
Дмитрий задремал устало,
Вдруг смешок невдалеке...
XXI
Хохот сдавленный у двери,
Кто-то застучал в сенях...
– - Ба, уж не моя ли пери?
Дмитрий крадется впотьмах.
Перед ним скользит виденье,
Призрак в белом фереджэ*.
Но его через мгновенье
Дмитрий обнимал уже.
Смех Айше черноволосой,
Поцелуй под кровом тьмы
На мешках пшена и проса,
За кадушкою язмы**.
Прока нет в свиданье длинном,
Дмитрий вновь вкушает сон,
Петухом и муэдзином
Рано утром пробужден.
______________
*) Фереджэ -- женская накидка.
**) Язма -- овечье молоко.
XXII
– - Нынче красные шальвары
Видел я, Али, во сне!
–
Шутит он.
– Приятель старый,
Дай куман умыться мне!
– -
Быстро ледяной водою
Освежает он лицо.
Между тем, уж чередою
Входят гости на крыльцо.
Сакля говором полна,
И бузы напиток пьяный
Пьют кувшинами до дна.
Появились чебуреки*,
Жирный суп украсил стол,
Есть две вилки -- две калеки, --
И горою пир пошел.
______________
*) Чебуреки -- татарские пирожки.
XXIII
Дмитрий шлет посла к цыганам,
Музыкантов он зовет.
Как на свадьбу, барабаном
Созывается народ.
Бубен, скрипка... Песни стары:
"Кер-Оглу", "Шарки", "Эльмаз"...
Улыбаются татары
У иных слеза из глаз.
– - Поняли мы в Узен-Баше,
Кто ты, Дмитрий-господин!
Да, ты любишь песни наши!
– -
Говорит старик один.
Мерно разводя руками,
Два улана в пляс пошли,
И одобрен стариками
Был лихой Сеид-Али.
XXIV
– - Эй, "Шарки"!
– - Поют, танцуя:
– - "Где Амет наш и Мемет?"
– - "Хоть и видел, не скажу я!"
– - "Хоть и встретил я, их нет!" -
В сакле тесно, и гурьбою
Шумно высыпал народ,
Музыку ведут с собою,
И вдоль улиц хор идет.
Вот уланы стали кругом,
Бьет даул*, гудит труба...
Два борца сошлись друг с другом, --
Начинается борьба!
Но уж вечер. День приятный
Скрылся, горы тени ткут,
И, простившись, в путь обратный
Едут Дмитрий и Мамут.
______________
*) Даул -- барабан.
XXV
Гор пустыня. Звонко камне
Отдается стук копыт.
– - Эй, Мамут! Давай огня мне!
–
Дмитрий громче говорит.
– - Барин, а не ладно с нами!
– - Что там?
– - Нынче муж Айше
Насмерть бил ее вожжами!
– -
И у Дмитрия в душе
Смолкло все... "Как глупы, дики,
Он подумал наконец,
Муэдзинов этих крики
И блеяние овец!
Что за глупые бараны
Узен-Баша старики!..
Всюду горе, сердца раны,
Всюду призраки тоски!"
XXVI