Свидетели Времени

Тодд Чарльз

— Нет легкого пути, — сказал он с горечью. — Поверьте мне. Я знаю.

Достигнув края болот, они повернули к Остерли, и он спросил безразличным тоном, как о чем-то обыденном:

— Что случилось с той лошадью?

Она взглянула на него с удивлением:

— Какой лошадью? — И озабоченно нахмурилась. — Я не помню никакой лошади…

Доктор Стивенсон немедленно явился на вызов. Перед тем как осмотреть больную, он внимательно выслушал Ратлиджа, потом поднялся к ней в спальню. Там было темно, шторы задернуты, она лежала на кровати лицом к

стене.

Доктор через полчаса спустился вниз, вытирая руки о светло-желтое полотенце, расшитое по краю незабудками, прошел в светлую большую гостиную и сел у окна в кресло. Это была уютная, хорошо обставленная комната, с кремовыми обоями, которые прекрасно гармонировали с синим цветом мебельной обивки, ковром такого же оттенка и голубыми занавесками с рисунком из вьющихся веток цветущих роз.

Женская комната, но лишенная тех милых сердцу безделушек, которые обычно украшают каминную полку или полированные поверхности столов, что подчеркивало пустоту жизни Присциллы Коннот. У нее ничего не прибывало с годами, кроме несчастья.

— На голове плохая рана, — начал доктор, — не удивлюсь, если она была без сознания какое-то время. Ушибы, синяки, ссадины. Добавочные кровоподтеки проявятся позже. Пока явные — на бедре и плече. На лодыжке растяжение связок, я забинтовал, чтобы уменьшить боль.

— Значит, ушиб головы. Достаточно серьезный, чтобы она потеряла частично память?

— Трудно сказать. Она страдает не только от физической боли и от того, что попала в аварию, она потрясена и сильно возбуждена. И это стоит во главе списка повреждений. Успокоительное несколько часов будет действовать, потом посмотрим, что делать дальше. — Доктор помолчал, потом продолжил: — Правый глаз уже заплыл, и ей лучше какое-то время не смотреться в зеркало, отражение не понравится. Пришлось наложить небольшой шов на голове, там, где стеклом срезало кожу. Головная боль продлится еще несколько дней. Я найду кого-нибудь побыть с ней. Пожалуй, Эллен Бейкер, она добрая и сумеет найти к ней подход. Нервные, легко возбудимые женщины обычно трудные пациенты.

Ратлидж возразил:

— Может быть, вам захочется сделать другой выбор. Дело в том, что она искала способы себя убить. Въехала в канаву специально, насколько я понял, и еще — она верит, что убила кого-то.

Брови у доктора поползли вверх.

— Я заметил, что она много плакала. Мне ничего не рассказала. Но зачем ей убивать Уолша? Это не имеет никакого смысла. Она, вероятно, его и не знала.

— Это не имеет отношения к Уолшу. Вернее, имеет косвенно. Но она испытывает постоянное чувство вины. Возможно, она придумала ее, не знаю. Лучше за ней хорошенько приглядеть, боюсь, она может повторить попытку.

— Тогда я пошлю к ней миссис Натли. Она вырастила семерых сыновей, очень трудных, и имела дело не только с переломанными конечностями, но и с депрессией как следствием пьянства. Она справится. — Доктор встал у окна и стал смотреть на болота. — Скоро начнется дождь. — Он снова повернулся к инспектору. — Иногда между любовью и ненавистью тонкая грань. И ее можно перейти незаметно для себя.

— Я не знаю, что таится за ее тревогой. Она очень закрытый человек. — Ратлидж не хотел врываться насильно в ее личный мир. Пока.

— Но я должен знать о ней больше, этого мало, — сказал доктор.

Ратлидж растер лицо ладонями.

— Могу сообщить только, что она

отправилась прошлой ночью, — неужели только этой ночью? — искать Уолша. Она была прихожанкой отца Джеймса и боялась, что преступник избежит наказания. И где-то близко к рассвету сбила кого-то насмерть и потом хотела покончить с собой. Во всяком случае, так она считает, но неизвестно, является ли это правдой.

— Она поехала одна? Как Блевинс ей разрешил?

Силы Ратлиджа были на исходе. Ему было трудно сейчас сопротивляться натиску прозорливого и умного собеседника.

— Инспектор этого не знал. Спросите его сами.

Какие бы секреты ни хранила Присцилла Коннот, если добрый доктор не узнал о них в течение десяти и более лет, значит, тайна была глубоко похоронена в ее душе.

Но у доктора Стивенсона уже разыгрались воображение и любопытство, он не отставал с расспросами.

— А что она рассказала сразу, когда вы нашли ее в доме фермера?

— Сказала, что кто-то мертв. И что она пыталась избежать столкновения с лошадью. Но потом вообще не помнила, была там лошадь или нет.

Доктор Стивенсон хмыкнул:

— Скажем так — несчастный случай и сотрясение могли вызвать амнезию и внести в ее сознание путаницу — она не знает, где явь и где вымысел. Что она сделала, что хотела бы сделать, но не сделала. — Доктор достал часы и взглянул на циферблат. — Мне предстоит тяжелый день, — сказал он со вздохом, — принесли двух мужчин со сломанными конечностями, потом беременная женщина в таком истерическом состоянии, что может последовать выкидыш. Не считая тех небольших травм, ушибов, растяжений, которые получены людьми в результате поисков в темноте. Я пошлю свою медсестру к миссис Натли попросить ее приглядеть за мисс Коннот. Вы не можете побыть здесь еще с полчаса?

— Как вы думаете, сколько времени пройдет, прежде чем она окончательно придет в себя?

— Трудно сказать, — задумался доктор, — подождите до утра. Не надо пока ни о чем ее расспрашивать. Возможно, к утру она сможет вспомнить, что произошло на самом деле.

Доктор попрощался, и Ратлидж пошел взглянуть на Присциллу, а потом в комнату напротив и сел там в кресло. Он не заметил, как заснул глубоким сном.

Когда появилась миссис Натли, которая вошла в дом осторожно, стараясь не шуметь, он заставил себя проснуться. Но сделал это с большим трудом. Она прищелкнула соболезнующе языком, увидев его. Это была добрая, по-матерински участливая женщина с волевым лицом и уверенная в себе. Она посоветовала:

— Если вы хотите себе добра, то перебирайтесь-ка на кровать в этой комнате и засыпайте снова.

Но у него было еще много дел.

Блевинс сидел за своим столом и работал над отчетом. Он взглянул на вошедшего Ратлиджа и недовольно сказал:

— Я думал, вы спите. Хотел бы я поспать, видит Бог!

— Если я выгляжу так же устало, как вы, мы с вами просто парочка лунатиков.

— Похоже на то. Доктор из Харли сказал, что Уолша, скорее всего, ударила лошадь, и он умер на месте. Найденная подкова подходит только примерно к ране на его голове, из-за нее не могло быть такой травмы. Доктор не уверен еще и потому, что неизвестно, под каким углом был нанесен удар. Но поражает точность удара. Он нанесен точно в цель, в то место, когда смерть наступает сразу. У него не было шанса выжить. Несчастный случай.