Свистопляска
Шрифт:
В Лесничувке мы пошли на пляж, я показала майору место последнего преступления мафии. На ящике с механизмом лебёдки висел новый амбарный замок. В море две рыбачьи лайбы занимались своим рыбачьим делом, на большом расстоянии от берега. Болека ещё не было.
Майор внимательно оглядел новый прочный трос.
— А где старый, сорванный? — недовольно спросил он. — Куда он делся?
— Думаю, полиция забрала. Конкретно сержант Гжеляк. Вы с ним уже виделись?
— Нет, я приехал вчера поздно, можно сказать ночью. В комендатуру я вообще не собираюсь заходить,
— Значит, вы оба придёте ко мне в гости. Нет, не стоит, Зигмусь непременно заявится. А где вы остановились?
— Снял комнату в доме на центральной улице, сразу за аптекой. Приведите его ко мне.
— И Болека тоже приведу, — предложила я — Мне почему-то кажется, что все нити к нему сходятся, что он в центре столпотворения, кошмар тут в Крынице творится. Мы уже головы сломали, пытаясь понять, что же на этот раз собираются схимичить преступники, по всему видно — очень уж крупная афёра, а я постепенно начинаю сомневаться, что дело в наркотиках.
— Правильно начинаете, — подтвердил майор и принялся надувать матрас. Я жутко заинтересовалась.
— Серьёзно? Так в чем же тут дело, в конце концов? Что он возил в Берлин?
Майор не сразу ответил, занятый делом. Закончив надувать головную часть матраса, он заткнул клапан и только после этого пояснил:
— Наркотики. И не ради того, чтобы получить прибыль, им нужно держать парня в руках. А об истинной сути афёры я могу лишь догадываться. Думаю, гораздо больше о ней знает Роевский.
И майор приступил к надуванию второй части матраса.
Я так и всколыхнулась.
— Яцек упомянул бриллианты! Думаете, это возможно? На мой взгляд — вполне. Не такие кары, как за распространение наркотиков, а товар даже дороже. Если бы от меня зависело, я непременно выбрала бы алмазы. Они не портятся, а наркотики.., не знаю, может, со временем выдыхаются? И если вся их шайка занялась драгоценностями, если у них налажено дело, если оно приносит хороший доход.., а тут нашёлся такой, кто хочет все загрести сам…
— Жадность человеческая не имеет пределов, — философски отозвался майор, сделав передых.
Жестом побуждая его закончить надувание, я взяла на себя продолжение беседы и с жаром возразила:
— Нет, ошибаетесь. Безгранична на этом свете лишь человеческая глупость. Впрочем, тут, думаю, замешаны одинаково и жадность, и глупость. Я себе это так представляю: побуждаемые тем и другим, они решили ограбить собственную шайку, одновременно запутав в это дело Болека, подставить его, понимаете? Вцепятся в него негодяи — куда подевал сокровища? А Болек им не скажет, ведь он никуда их не девал. Вот его и пристукнут. Может, открыто, может, организуют смерть в катастрофе.., а удобнее всего, если Болек утонет. Удобнее для других негодяев, тогда можно предположить, что сокровища утонули вместе с нйм.
Майор опять похвалил меня.
— Прекрасные идеи приходят вам в голову, пани Иоанна. Негодяям следовало бы непременно с пани проконсультироваться. Мы в принципе уже давно следим за ними, да что толку? Вот только сейчас появились кое-какие шансы…
— Давайте посидим, в воде неудобно беседовать… А вы сами этим делом интересуетесь?
— Не стану возражать. Скажите, я не очень похож на полицейского?
— Если не прицепите пушку на видное место, никто и не подумает.
— Исключено, пушки у меня с собой нет. Беседовали мы тепло и непринуждённо, но особой словоохотливостью майор не отличался. Однако и не скрывал некоторых своих познаний о членах мафии, во всяком случае, на простые вопросы давал простые и чёткие ответы.
Так, например, мне хотелось знать:
— Идиот или законченный мерзавец?
— Идиот. Выбран именно из-за своей тупости.
— Трусливый кретин или беспринципный подонок?
— Беспринципный подонок.
— ?
— Хитрая, расчётливая сволочь.
— А этот?
— Просто законченная свинья.
Сидя на самой толстой части матраса, я упёрлась локтями в поднятые колени, положила подбородок на скрещённые ладони и уставилась в морскую даль. Господи, смилуйся над этой страной, какие люди ею управляют!
— А если бы, — начала я с надеждой в голосе, — а если бы прижать кого-нибудь из сильных мира сего? Не знаю только, кого лучше. Генерального прокурора? Министра внутренних дел? А может, замминистра достаточно? Председателя Высшего суда? Сейм? В конце концов, заседания Сейма происходят открыто, вон, даже по телевизору транслируют. Не могут же они поставить на голосование вопрос — преследовать убийцу или отпустить его на все четыре стороны? Хотя что я говорю, ещё как могут, вон какие предложения проходят — волосы дыбом становятся, вряд ли что их скомпрометирует… Ну, предположим, вы знаете, кого именно следует прижать. Так отловить мерзавца, если он такой скользкий и не найдётся законного основания вытащить его на свет Божий, втихую заняться подонком, есть же у него жена, дети?.. Пригрозить серьёзно, вдруг подействует и он выдаст нужное распоряжение.
Майор, открывая за моей спиной бутылку с пивом, поинтересовался:
— Пани предлагает мне лично этим заняться?
— Не обязательно. Нанять весёлых хлопцев.
— Ага, превосходная идея — мне собрать шайку террористов. Мы и так страдаем от терроризма, по всему миру сейчас эта проблема выходит на первый план. Итак, вы предлагаете с преступниками бороться преступным путём?
— Если другим нельзя…
— Может, другой найдётся. Я же сказал вам — появились шансы. И хватит разговоров о политике.
Оставив в покое морские просторы, я повернулась к собеседнику. Моя надежда приняла несколько иной характер.
— Ну так что? — нетерпеливо спросила я. — Сейчас, когда вы уже обо всем знаете…
— А где доказательства? Хотя бы заполучить показания этих людей в письменном виде. И Гжеляк хорош… Вы могли бы исправить это упущение? Да, да, именно вы, ему ничего не скажут. Насколько я понял, есть люди, готовые дать показания. Девушка из «Пеликана», Колодзей, рыбаки… Кто ещё? Кельнер, швейцар. Способны вы получить показания за их подписью?