Свой путь

Корнеев Юрий Борисович

Так что к девчонкам я ходил теперь пару раз в декаду. Правда, они ко мне заскакивали после работы практически каждый день, но ночевать уходили к себе. Меня это вполне устраивало. Правда, это должно было закончиться через пять месяцев — у Рика заканчивался контракт, и он должен был улететь в метрополию. Вот тогда они могли и переехать ко мне. Во всяком случае, обещали подумать. Но я думаю, до этого не дойдет. Май побоится, что кто-нибудь ее сдаст Рику. Надо будет как-нибудь аккуратно подвести ее к этой мысли. Зачем мне две любопытные девицы в доме? Как я буду подопытных вылавливать? Работать-то с ними я мог и на расстоянии. И капсулой я управлял на расстоянии через нейросеть. А вот привозить и увозить подопытных при них я бы не смог. Ладно, придумал бы что-нибудь.

Так прошло несколько месяцев. Рик улетел. Девчонки ко мне так и не переехали. Мы продолжали встречаться, как и раньше. Правда, Май теперь была намного раскованней и спокойней. По жизни, а не в постели.

В постели она как раз была первой заводилой. Я тоже многого добился в своих экспериментах. Теперь я мог как покалечить человека, так и вылечить его почти мгновенно. Вернее, покалечить мог мгновенно, а вот на лечение требовалось время. Немного, но требовалось. И все это на расстоянии. Но к выращиванию конечностей я еще не приступал. А о работе с мозгом я еще даже и не задумывался. Знаний на эту тему у меня, к сожалению, не хватало. Изучать по этой тематике базы Содружества смысла не было — это мне ничего не дало бы. Думаю, у Жука есть базы знаний на эту тему, так что когда соберусь к нему лететь, захвачу какую-нибудь пиратскую посудину, упакую пиратов, а по прилете помещу их в криокапсулы. И будут у меня подопытные. Вот тогда и попробую разобраться с человеческим мозгом. Но думаю, что это будет еще не так скоро. А с конечностями начну заниматься через пару месяцев, когда девчонки улетят. Да, они собираются улетать. Контракт заканчивается, и они летят на столичную планету в распоряжение министерства кадров королевства. Они ведь государственные служащие и служить будут там, куда их пошлют. Нет, конечно, им на выбор дадут несколько вариантов, но и только. Май проще — она поедет к жениху. Он сейчас служит на одной из планет королевства. Но это уже их проблемы. Мне же придется искать новую подружку. А это уже моя проблема, но легко решаемая. Только надо будет сначала с выращиванием конечностей разобраться. Кровищи будет ужас сколько. Ведь прежде чем вырастить конечность, ее надо отрезать. Поэтому я и оттягивал этот момент: слишком уж не хотелось в крови возиться. Но сколько ни оттягивай, а придется.

С пациентами, на удивление, у меня было все в порядке. Клиника никогда не пустовала. Особенно много было желающих сделать пластику. Видно, любовница того чинуши не утерпела и растрепалась подружкам. А те уже своим подругам, а те своим. Так что прибыль клиника приносила довольно солидную. Никак этого не ожидал. С одной стороны, даже приятно. Все-таки зарабатывал деньги своим трудом и умением. Раньше-то я только отбирал. Даже когда был наемником, в основном все деньги были от трофеев. А сейчас все они были честно заработаны. Но с другой стороны, из-за наплыва пациентов у меня все меньше времени оставалось на эксперименты. И ведь не откажешь никому. Приходили или жены, или дочки, или любовницы руководства станции, или богатейших и поэтому очень влиятельных людей. Мне даже рейтинг безопасности повысили до пяти единиц, несмотря на то что я иностранец. Это было большой редкостью. Во всяком случае, на этой станции такое наблюдалось впервые. Хотя мне-то было до лампочки. Я и сам уже мог повысить себе рейтинг. Дорожку к искину станции я уже протоптал благодаря своим дроидам-диверсантам. Под свой контроль я его не брал, ни к чему мне это, а вот подключиться мог в любой момент — приоритетные коды у меня были. Так что когда буду улетать со станции, сделаю себе рейтинг в восемь или девять единиц. И главное, все законно.

А все делалось очень просто. Рейтинг по представлению руководства станции повышает именно искин станции. Потом он посылает свое решение на утверждение в метрополию. А утверждает опять же искин. И делает это практически автоматом. Во всяком случае, отказов в утверждении еще никогда не было. Вот так. Так что в Центральные миры Содружества меня теперь пустят. Правда, когда я туда соберусь, еще не знаю, но то, что обязательно слетаю, знаю твердо. Да, я уже начинал подумывать покинуть станцию. Не сейчас, конечно. Еще слишком много не сделано из запланированного. Но уже чувствовал: еще полгода, год — и я не смогу здесь оставаться. Не потому что кто-то будет меня преследовать — слишком хорошо я замаскировался, а потому, что мне здесь все настолько осточертеет, что и глупостей могу натворить. Слишком я привык за последнее время мотаться по космосу, и на одном месте мне теперь никогда не усидеть. Все, как я и предполагал когда-то. Выдержать еще хотя бы годик. К тому времени обо мне практически забудут, и я смогу путешествовать по Содружеству спокойно. Относительно, конечно.

А в голову своим подопытным я залезть все-таки попытался. Правда, без толку. Ничего не получалось. Мог спокойно залезть в нейросеть и просмотреть любые файлы, но на хрена мне это? Можно было, конечно, считать коды банковских счетов и опустошить их, но денег у меня и так хватает. Нужно-то мне было совсем другое — научиться считывать хотя бы верхний слой мыслей. Нет, ярко выраженные мысли во время эмоционального подъема я считать, конечно, мог, но не всегда же человек кипит от злости или, наоборот, прыгает от радости. Залезть глубже я и не пытался. Хотя, думаю, и это возможно. Ведь пытался залезть мне в голову когда-то

псион клана Кошот. То, что со мной у него ничего не получилось, ни о чем не говорит. С другими-то наверняка получалось, поэтому он и разозлился так. А раз может он, то я тем более смогу. Я намного сильнее него. Мне бы еще умений. Был бы я на базе — Жук, я думаю, меня бы поднатаскал. Да и базы у него наверняка есть. Хотя бы какие-нибудь простенькие, на уровне их начальной школы, но именно по ментальным практикам. Мне бы только показали направление, а дальше я уже сам. А то тычусь, как слепой котенок. Хотя эта зараза Афра считает, что так и должно быть. И что именно это поможет мне быстрее повысить свой уровень ментоактивности. Ну ничего, провожу девчонок — и займусь этим вопросом серьезно, а не урывками, как сейчас.

Так и жил. Прошло два месяца, и вот мы сидим втроем в ресторане. Устроили, так сказать, проводы. Девушки грустные, да и мне не шибко весело. Хуже всего Рине. Май отправится, в конце концов, к жениху. А вот Рина поедет куда пошлют. Она бы, конечно, осталась со мной, предложи я это, но делать этого я не стану. Потому что это означает помолвку, а потом и женитьбу. Иначе ее не оставят. Но брать на себя такой груз ответственности я не хочу — один раз уже обжегся. Я до сих пор не знаю, как там мои бывшие наложницы. По идее ничего плохого с ними произойти не должно. Но от этих аграфских сволочей всего можно ожидать. Подставлять еще и Рину не хочется. Да и жениться, чего уж тут душой кривить, желания тоже нет. Вот и сидим как на похоронах.

— Девочки, хватит вам грустить. Мы расстаемся, и это, конечно, плохо. Но впереди целая жизнь. И все у вас будет хорошо, и будете вы еще счастливы. А связывать свою жизнь со мной не имеет смысла. Я ведь непоседа. Поживу здесь год-два — и сорвусь куда-нибудь. Даже и не знаю еще куда. А вам нужен дом, семья, дети. И все это у вас будет.

Так и уговаривал их весь вечер. Как будто им одним тяжело. Мне тоже расставаться не хочется. Но ведь и они и я знали, что этот день настанет.

Ночевали у меня. Спать не пришлось совсем. А утром я проводил их до корабля. На прощание подарил купленные заранее в ювелирном магазине жутко дорогие кулоны. Каждый по полсотни тысяч кредитов. Правда, предварительно узнал у продавца, не означает ли такой подарок чего-нибудь эдакого, типа приглашения под венец. А то прецедент уже был. Но нет, в Риготе это просто подарок. Хоть это их немного взбодрило. Попрощались, и они улетели. Вернуться, правда, не обещали. Ну и ладно.

А я знал один очень хороший способ взбодриться — работа. С месяц я работал по двадцать часов в сутки. И в клинике, и в доке с искином, и в своей лаборатории с подопытными. Отращивать конечности я научился. Отрастил пару пальцев, кисть руки, стопу ноги и забросил это дело. Принцип я понял, так что если придется это делать, то смогу наверняка. А доводить до автоматизма не хотелось — слишком уж грязное это дело. Убирали, естественно, дроиды, но все равно противно.

А потом произошел прорыв. У меня наконец получилось залезть в чужую голову. И все произошло совершенно случайно. В клинику пришла дамочка, жена какого-то очень крутого бизнесмена, на пластику. Было ей под сотню лет, но выглядела она просто сногсшибательно. Чего ей еще улучшать? Но, как говорится, любой каприз за ваши деньги. Она объяснила, чего именно она хочет. Я, глядя в ее блудливые глаза, внимательно слушал и одновременно как бы видел ее мысли. Именно видел, образами. Видел, что я ее очень заинтересовал, и что она со мной обязательно покувыркается, и даже как это все будет происходить. Да… Такого и я не могу. Придется брать у нее уроки.

— Мадам, все процедуры закончатся к вечеру, — выслушав все ее пожелания, сказал я. — Что передать вашему мужу? Когда за вами приезжать? Вечером или утром?

— Завтра после обеда, — ответила она, залезая в капсулу.

Я закрыл капсулу и вышел в приемную. Там сидел и пил вино ее муж. Я объяснил ему, что работы много, но завтра часам к двум-трем постараюсь закончить. К этому времени ему и надо подъехать. Когда он ушел, я сел за стол и задумался. Получается, я смог прочитать мысли у этой дамочки. И размышляла она совершенно спокойно — можно сказать, планируя свои дальнейшие действия. То есть никакого эмоционального взрыва не было. Значит, я это сделал! Смог залезть в чужую голову. А почему раньше не мог? И тут до меня дошло. Я пытался влезть в голову людям, которые находились без сознания. Ведь все мои подопытные были мной сначала основательно вырублены, а потом находились без сознания в капсуле. Я прошел в процедурный зал и попытался покопаться в мозгах у лежащей в капсуле дамочки. Не тут-то было! Глухая стена. Что и требовалось доказать.

— Афра, ты знала?

— Конечно.

— Почему же ты мне ничего не сказала, зараза ты такая? Я столько времени потерял.

— Почему-почему… Потому. Сообразил же? Я тебе сколько твердила: тренируйся на людях на станции. А ты уперся в своих подопытных и слушать меня не желал. Видите ли, нехорошо на живых людях тренироваться, а это уже, считай, покойники, на них можно. И кто тебе виноват? Кто тебе теперь злобный буратино?

— Да, уела. Но ведь можно же было как-то аккуратно подсказать.