Святилище
Шрифт:
– Вот вы где! – услышали они знакомый голос.
Оглянувшись, они увидели, как проворная Келлен быстро приближается к ним из дома.
– Вам нужно помочь Рейне, – сказала она. – Мне никак не удается поднять ей настроение. Если ее отец умрет, то не знаю даже, что с ней станет.
Капитан Кирк одарил девушку своей самой очаровательной улыбкой.
– А мы как раз искали тебя. Скажи, что это за здание – там, наверху?
– Это семинария. То место, где живут сениты.
– Какое замечательное здание, – восхитился Кирк. – Ты не проводишь нас туда?
– Это могут сделать только
– Мы очень интересуемся архитектурой, – вмешался Спок.
– Только не сейчас, – сопротивлялась Келлен, беря Кирка за руку и ведя его к домику для гостей. – Пожалуйста, попробуйте взбодрить Ренну. Мне хочется, чтобы ей здесь понравилось.
– Почему это так важно для тебя? – спросил удивленный Кирк.
Вопрос застал Келлен врасплох, и она недоумевающе посмотрела на Кирка.
– Потому что теперь ей придется жить здесь. Все это сениты построили для нашей счастливой жизни.
Кирк многозначительно взглянул на Спока и Маккоя и сказал:
– Почему бы вам вдвоем не сходить в дом и не позаботиться о комнатах для ночлега? Постарайтесь найти Ренну.
Товарищи Кирка согласно кивнули и быстро пошли к своему временному пристанищу. А Кирк взял в свои руки руку Келлен и, тщательно подбирая слова, чтобы не обидеть потенциального союзника, в котором они так нуждались, заговорил:
– Келлен, – Кирк показал жестом на начинающее темнеть небо, – там, наверху, происходит много такого, о чем тебе невдомек. Ренна видела иные миры, другие города, у нее, вероятно, есть семья и друзья где-нибудь далеко отсюда. Даже если бы ее отец не пострадал так тяжело, для нее период адаптации на Санктуарии все равно проходил бы невероятно трудно. И для нас он тяжел. Неужели ты не понимаешь, что человек может быть здесь несчастлив?
Она закусила губу.
– Может, со временем, не сразу...
– Или никогда, – сказал Кирк. – Если ты на самом деле хочешь видеть Ренну счастливой, тебе следует подумать над тем, как помочь ей и нам.., покинуть Санктуарий.
– Но это невозможно! – воскликнула блондинка, ее эта мысль шокировала.
– Не думаю, – спокойно сказал Кирк. – Мне известно, что у сенитов есть средства пространственного перемещения. За сотни лет они, должно быть, конфисковали тысячи космических кораблей. Не прошу тебя быть предателем. Хочу, чтобы ты задумалась над моими словами.
Девушка утвердительно кивнула, словно хотела показать, что будет объективной. Она не вырвала свою руку из руки Кирка и слегка сжала ее.
– Ты странный, Джим, – сказала, растерявшись, Келлен. – У меня нет ощущения, что тебя преследовали, как моих родителей и многих других. Если бы тебя преследовали, то Санктуарий стал бы тебе более понятным.
– Мне ясна цель Санктуария, – заметил Кирк, – но мне также очевидно, что люди могли попасть сюда по ошибке. Жизнь здесь, какой бы красивой и простой ни была, не для всех.
– Нет, – печально ответила Келлен. – Я видела и тех, кто был несчастлив.
– Что с ними происходит? Келлен пожала плечами.
– Они уходят.
Капитан не стал приставать и выяснять детали, но сомневался, что
– Давай прогуляемся, – предложил он, улыбаясь, – и ты расскажешь мне о своей жизни здесь.
"Даже внутри дом для гостей имеет сходство с ранчо", – подумал Маккой.
Стены были обшиты панелями теплых тонов, светлые просторные комнаты обставлены грубой мебелью. Споку и Маккою не составило труда получить великолепный номер с ванной, гостиной и четырьмя кроватями. Сениты, обслуживающие гостиницу, все как один ходили с плотно поджатыми губами. Они не обмолвились, кто еще находится в доме, но Спок с Маккоем и сами видели в столовой около дюжины темнокожих гуманоидов. Те держались кучкой, как будто так им легче было бы обороняться от какой-то невидимой силы, и у Маккоя возник соблазн рассказать им, что бояться некого – разве что самих хозяев-сенитов. Ренны нигде не было видно, и доктор решил, что она ушла к себе в комнату. Маккой устроился в плюшевое кресло на широкой веранде в задней части дома и, потягивая из стакана вино оливкового цвета, наблюдал, как сгущающиеся сумерки вместе с туманом поглощают высокие деревья. Спок стоял рядом, весь в напряжении, не сводя глаз с дверей, ведущих из столовой.
– Расслабься, Спок, – наставлял его доктор. – Даже если ты будешь так пристально смотреть на дверь, через нее все равно никто не войдет.
– Капитан сказал, что нам не следует чересчур расслабляться, – заметил Спок.
– Конечно, – зевнул Маккой, – расслабляться мы не должны, но это не значит, что ты не имеешь права сесть.
Вулканец какое-то время колебался, а затем сел в одно из разбросанных по веранде плюшевых кресел. Но и после этого напряжение с его лица не спало.
– Интересно, чем они занимаются сейчас на "Энтерпрайзе"? – произнес вслух Маккой. – Им, видно, приходится тяжко со всеми этими объяснениями руководству Звездного флота, а тому в свою очередь трудно обходиться без "Энтерпрайза". И все из-за того, что мы хотели поймать какого-то ничтожного пирата, который либо разбился, либо сидит тут вместе с нами. – Он вытянул шею, вглядываясь в темнеющее небо. – Как ты думаешь, Спок, они все еще там?
– Не знаю, – ответил вулканец. – Для них было бы логичным оставаться некоторое время на орбите, но с момента нашей высадки прошло уже пять дней. По инструкциям Звездного флота на поиски группы высадки дается сорок восемь часов. Время истекло.
– Да, – согласился доктор, – и они не могут искать нас, как бы мы этого не хотели. Плохо дело.
– Мы попали в довольно затруднительную ситуацию, – поддакнул Спок.
На белоснежный дом для гостей опустилась гробовая тишина сразу после того, как джунгли окутала мгла. На веранде зажглись фонари, залив ее розоватым светом, и придали ей странный оттенок, усиленный таким же светом, льющимся с неба от взошедшей на небосклон первой луны Санктуария. Кирк и Маккой услышали приближающиеся шаги и увидели одинокую фигуру. Они облегченно вздохнули, разобрав, кто к ним подошел.