Swvswh40k
Шрифт:
– Чёртовы охотники за головами! Вечно от них одни проблемы...
– раздался чей-то незнакомый голос.
– Именем Первой Галактической Импер... А-а-а!
Оторвавшись от своей кровавой трапезы, девушка подняла голову, взглянув на того, кто посмел ей помешать. Через открывшиеся главные ворота прибежал целый взвод штурмовиков с офицером. Наверняка их привлёк звук перестрелки. И сейчас они стоят остолбенев, глядя на поле прошедшего боя. Кто-то сорвал с головы шлем и громогласно блюёт, остальные стоят в оцепенении, с ужасом глядя на изрубленные трупы. А тот самый офицер, что окрикнул
– Какие-то проблемы, офицер?
– игриво спросила Сабина, облизывая остатки трапезы с губ и перешагивая растерзанное тело, направляясь в сторону новых гостей.
– Ни с места!
– завопил её собеседник, хватаясь за кобуру с пистолетом.
– Законы Империи запрещают каннибализм! Вы арестованы!
– Да неужели?
– удивлённо спросила девушка, продолжая идти вперёд, соблазнительно покачивая широкими бёдрами.
– Разве я вам не нравлюсь?
– Ни шагу дальше!
– чуть ли не завизжал офицер, выхватывая пистолет и дрожащими руками направляя бешено пляшущий ствол в её сторону.
– Брось оружие, или я буду стрелять!
– Разве вы будете стрелять в невинную, беззащитную девушку, офицер?
– спросила Сабина, проводя левой рукой от бедра вдоль талии, по дороге задевая пышную грудь, и дальше, вдоль шеи за ухо и мимо рога, расправляя длинные волосы. Всё же гетера в ней была всё ещё достаточно сильна, а кровь, убийства и победы распаляли похоть лишь немногим слабее чем жажду битвы.
– Разве я не кажусь вам красивой?
Раздался выстрел, и бластерный импульс впился ей в голову, опалив левый рог. К счастью, кость оказалась по прочности не хуже брони, сыграв роль отличного шлема. Воительница только слегка тряхнула головой, а офицер удивлённо посмотрел на своё оружие, словно был не уверен в его работоспособности.
– Видимо нет, - констатировал монстр, прежде чем сделать ещё один шаг и нанести удар мечом, отсекая руку с оружием, которое было поднято против него. Имперец даже не успел закричать, потому что лишился головы на обратном ударе, как и ещё двое его подчинённых. А дальше началась свалка ближнего боя, в которой штурмовики не могли в полной мере реализовать своё преимущество в огневой мощи. Тем более против такого стремительного противника, что прорубался через них с небывалой лёгкостью. Оскорблённая отказом гетера превратилась в жаждущую мести фурию, которая слилась с воительницей, питая её гнев и ярость, придавая ещё больше сил, ловкости и скорости.
Повисшие в воздухе кровавые брызги превратились с красноватую пелену, что окутала взор, окрасив весь мир в оттенки розового и бардового. Она колола, рубила, рвала и крушила шлемоголовых, вымещая на них всю свою ненависть по отношению к тому, во что она превратилась. В ход шло и лезвие, и гарда, и яблоко, и кулак, и локти, и ноги, и рога, и хвост, и даже трофейные бластеры. Она не заморачивалась перезарядкой или выбором цели. Она просто разряжала картридж во врагов, а потом подбирала новый трофей. В этот момент было сложно понять, где кончается её тело и начинается оружие, поскольку она сама стала оружием в руках Кровавого Бога на полях бесконечной войны.
"Убивай," - шепчет ей демон, и к врагам прибывает подкрепление, которое имперские
"Убивай," - говорит он, когда очередной стрелок всё же попадает ей в левую грудь. Нацеленный в сердце бластерный импульс так и не достиг своей цели, застряв в её гипертрофированной сиське, чья уплотнившаяся плоть сыграла роль мешка с песком. Сладковатый запах собственной палёной плоти действует подобно наркотику, а боль подстёгивает словно плеть, и потроха разрубленного от макушки до паха смельчака украшают тротуар улицы, на которую она вырвалась, двигаясь на встречу потоку прибывающих врагов.
"Убивай!" - кричит монстр в её голове, когда она с одним мечом в руках кидается на подоспевшую к месту боя пару шагателей. Стремительным рывком сократив дистанцию, она рубит шагоходам ноги, и клинок чёрного металла режет дюрастил как раскалённый нож масло. А когда лишённые опоры машины падают на землю, она с той же лёгкостью вскрывает их кабины, чтобы прикончить экипаж.
"Убивай!" - торжествует он, когда она бросается на пытающийся скрыться репульсорный броневик и протыкает своим мечом лобовую броню, убивая пилота, а потом вскрывает машину как консервную банку, внутрь которой кидает гранату, сорванную с трупа штурмовика, убитого всего минутой ранее.
"Убивай вновь и вновь!" - звучал кровожадный вой демона в её голове, подстёгивая на новые акты беспринципного и жестокого насилия.
– "Бог Войны любит кровь!"
Ничто не может остановить её в этих узких улочках. Целые роты штурмовиков выступали против неё, и оставались сотнями изрубленных трупов за её спиной. Она уже сбилась со счёта полученных попаданий, но боли больше не было, как и сколь-либо значительных повреждений. Да и могут ли остановить избранную воительницу жалкие пукалки этих тупиц?
Пинком отправляя назад брошенные в неё гранаты, ловко уворачиваясь от выпущенных в неё ракет и выстрелов тяжёлых бластеров, она ворвалась на территорию местной имперской базы вихрем смерти и разрушения, просто прорубив себе проход в закрывшихся было воротах. Никто и ничто не могло остановить её, и даже тяжёлые АТ-АТ падали под ударами её меча. Она была одна подобна армии, и имперцы обратились в паническое бегство, устрашившись одной единственной, полуголой девушки. Их челноки и истребители взмыли в небо беспорядочным роем, унося выживших прочь от неминуемой смерти. Те, что всё же успели взлететь.
А победительница наслаждалась своим триумфом. Когда врагов в поле зрения более не осталось, она по привычке решила отметить место своей боевой славы рисунком. Так как баллона с краской у неё под рукой не оказалось, пришлось импровизировать. К счастью, это была легко решаемая проблема, и обмакнув ладонь в лужу свежей крови, которой вокруг было более чем в достатке, она нарисовала на стене тот же символ, что украшал её собственный меч.
Она знала, что этот древний знак назывался "Рука Кхорна", и этой руной почитатели Кровавого Бога украшали свои доспехи и оружие на протяжении тысячелетий на тысячах миров и миллионах полей сражений. И она отметила им свой собственный храм, в котором она вознесла славу Повелителю Битв тем единственным способом, который был достоин его величия - кровавой сечей.