Сын Авонара
Шрифт:
Мой брат стоял рядом с Эвардом, не обращая на меня ни малейшего внимания. Можно подумать, что ему снова семь и таким образом он силится выказать свое неудовольствие. Он тоже выглядел старше, чем в нашу последнюю встречу. Я до сих пор сожалела о разрыве с ним. Кейрон стоял рядом, сжимая мою руку.
Сэр Джеффри быстро отодвинул в сторону преданную мать и ее сынка с вытаращенными глазами.
– Ваше величество, позвольте представить Королевского Хранителя Древностей…
– Я уверен, ваша супруга рассказывала вам о нашем долгом и… задушевном знакомстве. – Эвард
– Какая честь, ваше величество. – Эвард поманил пальцем, и Кейрон поднялся с колена. – Моя жена действительно рассказывала мне, что в юности имела счастье дружить с вами.
Мне пришлось улыбнуться. Эта встреча затеяна просто из любопытства или же Эвард надеется посеять между нами недоверие?
– Вы, кажется, не были представлены ее брату, герцогу Комигора. Томас, ты знаком с избранным сестрой супругом и повелителем?
– Нет, сир. – Томас окинул Кейрона взглядом. Его губы слегка искривились. Кейрон поклонился, но не получил ответа на свой поклон. Томас кивнул головой на своего заместителя: – Мой помощник, капитан Дарзид.
– Польщен. – Дарзид радостно улыбнулся, кланяясь мне, и удивительно по-дружески протянул Кейрону руку. Кейрон, разумеется, не мог отказаться, и они пожали друг другу руки. Дарзид разглядывал его просто с неприличным любопытством. Когда он наконец отпустил руку Кейрона, то улыбнулся мне самой обворожительной улыбкой.
– Прошу прощения, я не могу остаться, – сказал он. – Дела зовут.
Он ловко опустился на колено перед Эвардом, поклонился Томасу, склонился ко мне, произнося отнюдь не тихим шепотом:
– Надеюсь, у нас еще будет время поговорить о моих снах, моя госпожа. Сегодня уже слишком поздно. – Он поклонился мне и ушел.
Сэр Джеффри, вежливо не замечая создавшейся неловкости, напомнил Эварду о том, что его заинтересовало.
– Ах, да. Монолит. Интересный выбор для охраны входа в королевское крыло. – Его равнодушие к предметам искусства было очевидно.
– Таково было его назначение в Дорианской Империи, ваше величество, – пояснил Кейрон. – Кажется, там он на своем месте.
– Да, в самый раз. – Эвард взял меня за подбородок двумя пальцами. – Вы поразительно хорошо выглядите, сударыня. Городская жизнь идет вам на пользу. Нужно выбрать время в череде праздников и вместе пообедать.
Я опустилась в реверансе, высвободив лицо из его хватки.
– Благодарю вас, ваше величество. Мы с мужем почтем за великую честь отобедать с вами. Желаем вам и королеве веселого Сейля. «Вот тебе, хитрый дьявол. В эту игру могут играть и двое».
Я уже начала думать, что все обойдется, раз Дарзид ушел, Томас пребывает в рассеянности, а Эварда уже вовлекла в разговор хихикающая молодая особа, которая, кажется, была бы на седьмом небе от счастья, если бы король взял за подбородок ее. Но прежде чем мы смогли уйти, к нам снова пробился сэр Джеффри, ведя за собой кого-то еще.
– Кейрон, леди Сериана, не уходите. Ваше величество, позвольте представить звезду нашего вечера, Мизару, Валлеорского Жаворонка!
Кейрон
Девушка пала ниц по валлеорской традиции, в Лейране так делали только кающиеся грешники: стоя на коленях, раскинув в стороны руки, касаясь лбом пола. Эвард нахмурился и махнул одному из камердинеров, чтобы тот поднял ее.
– К чему раскаиваться за то, что мы сегодня слышали? – произнес он. – А теперь прошу извинить нас. Нас ждут другие дела.
Гости начали кланяться, когда Эвард пошел в гостиную, где ждал ужин. Мы были почти свободны. Но когда все уже поднимались с колен, певица оказалась лицом к лицу с Кейроном.
– Ми Диспоре! – воскликнула она. Упав на колени, она схватила руку Кейрона и поцеловала ее.
Эвард обернулся, услышав ее возглас, и увидел, что она делает.
– Что такое? – спросил он, глядя через плечо. Мизара с залитым слезами лицом заговорила на ломаном лейранском.
– Это Диспоре, ваше величество, спасающая рука. Вся моя семья погибла во время землетрясения, дома рушились. А он копал… без устали… всю ночь. Оттаскивал камни, забирался в крошечные лазы, земля содрогалась, еще и еще, и мы думали, он тоже погиб. Прошло много времени. Но он принес их, одного за другим: моего отца, мать, Лено, Ясро, Тегро, Нисту. Все живы. Пять дней лежали они под камнями, ваше величество.
Сэр Джеффри наклонился к Эварду.
– Кейрон был в Ксереме, изучал древнее захоронение и сам пострадал в землетрясении.
– Я в вечном долгу перед вами, ми Диспоре. Что мне сделать для вас? – продолжала певица.
Кейрон негромко заговорил, глядя только на девушку.
– Все, кто еще держался на ногах и мог таскать камни, делали то же самое.
«Придержи же язык, глупая девчонка», – молила я. Но она не унималась.
– Но не так, как вы. Вы всюду приносили с собой надежду. Я искала вас, чтобы вы спасли мою семью, потому что я знала о вас. Все знали. Это было чудо… Диспоре.
Эвард ее перебил. Он сделал рукой отпускающий жест, развернулся на каблуках и пробормотал Томасу, достаточно громко, чтобы слышали все:
– Кажется, Сейри откопала себе саму добродетель.
Моя рука уже сжимала руку Кейрона, ноги шли к двери.
– Мальчик мой, еще одно. – Когда сэр Джеффри снова окликнул Кейрона, я едва не закричала. – Я очень хочу, чтобы ты взглянул на манускрипт, его дал мне сегодня Ян Гронн, только что вернувшийся из Искерана. Я должен оценить его и вернуть Гронну утром, если бы ты мог задержаться еще на миг, прежде чем везти свою красавицу жену домой…
Кейрон пожал мне руку и ободряюще улыбнулся:
– Всего минута, – и ушел с сэром Джеффри в библиотеку.
Я осталась у камина, мне вовсе не было холодно, но меня била дрожь. Что, если девица видела, как Кейрон лечит магией, пересказывала слухи о сверхъестественном, которые ходили по Ксереме?
Кейрон вернулся через четверть часа.
– Доброй ночи, сэр Джеффри. Чудный вечер.
– Надеюсь, вы скоро поправитесь, моя госпожа, – произнес престарелый рыцарь.
Я сделала реверанс.