Сын Багратиона 2

Седой Василий

В целом, показ прошел замечательно, государю все понравилось, и он остался доволен. Да оно и не могло быть по-другому, ведь это оружие действительно опережает время. Правда, узнав цену всего этого великолепия, он неслабо напрягся, как ни крути, а это дорого. Но он все равно остался доволен и даже похвалил меня, но награждать не стал, как это бывает, а велел через два дня явиться к нему вместе с отцом.

Этот разговор с государем отличался от предыдущего кардинально и далеко не в лучшую для меня сторону. Но это мнение отца, который, похоже, даже испытывал обиду на царя. Но обо всем по порядку.

Сразу как нас с отцом привели в кабинет государя, тот погнал с места в карьер без

раскачки и уведомил, что основанный мною город вместе со всеми заводами теперь будет под управлением государства. Взамен конкретно мне государь предложил основать свое, как он выразился, удельное княжество, но, естественно, под протекторатом России.

Естественно я сразу же уточнил, насколько оно будет удельным и о каких территориях идет речь.

По словам государя, удельным оно будет только по названию. На самом деле это будет такая своеобразная вотчина, которая будет передаваться от отца к сыну, но с некоторыми особенностями. Говоря проще, это кусок земли, принадлежащей мне целиком и полностью, где я могу творить что угодно. Более того, мне будет дарована определённая автономия, границы которой будут обозначены дополнительно, и я даже смогу вводить в своём княжестве свои же законы.

— Что-то типа английских доминионов, — невольно пробормотал я, но государь услышал.

— Что ещё за доминионы?

— Предки подсказывают. В недалеком будущем некоторые британские колонии станут фактически независимыми государствами, признающими себя подданными английского монарха.

— Не совсем так, но близко. Некоторые ограничения у тебя будут. Ты не сможешь печатать свои деньги, вести независимую политику и торговать некоторыми товарами мимо казны.

Понятно, о чем речь: меха, золото — много чего можно накидать в этот список. Секунду подумав, я произнес:

— Предложение очень интересное, но оно мне не подходит. Каждый раз ждать деньги из метрополии — это значит обречь княжество на прозябание, ничего хорошего из этого не получится. Нет торговли с Китаем, который ничего кроме мехов и драгоценных металлов не интересует, — и это тоже значит жить в нищете и держать своих людей в черном теле. Соглашусь я на это княжество только при условии практически полной независимости в своих действиях и освобождении от каких-либо налогов минимум лет на тридцать. Иначе мне это вообще не интересно. Я и так сейчас стану практически нищим, ведь вы у меня отбираете все производства, на которые я тратил свои деньги. Поэтому на княжество у меня нет денег, а при таком подходе к делу никогда не будет. Ведь я прекрасно знаю, как у вас работают чиновники. За все время моего пребывания на Кольском полуострове я не получил из казны ни рубля. Думаю, в Америке будет точно так же, а там ведь нет рядом Европы, чтобы можно было заработать и выжить.

Вывалив на государя все это на одном дыхании, я выдохся напрочь, главным образом — из-за неожиданно накрывшего меня мандража. Шутка ли, сказать монарху, что я хочу себе, считай, независимую страну, где он будет, по сути, номинальным правителем. За такое можно и головы лишиться.

На удивление, государь не стал никак реагировать на мои слова, а вместо этого серьёзно так задумался и пробормотал себе под нос:

— Доминионы. Что-то в этом есть.

Наверное, минут двадцать он о чем-то размышлял, а потом произнес как бы сам себе.

— Собственно, почему бы и нет? Все равно, как мне докладывают, там все убыточно, и от Аляски даже предлагают избавиться. Может, это и выход из положения.

Он внимательно посмотрел мне в глаза и, тяжело вздохнув, указал нам с отцом на кресла, расположенные в углу кабинета возле невысокого столика.

— Присаживайтесь, обсудим подробнее.

Описать дальнейший

разговор сложно. Он скорее напоминал отчаянный торг двух матерых торгашей. И если вместо ответа на вопрос о территориях на американском континенте, которые я могу прибрать к рукам, он только отмахнулся, дав понять, что я могу брать себе все, что смогу удержать (уточнив, что это не касается уже вошедшей в состав державы Аляски), то вот со всем остальным было сложно. Понятно, что о моем флоте и речи идти не могло, он останется у меня, а вот по поводу моих людей на Кольском полуострове разыгралась настоящее сражение. Все дело в том, что часть этих людей приехала на полуостров временно, с условием, что через пару лет работы их переселят в более подходящие для жизни места. И таких людей там довольно много. Опять же, староверы без меня на Кольском полуострове тоже не захотят оставаться. И самое главное, за что пришлось спорить реально до хрипоты, это сформированный мной полк, в котором служат люди, которые приехали с семьями. Конечно, их я тоже хотел забрать с собой.

В общем, словесная баталия выдалась тяжелее некуда и закончилась далеко не в мою пользу. Но и получил я немало. Военных и староверов я смог отстоять полностью, забираю их всех, а вот с мастерами засада. Их я смогу забрать только после того, как они обучат себе смену. Кстати сказать, государь очень грамотно поступил, не став рушить налаженные производства, как ему советовали некоторые вызванные в кабинет деятели. Вместо этого он решил создавать в районе Москвы и Тулы предприятия-дублеры. Ну или точные копии тех, что уже действуют на полуострове.

Но это теперь его дела, я же, в душе радуясь как никогда в жизни, не стал расслабляться и попытался выжать из ситуации максимум.

Так, благодаря оговорке государя, что к нему в подданство попросились активно истребляемые финны, и он не знает, как быть с резвящимися там казакам, вернее, не знает, как их угомонить, не проливая кровь, я тут же сориентировался. Предложил разрешить мне вербовать казаков себе и не только тех, кто уже кошмарит финнов со шведами, но вообще по всей стране.

Удивительно, но и это мне разрешили. Правда, при этом государь урезал осетра, связанного с уплатой налогов. Только пятнадцать лет будет длиться льготный период, а дальше десять процентов от доходов выложи и отдай. Но это мелочи, главное ведь другое.

У меня теперь в скором будущем будет все, что только нужно для полного счастья, если, конечно, государь не передумает, и мы с ним подпишем все нужные документы. Поэтому я и ехал домой в приподнятом настроении, в отличие от отца, который был мрачен как грозовая туча. Он был в полной уверенности, что государь меня нагло ограбил.

Со стороны оно, конечно, так и выглядело, ведь мало кто знает, что у меня в Калифорнии уже есть точно такие же предприятия, как те, что отобрал государь.

Глава 6

Три месяца, пока шло документальное оформление договоренностей с государем и утрясались основные пункты соглашения, превратились для меня в натуральный ад.

Уже на следующий день после этого судьбоносного разговора столица словно сошла с ума. Вернее, не сам город, а местные аристократы. Нашу семью начали рвать на части в прямом смысле этого слова. Приглашений на всякие рауты, балы и прочие сходняки было столько, что все их посетить было физически невозможно, даже если бы мы разделились, и все члены семьи ходили на мероприятия по одному. Да и нас эти скунсы буквально заставили устроить несколько приёмов. В общем, безземельный князь, как выяснилось довольно скоро, это совершенно не то же самое, что князь со своим княжеством, пусть оно и существует пока только на бумаге.