Сын Буйного
Шрифт:
Заверяю Нину Григорьевну, что куплю все необходимое, делаю глубокий вдох, чтобы спазм в груди наконец отпустил, и медленно возвращаюсь обратно в кабинет.
Буйный демонстративно дымит, сбрасывая пепел на мои документы. Какая же мразь! Мало того, что собственное здоровье губит, так еще и все окружение свое травит.
– Слушаю ваши условия. – не знаю, как еще у меня хватает сил ворочать языком.
– Думала, крутую фирму организуешь, в другой город переедешь, и я от тебя отстану? – усмехается Буйный.
– Я вообще про вас не
– Все могло быть иначе, – замечает Артур, туша сигарету о новый органайзер. Смотрит на меня так, будто на атомы раскладывает, – будь ты поласковее и посговорчивее.
– Я не намерена обсуждать это при своих подчиненных. – отрезаю я, у самой же щеки пылают под тональным кремом от этого страшного въедливого взгляда Зверя. – отпустите людей, и тогда я буду вести переговоры.
– Не находишь, что наши условия, кхм, слегка неравные? – нагло ухмыляется Буйный кивая на своих головорезов с дубинами. – так что не вые… не выеживайся тут. Ты же у нас благородная леди, от мата краснеешь? Ладно не буду смущать тебя крепкими выражениями.
– Материтесь, мне все равно. – разрешаю я.
Я не подчинюсь ему, не покажу свой страх, пусть даже не надеется. Да, я – котенок, а он – тигр, но это не повод мне трястись от страха и идти на все его условия.
– Образовалась да? Наглости понахваталась? – видно, что Буйному нравится играть со мной, точно он кот, а я полудохлая мышка, которую он, перед тем как загрызть гоняет по чулану исключительно в целях собственного развлечения. – После ночи со мной оборзела?
Молчу. Выдерживаю его взгляд. Сама рассматриваю его в ответ. Боже, Арсений… Арсений – копия его. Он сейчас болеет, мой сладкий добрый мальчик, температурит и вынужден сидеть с чужой тетей, тогда как его отец самоутверждается за мой счет, в наглую отбирает бизнес, лишая собственного ребенка куска хлеба.
Артур Буйный ненавидит меня. Ему доставляет извращенное удовольствие смотреть на то, как я осознаю весь масштаб катастрофы. Он не просто убивает, отбирает бизнес, но еще и с удовольствием наблюдает за конвульсией собственных врагов.
– Ну что, Птичка, – Артур демонстративно смотрит на полоску блузки, выглядывающую из-под расстегнутого пальто, неприкрытым раздевающим взглядом, так что я чувствую себя обнаженной, даже в верхней одежде… – поедем?
– Куда? – спрашиваю, но уже заранее знаю ответ.
– В жо… труда! Развлечешь меня, а потом я подумаю, что делать с твоим бизнесом.
Глава 3
Кира
– Я не клоун, чтобы вас развлекать!
– О да, детка, с чувством юмора у меня такая же беда, как и у тебя. – глазом не моргнет Буйный. – Иди сделай мне кофе. Небось, ни разу в жизни пальцем не пошевелила. Давай, уважь дядю Артура.
Смотрит.
Нагло.
Унижает.
Растаптывает.
Размазывает под своими ботинками.
Перед
Света, моя помощница смотрит на меня с ужасом. А потом боязно тянет руку, прямо как первоклашка на уроке.
– Я могу сделать, Кира Владимировна.
Я киваю. Хорошо, хоть у меня сотрудники нормальные люди, не твари.
Света встает и под пристальными взглядами головорезов направляется к кофе-машине. Артур же не обращает на нее никакого внимания. У него есть жертва поинтересней. Не сводит тяжёлого взгляда с меня.
– Ладно. Не идешь на уступки мне, а я не пойду тебе.
Пожимаю плечами. Надеюсь, у меня хорошо получается контролировать собственную дрожь и Буйный не видит, как меня всю мелко колотит.
– А у тебя яйца покрепче, чем у твоего брата-акробата! – восхищается Буйный. – Значит не дашь мне. – скорее утверждает, чем спрашивает он.
Ненавижу! Как же я его ненавижу! Его дружки с презрительными ухмылками оглаживают всю меня липкими сальными взглядами, после которых хочется принять душ с жесткой мочалкой. Небось представляют, как именно, в каких позах и ракурсах меня будет иметь их главарь.
– Мне тоже знаешь ли не охота бревно в постели греть, – Буйный забирает чашку капучино, что приготовила ему Света, отпивает большой глоток, как ни в чем не бывало.
Эта мразь еще называет меня бревном. После того, как невинную девушку…
СТОП!!!
Нет!
Я не могу это вспоминать.
Он специально и целенаправленно пробивает брешь в моих чувствах, в моем контроле. А стоит ему пробить маленькую дырочку, как он будет расширять и растягивать ее в разные стороны, рвя мои чувства в клочья. Не дам ему такого удовольствия.
– Вы плохо греете. – твердо заявляю я, пересохшими от страха губами. – Мне не хватило вашего огня. И повторять все это вновь я не намерена.
– Бл… буду! – бьет себя по бедру Буйный. Смахивает чашку с капучино на пол.
Она рассыпается брызгами битого стекла и кофе. Выходит дикий шум. Я вздрагиваю. Сердце колет от резкого звона битого стекла так, что я хочу схватится за него рукой, но не доставлю ему такого удовольствия. Он специально запугивает меня.
– Вот это характер! Смеешь противостоять мне, шмакодявка? Я же растопчу тебя и не замечу.
Уже растоптал. И не заметил. Нельзя уничтожить то, чего уже нет.
– Я отбираю у тебя бизнес. – чеканит он каждое слово. – Пусть твой главбух тащит документы. Перепишешь компанию на меня.
Валентина Андреевна переглядывается со мной, Светой и Вадиком – моим специалистом по интернет-технологиям.
В кармане снова вибрирует мобильный.
– Не испытывай мое терпение, Птичка! – рычит Буйный. – Уж тебе ли не знать каким я бываю, когда выхожу из себя?!
Мне нужно взять телефон. Сыночку может стать хуже, а няня и не знает, что делать в этой ситуации. Лезу в карман. Ну точно, Нина Григорьевна. Боже, что-то с Арсением.