Сын Кощея
Шрифт:
– Ну и ладно. Деда, подай огурчики, пожалуйста.
– Ты надолго к нам, внучек? – налил генералу чай дед.
– Пока обстановка спокойная, – кивнул Калымдай, – у вас с ребятками побуду.
– Вот и славно, внучек. Оладики?
– И мне! – хором сказали мы с Аристофаном.
– Какие у нас планы на сегодня? – спросил я, когда с завтраком было покончено. – Блин, сейчас бы на диванчике моём поваляться…
– Отдыхать будем, внучек, – Михалыч махнул Тишке да Гришке, указывая им на грязную посуду.
– Я
– Мы с пацанами, босс, – потянулся Аристофан, – обещали местному командиру небольшую часовенку помочь построить.
– С утра староста приходил, – подтвердил Михалыч, – чуть слезами нам двор не залил, всё рыдал, что людей мало, рабочих рук не хватает, а вот работы наоборот, невпроворот.
– Типа шефская помощь, босс, – кивнул бес.
– Молодцы, – кивнул и я. – Калымдай, это же тут в Рябово летом гоблины много мужиков побили?
– Так точно, Фёдор Васильевич.
– Конечно, давайте чем можем, поможем, – предложил я. – Мы же живём тут пока, почти дом родной.
– Оперативная база реально, – хихикнул Аристофан.
– Да хоть как назови, но пока мы тут обосновались, почему бы и не помочь? Делать-то всё равно нечего.
– Я схожу к старосте, внучек, – предложил Михалыч. – Поговорю. У нас же как раз и скелетиков тут цельная армия, вот и помогут, если ихний енерал возражать не будет.
– О чём разговор, дедушка? – добродушно протянул Калымдай. – Пока у нас затишье, располагайте моими ребятками.
– Укрепим деревню на радость Федькиной Варьке, – захекал дед.
– А я на рыбалку схожу тогда, – заявил я. – Посижу у пруда с удочкой. Эх, пивка бы эльфийского ещё… Что это за рыбалка без пива?
А после обеда к нам ещё гости пожаловали.
Я сидел на веранде в кресле-качалке и лениво перелистывал страницы на смартфоне, поражаясь злоключениям короля Шеллара III, как меня отвлёк скрип колёс проезжавшей мимо телеги. Так же лениво переведя взгляд на нарушителя моего спокойствия, я в удивлении вскочил с кресла:
– Иван Палыч?!
– Фёдор Васильевич! – спрыгнул с телеги наш шеф-повар и широко улыбаясь, направился ко мне, а телега с его Дашкой, сидящей в обнимку с большим узлом, покатила дальше, а сама Дашка только помахала мне рукой.
– Вы как к нам попали?! – я едва не кинулся обнимать нашего главного кулинара. – Всё в порядке?
– Мы с Дашенькой в отпуск отпросились, – пояснил он. – У нас же тут домик, что мы ещё летом у старосты купили, вот и… решили отдохнуть немного да вас повидать.
– А кто же теперь на весь Дворец готовить будет? Придворные же с голода вымрут, как динозавры в Антарктиде!
– Девочки мои справятся, – отмахнулся шеф-повар. – Ну, а с особыми блюдами потерпеть Государю и придворным придётся.
– Классно!
– А я вам гостинцев привёз, Фёдор Васильевич, – порадовал меня он и торжественно провозгласил в ответ на мой вопросительный взгляд: – Сгущёнка! Целый бочонок наварил вчера по такому случаю.
– Ура! Ждём вас с нетерпением к нам!
Забегая вперёд скажу, что Иван Палыч поскучав денёк, перехватил все кухонные работы и мы смогли вновь наслаждаться изысками мировой кухни.
А вот вечером, покончив с ужином и приступив к десерту, Иван Палыч, благосклонно понюхав коньяк, подаренный домовым Трофимом, сообщил нам, что события во дворце развиваются по вычисленной нами схеме. То есть, коротко говоря – бардак. Со всеми последствиями.
– Государь вчера на кухню ко мне заходил, – поведал Иван Палыч. – Маринованной осетринки с эльфийским пивом Его Величеству возжелалось…
– Эх… – сглотнул слюну я.
– Я вам и пива бочонок привёз, – успокоил меня шеф-повар. – Так вот. Смею заметить, что это был только повод. Скучает Государь явно. Ну и раздражён без меры.
– Пусть работает побольше, – отмахнулся я, – вот и скучать некогда будет. А как там у нас дела в целом?
– Когда я уезжал, – пожал плечами Иван Палыч, – было относительно спокойно, хотя некоторая нервозность в целом присутствовала. Агриппина Падловна с тётушкой Ягутой о финансировании Волшбы Училища заспорили, так мы все были уверенны, что без смертоубийства никак не обойдётся…
– Ох, ты ж… – дед опустился на лавку. – Жива моя Ягутушка?!
– Все живы, Игнатий Михайлович, – улыбнулся шеф-повар. – Даже швейный цех не сильно пострадал.
– А швейный цех тут при чём? – удивился я, а Михалыч только фыркнул.
– Просто на пути у них попался, когда они из слесарного цеха возвращались, – пояснил Иван Палыч. – А вот Лизавета Венеровна успела свой медпункт закрыть, так что там всё в порядке.
– Швейный и слесарный, значится? И всё? – недоверчиво прищурился дед.
– И всё, – подтвердил шеф-повар. – Ну а столярный цех… Тут уже они сами виноваты. Надумали от большого ума вступиться за хозяйственную часть, а наши милые дамы как раз решили свой конфликт прекратить и объединились.
– Дворец хоть цел? – вздохнул я.
– Всё в порядке, Фёдор Васильевич, – успокоил Иван Палыч. – После примирения разрушения прекратились и наши милые дамы решили просто пойти к Государю дабы он их спор мудро разрешил.
– Попал Кощеюшка! – захекал дед.
– Не в курсе, – покачал головой наш главный кулинар. – Я как раз соус ла Карнель готовил, не мог отвлечься ни на минуту, но кричал царь-батюшка на весь Дворец, даже у меня на кухне его рулады слышны были.