Сын планеты
Шрифт:
Четыре «призрака» сорвались с горы и невидимыми, неслышимыми тенями скользнули в фиолетовую бездну неба.
День первый. Отряд стоял в готовности: несложенные крылья шелестели за спинами, боезапас грозно сверкал на солнце. Гераклиты и офицеры-каратели держались обособленными группами, а где-то впереди и далеко внизу среди чудес эфемера скользили охотники.
— Они проводят полицейскую акцию, — сказал я. — Значит, в первую очередь захватили штаб карабинеров и резиденцию наместника. Туда — наш первый удар. Потому предупреждаю неразумных: освободив штаб, в кабинетах
Энергооружие никто не выложил. Тяжело расставаться с любимыми игрушками, тяжело поверить незнакомцу. Легче с жизнью расстаться.
Прозрачные птицы упали на крышу резиденции, вломились с разгону в верхние окна, замелькали в саду — началось! Черная фигура в окне — удар! — пополам! — внутрь! Черные за поворотом в коридоре — гранату! Удар! Граната — расстрелять на подлете! Черные близко — последний аргумент! Меч Стража гор взвизгнул, распрямился и засверкал мясорубкой. Удар в грудь, скафандр взревел от боли, но выдержал! Удар! — все! Тридцать секунд.
По коридору подбежала Эстер с телохранителем. С новым телохранителем. Перехватила мой взгляд, скривилась:
— Пополам. Еще на подлете.
— Слушаю здание, — сообщал я. — Черных больше нет. Уходим.
— А мне понравилась резиденция, — задумчиво сказала Эстер. — По договору она ведь уже моя? Что-то не хочется ее оставлять. Черные вообще-то слабее, чем ты расписал. Думаю, резиденцию мы сможем удержать, особенно если вызвать резерв…
Пятьдесят секунд!
— Уходим! — рявкнул я так, как когда-то своим ребятам на Второй Желтой.
Эстер осеклась и бросилась следом за мной на крышу. Разбег — прыжок — удар развернувшихся крыльев! Защити меня, небо, унеси от врага, ветер!
Прозрачные птицы пропали в ослепительном сиянии небес.
Мы стояли в точке встречи, и голос наместника насмешливо рокотал в переговорнике:
— Милая союзница! Штаб в наших руках, и это оказалось настолько легко, что мои планы несколько изменились. В условиях войны глупо оставлять штаб с его системами связи врагу, не так ли? Мы остаемся здесь! Думаю, мы сумеем себя защитить, особенно если вызвать резерв! Привет нашему паникеру и фантазеру, так называемому Стражу гор!
— Что, узнал численность полицейских войск? — вклинился я в разговор. — Тысяча двухсот не боится?! Ты сопливый ребенок, наместник, смерть твоих офицеров будет на тебе! Если осталось хоть чуть-чуть разума — уводи людей! Наше время подлета — пять минут! Попробуем расчистить вам отход в горы…
— Страж, у нас погоня, — прорвался голос Буби. — Теряем бойцов, оторваться не можем. Помоги с воздуха! Дай нам хоть несколько минут!
Эстер пересчитала бойцов, кивнула, мы разделились на две группы, и призрачные птицы бросились со скалы в небо. Как быстро это стало привычным!
Мы вытащили немногих. «Призраки» наместника с воем вырывались из окон горящего штаба, огненные бичи хлестали им вслед, и они падали и падали…
— Всем
Горы приняли уцелевших. Наместник пересчитал бойцов и мучительно скривился. Плакать, похоже, он не умел.
— Мы не успеем научиться новому способу боя, — пробормотал он. — Нас перебьют раньше.
— Это тебе не мирных людей в джунглях жечь! — сказали ему горящие глаза Буби.
Вслух она ничего не произнесла, может, потому, что не хватило сил. Охотников крепко прижали при отходе, никто не был готов к фокусам, которые преподнесли фронтовые нуль-переходы черных воинов.
— Утром у нас была эскадра, — подвел горький итог наместник. — Половину мы уже потеряли. Пол-эскадры, и то при условии, что охотники все перейдут на крылья.
— Перейдут! — пообещала Буби. — «Призраки» — это единственное, что спасло нас. Никто не откажется, хотя все боятся высоты.
Костры догорали. Эстер сидела рядом, и я услышал, как она прошептала:
— Карабинеры погибли почти все. Тем проще будет прийти новой власти. Так, Страж?
Это, конечно, было не так. Кончалась ночь, и приближался день, который не каждому было дано пережить…
День второй. Отряд стоял в готовности. Охотники мрачно поглядывали вниз, за край утеса. Один тренировочный полет перед боевым вылетом не прибавил им уверенности, скорее наоборот.
— Черные воины заняли энергостанции эфемера, — сказал я. — Наш удар — по охране станций! Бьем и сразу уходим. Оборудование не трогать — от него зависит жизнь в городе! И — энергооружие всем на землю!
Никто не двинулся с места. Все самовольщики остались вчера на месте боя, изуродованные до неузнаваемости.
— Вперед!
Призрачные птицы кинулись с утеса в небо…
Полчаса спустя отряд вернулся.
— Вдребезги! — сообщила Эстер, скидывая боезапас. Наместник радостно скалился — обошлось почти без потерь! Охотники тряслись от запоздалого страха. Драться они почему-то не боялись, но вот прыгать в пропасть с хрупкими крыльями за спиной…
Отдохнули. Отмылись, поели. Снарядили боезапас. Выстроились на утесе.
— Черные воины заняли склады вооружений. Следующий удар — туда!
Призрачные птицы кинулись в небо…
На пятом вылете черные вычислили точку встреч. Охотники, неопытные в воздухе, возвращались группой, по прямой, по ним несложно было установить координаты. Нуль-переход открылся ночью, и началась дикая рукопашная…
Утро встретили немногие. Эстер лежала на камнях, рядом валялись черные, у каждого размозжено лицо ударом боевого браслета. Музейный панцирь гераклитов, над которым посмеивались карабинеры, спас ей жизнь. Заряды игольных пистолетов не смогли пробить древнюю сталь. Бронежилеты карабинеров пробивали, а панцирь — нет. Остался жив наместник. Фанат неба, он даже спал, не снимая снаряжения, при первых звуках боя ушел в небо и продержался до конца невидимой летучей смертью. Остался кое-кто из охотников, сумевших укрыться среди камней. Утром спустилась с соседней скалы Буби со снайперской винтовкой в руках. Ее убийственный огонь позволил мне добраться до нуль-перехода и запустить туда связку бусин-гранат. Было б здорово, если б удалось разнести центр управления нуль-переходами, но — маловероятно.