Сын Президента
Шрифт:
– Она как обычно, сразу дает слабину. Мне это в ней никогда не нравилось. Если ты строишь из себя женщину-вамп с жесткими чертами характера, никогда не создавай себе заведомо слабых мест для удара. Вот зачем она реагирует на его злоупотребления словом «мама». Ему же еще нет семнадцати, значит этот Сашка вполне еще способен радовать окружающих чисто детскими выходками.
– Детскими выходками, – удивился Сулянин, – он рассуждает как вполне взрослый мужчина. Ты бы слышала его пассажи про социализм,
– Тем более, – мудро рассудила Наталья, – это нормально. Все его показные разговорчики – такое же проявление детства. Ты же взрослый и опытный человек. Неужели ты этого не рассмотрел. Ладно Полина, которая постоянно витает в своих коллекциях и в жизни не понимает ничего. Или Димка, у которого за десять лет управления государством уже ум за разум заезжает, и подобное событие для него не вписывается ни в какие каноны. Но ты, старый и больной еврей, мог бы отличить напускную взрослость от настоящей.
– Не знаю. Мне от него так влетело, что я сидел и не знал, что говорить. И ведь все по делу, он все подкреплял своими примерами и доводами. Если так дальше будет продолжаться, то Димка под действием своего сыночка сам переберется из социалистов в самые настоящие либералы.
– А кто сказал, что ему это повредит, – улыбнулась Наталья, – просто грустно то, что он замечает свои ошибки под чьим-то воздействием, а не сам. Если Волков станет либералом из-за сына, то мне его жаль. Нужно иметь свою голову на плечах и понимать, что ты творишь.
– Да вспомни ты, кем он работал раньше.
– Ты про его шпионские подвиги? И что с того, в разведку как раз самых умных и берут. Так что должен был и сам дойти. Когда там ожидается великое обретение ребенка на глазах у удивленной прессы?
– Завтра, – ответил Сулянин, – спектакль будет в десять часов.
– Как он собирается показать родителей Максима?
– Никак.
– Не поняла, – удивленно посмотрела Наталья на мужа.
– Он их не покажет. Всем скажут, что Сашку нашли в детском доме…
– И все документы подделают, всех кого надо подкупят… господи, – расстроилась Наталья, – Дима совершенно не учится на своих же ошибках. Ведь все равно раскопают, все равно расковыряют и перекрутят…
– Не раскопают. Эта пара вне досягаемости для журналистов.
– А где они? – испугалась Наталья ожидая худшего.
– В тюрьме, – после паузы признался Сулянин с интонацией ребенка наделавшего пакость.
– Он…, – Наталья Юрьевна на секунду потеряла дар речи, – совсем с дуба рухнул?
– Дима сказал мне, – проговорил тяжелым голосом Сулянин, – что ему сейчас не нужен скандал. На носу выборы…
– Какие, к чертям выборы, если он на втором сроке?
– У него есть план по решению этого. Он собирался мне скоро обо всем рассказать.
– Больные, –
– Как я понял, он сумел с ним договориться…
– Да наврал он ему с три короба, – возмутилась Наталья, – я не пойду завтра на его безумие. И не пытайся уговаривать, слышишь?
– Все через одно место, – сказал Сулянин, – ты полагаешь я всего этого не вижу. А мне завтра еще разборки в департаменте предстоят…
– Это в каком же?
– У Птичкина и Кухарской, в транспорте.
– Аллилуйя, – вскинула руки Наталья, – неужели ты наконец-то решишься отправить Курицу и его Кухарку на заслуженный отдых? Я не буду спорить, что твоя шарашка переполнена некомпетентными личностями, но эти двое – просто вертикальный шестиметровый фонтан рвотных масс!
– И ты молчала? – удивился Сулянин.
– А ты слушал вообще? Я сколько раз тебе говорила, что с ними работать невозможно. Был у них один специалист, так еще жить можно было, а как эмигрировал, так вообще мрак – сборище маменькиных сынков и чьих-то родственников, которые ни за что не отвечают и не делают ни хрена…
– Вот именно о его судьбе мне сегодня и поведали…
– Кто? – глаза Натальи округлились, – неужели новый сынок Волкова?
– Он самый. Сын этого специалиста был его близким другом. Потому он все знал в подробностях.
– И твоих подчиненных выстирал в первый же ужин с новым родителем?
– В точку.
– Я бы со стыда провалилась, – пробормотала Наталья, – ладно, там Женька из душа вылезла, я ей помочь обещала с платьем. Можно просьбу? – супруга покосилась на мэра.
– Какую?
– Будь ласков, постарайся, чтобы я первой узнала от тебя о том, что Димка придумал со своим третьим сроком. По крайней мере я буду готова к крушению, если он проколется, хотя… он не проколется. Если ты играешь с Верховным судьей в теннис, а дочка Председателя избиркома по твоей рекомендации принята в лучший закрытый университет Европы, то тебе не то что третий срок, тебе пятки лизать должны и кремом мазать. Причем все это языками…
– Хорошо, – после недолгих раздумий ответил Сулянин. Наталья удалилась, а Сулянин решил позвонить Птичкину прямо сейчас и разобраться с ним.
А виновник всех перетурбаций в жизни мэра в этот момент занимался настройкой своего компьютера под новую сеть. Максим ему в этом с радостью помогал:
– Ты им сегодня весь ужин испортил, – говорил он.
– Ничего, потерпят. Уже тот факт, что я не должен пока видеться с моими предками меня бесит по страшному. Фашист он, а не отец. Главное, завтра на церемонии не сорваться.