Сын Президента

Самсонов Антон

– К выборам? А разве у папеньки не второй срок?

– Не знаю, – усмехнулся Максим, – я в это не пытаюсь влезать. Не мое это дело.

Сашка предпочел промолчать. Он ждал, что сейчас в комнате появится Волков, чтобы оценить то, как его новый сын обживается на новом месте. А там уже и до представления Полине дело дойдет. Сашка был уверен в том, что не назовет ее Полиной ни разу – наоборот упорно и жестоко будет мучить ее обращением – мамочка. Раз ее это бесит.

Полина Волкова входила в квартиру в состоянии крайне глубокой задумчивости.

Все ее мысли в этот момент порхали где-то очень далеко, в районе ее собственного дома мод. Поэтому она и забыла напрочь, что дома ее ждет подарок – ребенок, которого у нее отобрали семнадцать лет назад. Именно поэтому, для Полины было равносильно неожиданному взрыву ядерной бомбы то, что ей навстречу, с сумасшедшими глазами, вылетел худой как палка, высокий брюнет-юнец и завопил:

– Мамочка, я так рад тебя увидеть и лично познакомиться!

Сашка собрал Полину в охапку, а та застыла в недоумении. Максим наблюдал за этим безумием с нескрываемым удовольствием. В гостиной оказался и Дмитрий, который, похоже, был сильно шокирован происходящим, так как помнил, как холодно Сашка реагировал на эти новости. А сам сынуля продолжал свой глум по полной программе:

– Мамочка, я всегда знал, что не просто так симпатизирую тебе, как женщине, как модельеру и как бизнесмену.

А Полина похоже вышла из ступора, но пока не понимала, что происходит:

– Простите, кто вы? – она отпрянула от Сашки в сторону и стала его изучать. Очень скоро она сама узрела знакомые черты и сходство обнимавшего ее объекта с ее мужем, а заодно и с ее отцом.

– Полина, это наш сын Саша, – сказал Волков из своего угла, – как видишь он рад встрече с тобой. Чего не скажешь о встрече со мной.

– Я рада, – холодно сказала Полина, – на будущее, Александр, намотайте себе на ус – я не люблю резких движений, громких звуков, бессмысленных объятий. И не называйте меня мамой. Я это терпеть не могу.

– Хорошо, мамуля, – ответил Сашка.

Полине показалось, что у нее вся шерсть встает дыбом, как у взбесившейся кошки, готовой встать на кандибобер и прогуляться на коготках. Еще немного – и она расцарапает этому юнцу лицо. Но Дмитрий подал жене знак – лучше проглоти все это, потом все объясню:

– В следующий раз, я тебе просто не отвечу, – сказала она резко, – Регина, когда будет ужин? – крикнула Полина в сторону кухни.

– Через десять минут, – раздался голос Регины, – сколько персон? Четыре?

– Пять, – сказал Волков, – Марат ужинает у нас, дочка с мамой слиняли на прием в посольство.

– Хоть какая-то личная жизнь, – вздохнула Полина, – я у себя, – и удалилась.

– Какая муха тебя укусила, – спросил Сашку Волков, когда жена исчезла из поля зрения.

– Запоздалый аффект, наверное, – соврал Сашка, – кстати, мы с братом, – он кивнул на Максима, который услышав эти слова расплылся в улыбке, словно кот, объевшийся сметаны, – собираемся по книжным магазинам. Надо затариться свежей литературой. Кроме

того, многое, что я читал осталось там… Ну ты понял меня. Обеспечишь наличностью?

– Я дам тебе кредитную карточку, – сказал Волков, – у тебя кард-бланш.

– Спасибо, папочка, – сказал Сашка и скрылся в комнате. Максим проследовал за ним. Волков отправился к жене. Она встретила его недобро:

– Что это за спектакль, Дима? – она была в диком бешенстве.

– Это наш сын, – ответил Волков.

– Как раз это я смогла разглядеть по его физиономии!

– Да, он так сильно похож на твоего отца.

– Я видела. Но что это за обнимашки в исполнении семнадцатилетнего юнца?

– Дорогая, – он приобнял жену, чтобы та сменила гнев на милость, – его вырастили в других условиях. Он получал много ласки от родителей, любил их. Это нормальная реакция.

– Здорово. И в связи с этим я все это должна терпеть? У меня показ коллекции через две недели!

– Успокойся, – увещевал ее Волков, – ты же все равно сможешь обкатать ее во время нашей южной поездки. Эмин заверял меня, что все будет в лучшем виде. А у тебя будет время внести исправления к нашей презентации.

Волков обнял жену и поцеловал ее нежную шею:

– Все будет хорошо, я обещаю.

Полина слегка оттаяла. После небольшого препирательства она согласилась выйти к ужину:

– Если он назовет меня мамочкой, я вылью на него суп! – предупредила она.

– Давай договоримся, – сказал Волков, – ты не будешь скандалить. Я и так поставил его в не самые приятные условия.

– В смысле?

– Я скажу прессе, что мы нашли его в детском доме.

– Что?! Ты спятил? – задохнулась новым приступом гнева Полина.

– Нет. Я все продумал.

– Давай, – встала в позу любимая супруга, – удиви меня своей новой порцией ударной лжи.

– Я продумал это, так как сейчас мне нельзя терять очки перед избирателями…

– У тебя кончается второй срок! Ты можешь вернуться к президентству только через пять лет.

– Отнюдь, – ответил Волков, – у меня есть план. Но все это я расскажу тебе потом. А сейчас я разъясню тебе свой ход мыслей. Согласись, что забери мы ребенка из здоровой и нормальной семьи сразу бы поднялся скандал…

И Волков пересказал жене свое объяснения мотивов обмана прессы насчет происхождения Сашки.

– Это все отлично, – отметила Полина, – но куда ты дел родителей Максима, которые воспитали нашего сына?

– Они там, где их никто искать не будет.

– На Гоа? – сострила Полина.

– Нет. Они в тюрьме по обвинению в неуплате налогов.

– Что?! А как ты это пацану объяснишь? Ему же не десять лет.

– Никак. Он найдет пустую квартиру и никаких ниточек, которые бы привели его туда, где они оказались.

– Но это же… жестоко.

– На кону мое президентство, – ответил Волков, – мой третий срок. Так что у меня не было времени обо всем этом быстро задумываться.