Сын Солнца
Шрифт:
Сам же тем временем вызвал к себе местных ‘ученых’-амаута и принялся расспрашивать их про местные реки. Как помнилось еще по будущему, на протекающем километрах в двухстах от Куско Апуримаке имелось несколько водопадов, где я и задумал построить металлургический завод. Вызванные ‘ученые’ меня не разочаровали - подобные места действительно есть. Причем, даже больше, чем я думал. Что ж. Осталось лишь найти наиболее подходящее по всем критериям место, чем мне и предстояло заняться в ближайшее время…
В то же время я приказал отобрать мне около полусотни подростков десяти-двенадцати лет - вне зависимости от пола, - из которых я собирался подготовить будущих инженеров и ученых Тауантинсуйу.
Кроме того, продумал и основу организации своей будущей армии. Изначально была у меня мысль организовать что-то типа терции, но после некоторого раздумья от нее было решено отказаться. Не было условия для ее создания. Во-первых, у местных индейцев просто не было никакого опыта обращения с нужным для того оружием. Как я научу, например, владению мечом, если сам в том не разбираюсь ни на грамм? Да и с длинными копьями инки никогда не имели дел… Во-вторых, там все завязано на командные действия, что также непривычно для инков. Инкская армия сохраняет строй лишь до момента самого столкновение, после чего сражение превращается фактически во множество независимых индивидуальных стычек. И избавиться от этого - дело непростое и небыстрое… Эта ‘ударная армия’ должна была стать главной силой, которая обеспечит победу моих войск над противникам.
Поэтому в конечном итоге пришел к такому решению. Всю армию разделить на условные три части - ‘ударную армию’, остальную профессиональную армию и ‘ополчение’. Ударная армия численностью около пяти тысяч в основе должна была быть вооружена огнестрельным оружием - барабанными винтовками и пушками. Однако вряд ли за оставшиеся полтора года удастся наделать его в таком количестве. Потому в дополнение к ним я решил добавить пращников. Резервным оружием ‘ударников’ должны были стать стальные топоры. Для защиты же использовать стальные кирасы и шлемы.
Вторую часть - оставшуюся профессиональную армию численностью около тридцати пяти тысяч - я решил оставить пока при прежней организации. Основным ее оружием должны были стать луки (для чего предстояло отобрать лучников из племен сельвы), копья, стальные топоры и пращи. Вполне привычное для инков оружие, которое, однако, должно было стать более эффективным..
А поскольку для войны мне придется собрать воедино всех лучших солдат страны, то их место в приграничных гарнизонах должны были занять призванные по мобилизации резервисты. В Тауантинсуйу все люди проходили военную подготовку, потому пользоваться ‘классическим’ инкским оружием они должны достаточно неплохо. Хоть, конечно, боевого опыта в большинстве и не имеют. Для усиления же придать им некоторое количество артиллерии, а если будет возможность - то и перевооружить часть стальным оружием. Их задача будет в отражении набегов индейцев сельвы во время войны.
Решив вопрос с организацией армии, мне пришлось задуматься над созданием огнестрельного оружия. Им должны были стать достаточно простые по конструкции и вполне готовые на нынешнем технологическом уровне барабанные винтовки. Основной проблемой была необходимость создания капсюлей, но получить бертолетову соль я рассчитывал в ближайшее время. Хотя, можно было попробовать и рецепт с гремучей ртутью, который читал когда-то в ‘Поваренной книге анархиста’. Когда ж это будет - никаких
***
(Тауантинсуйу, Куско. 22 декабря 1527 года)
‘Год прошел как день вчерашний…’ За всеми делами я практически и не заметил, как наступил ‘Новый год’ по инкскому календарю - день зимнего солнцестояние. К этому дню со всех провинций Тауантинсуйу в столицу доставляли продукты, выделенные на содержание знати, чиновничьего аппарата, ремесленников и храмов. Из провинций в Куско прибывали представители провинциальной знати. Не было лишь людей из Кито, что вызывало недовольство у инков - Атауальпа фактически этим показывал, что не намерен подчиняться Куско и не считает здешнюю власть законной. Больше всего были недовольны представители правящей династии - Ханан Куско. Некоторые уже практически в открытую говорили, что нужно пойти в Кито и ‘повесить этого выскочку-самозванца’. В то же время по имеющимся сведениям в Урин Куско отношение к происходящему было более нейтрально, а некоторые и вовсе были бы не прочь видеть правителем Атауальпу в надежде, что тот возвысит практически отодвинутую от реальной власти прежнюю династию и, в частности, их лично.
‘Капак Райми’ - ‘Великий праздник Солнца’, как и все остальные, начинался еще до рассвета, когда жители Куско начинали собираться у Кориканчи - Храма Солнца. В первых рядах, естественно, находились инки и жрецы, а дальше от храма собирался и остальной народ. Перед самыми ж ‘воротами’ храма был разложен незажженный пока костер. Когда до рассвета оставалось совсем немного, освещавшие пространство факелы погасили, и все погрузилось во тьму. Я знал также, что сейчас практически нигде не осталось ни одного огня. Все присутствующие застыли в ожидании рассвета…
Ожидание восхода казалось мучительно долгим, и по мере его приближении напряжение лишь росло - сейчас будет получено знамение - как пройдет будущий год! Но вот, наконец, первый луч Солнца взошел над горизонтом и, пройдя над одним из священных столбов, упал на храм. Стоявший у главных ворот верховный жрец поднял руку с тщательно отполированным золотым параболическим зеркалом и, поймав луч, сфокусировал его на сложенном из легко воспламеняемых материалов костре. Все кругом застыли в ожидании, что будет… Казалось, что даже время остановилось. Все только смотрели, что будет… Но вот в костре вспыхивает первый, еще слабый огонек - и по толпе тотчас проходит вздох облегчения - значит, бог солнца Инти благосклонен к Тауантинсуйу, и в этом году не стоит ждать никаких бедствий. Священный огонь загорелся, и теперь каждый день на восходе солнца от него будут зажигать костер на главной площади Куско… Ну а если б этого не произошло, если на небе вдруг появились тучи, и огонь не зажегся - то для его разжигания использовали бы прошлогодний. Однако это было нехорошей приметой - значит, боги чем-то прогневались на жителей Тауантинсуйу, и в новом году следует ждать от них наказания - природных катастроф, неурожаев, войн, эпидемий или еще чего-нибудь плохого…
После этого верховный жрец двинулся в храм. За ним отправились и остальные инки, а простой народ, места для которого в храме не хватило бы, подтянулся ближе к воротам. В храме верховный жрец вознес молитвы богу солнца Инти, после чего принесли взятые из храмовых хранилищ жертвоприношения - еду и одежду - которые жрец торжественно ‘предложил’ Солнцу - огромному золотому диску с исходящими от него лучами и бросил в жаровню, принося в жертву. Принесли в жертву и с полсотни лам, а еще сотню Вильяк Уму ‘посвятил Солнцу’, разделив между тридцатью жрецами. Теперь каждый из них в установленный для себя день должен будет принести в жертву три-четыре ламы - убить их и сжечь в священном костре на главной площади Куско.