Сын
Шрифт:
Она распахнула глаза, возвращаясь в комнату, пересчитала стулья, столы, шкафы; угольки в камине, она в доме на Ривер-Оукс. У окна стоит Хэнк. Злится из-за детей. Нет, из-за телевизора. Президента застрелили, его жена взбирается ногами на сиденье.
— Г. Л. чертов Хант [119] , — рычит Хэнк сквозь зубы. — Мы только что прикончили президента.
А вот и ее голос:
— Говорят, Освальд работал на русских.
Это тоже мираж, поняла она. Хэнк умер раньше Кеннеди. События в памяти
119
Американский нефтяной магнат, первый в мире миллиардер.
Но Хэнку до этого нет дела.
— У Ханта тысяча человек, которые встречали президента в аэропорту с плакатами «ПРЕДАТЕЛЬ» и «ЯНКИ, УБИРАЙСЯ ДОМОЙ». Через несколько часов его застрелили.
— Это не очевидно, — возразила она.
Огонь горит в камине, Хэнк смотрит в окно, но непонятно, что он там видит.
— Когда Господь вываливает тебе в руки кучу денег, начинаешь думать, что ты к нему ближе, чем остальное человечество.
Он целует ее, долго. И не замечает, что она беззубая старуха. А потом они занимаются любовью. На миг она задремала, вновь очнулась.
Они стоят у бара.
— Мы как-то завязаны на Ханта?
— Нет, — успокоила она.
— Отлично. — Он отхлебнул виски. — Не будь он деревенщиной, мог бы стать очень опасным.
— Ты тоже деревенщина, дорогой.
— Я деревенщина с коллекцией картин. А через сто лет мы станем Рокфеллерами.
Он, конечно, имел в виду не Рокфеллера. Астора. Или Уитни. Что касается их коллекции, половина из первых приобретений оказалась подделками, и всю оставшуюся жизнь она заменяла их оригиналами.
А про Кеннеди — она не удивилась. В тот год, когда его не стало, еще живы были техасцы, своими глазами видевшие, как индейцы скальпировали их родителей. Земля иссохла, она жаждала крови. Земля оставалась первобытной и дикой. На ранчо они находили кловисские и фолсомские наконечники [120] , а когда Иисус шел на Голгофу, моголлоны колошматили друг друга каменными топорами. Когда пришли испанцы, здесь жили сума, хамно, мансо, ла хунта, кончо и чикосы, тобосо, окана и какахтле, коахуилтеканы, комекрудос… но никто не знает, уничтожили они моголлонов или произошли от них. А их истребили апачи. Которых, в свой черед, перебили команчи. Которых уничтожили американцы.
120
Кловисская культура (около 13 тыс. лет до н. э.) — древнейшая североамериканская культура. Фолсомская культура (примерно 9–8 тыс. лет до н. э.) — первая собственно американская позднепалеолитическая культура, названная по месту обнаружения стоянки у г. Фолсом.
Человек, жизнь — что толку об этом говорить. Вестготы уничтожили римлян, а тех уничтожили мусульмане. Которых изгнали испанцы и португальцы. Не нужно никакого Гитлера, чтобы понять: история — неприятная штука. И тем не менее — вот она, Джинни, живет, дышит, думает все эти мысли. Крови, пролитой за человеческую историю, хватит, чтобы заполнить реки
Сорок два
Дневники Питера Маккаллоу
13 июля 1917 года
Четвертый день, как мы вернулись из Пьедрас-Неграс. Наше отсутствие, разумеется, замечено — «чендлера» не было в гараже, — но все молчат. Мария думает, что о нас в суматохе просто забыли.
Город наводнили земельные агенты; в любое время дня на пороге появляются незнакомые люди, а у отца свет горит всю ночь напролет. Мидкифф и Рейнолдс вовсю торгуют участками, лишь отец отвергает все предложения. Пошел к нему поговорить. Старик сидел нагишом в заводи у ручья, прикрыв глаза. В воде он похож на маленького бледного бесенка.
— И почему раньше меня жара так не доставала, — буркнул он.
— Стареешь, — не удержался я.
— Как и ты.
— Надо продать несколько участков и не забивать этим голову.
— Эта девица до сих пор здесь?
Я промолчал.
— Знаешь, если бы я не держал твою мать взаперти, готов поклясться, что тебя заделал какой-нибудь мексиканец.
— Тебя все равно не бывало дома, ты бы и не узнал.
Взвесив эту мысль, он сменил тему:
— Пускай найдут еще нефть, а тогда подумаем, сдавать ли землю в аренду.
Я присел рядом на камень.
— Все нормально, сынок. Ты отличный скотовод. Но ни черта не понимаешь в бизнесе. Для этого у тебя есть я.
— Спасибо, что напомнил.
— Подсчитай, сколько стоит наша нефть, если продавать, как Рейнолдс с Мидкиффом, по сотне за акр.
— Десятки миллионов.
— А теперь прикинь, сколько выйдет по тысяче за акр. Или по пять тысяч.
— К чему ты клонишь?
— К тому, что так оно и будет. Пара дюжин бурильщиков за следующие пару лет подтвердят ценность нашей земли. Тогда мы и начнем продавать.
Хотелось бы думать, что он ошибается. К сожалению, он всегда прав.
— Что там с этой девицей?
Но я уже уходил.
С Марией все просто: мы оба страдаем уже несколько дней. В первую ночь после возвращения из Пьедрас-Неграс я тихонько выскользнул из ее комнаты, но уже через час вернулся, и с тех пор мы не расставались больше чем на несколько минут.
Сегодня я проснулся на рассвете. Лежал, прислушиваясь к ее дыханию, вдыхая запах ее волос, кожи, задремал, проснулся опять и любовался ею, омытой светом. Какое наслаждение просто быть рядом.
Вот уже несколько дней я не видел мрачных теней; я больше не вспоминаю ни искаженное лицо Педро, ни молчаливый крик Аны. В мимолетном приступе мазохизма попытался вызвать мучительные образы в памяти, но тщетно.
Я всегда знал, что не слишком интересен другим людям. Я не из тех, в кого влюбляются. Люди не видят во мне того, что вижу я сам; с первого взгляда они решают, что моему мнению не стоит доверять. Насколько я могу судить, мне просто повезло родиться в большой семье, иначе я стал бы скучным нотариусом, снимающим жалкую комнатенку в мерзком городишке.